Нарушенный обет
Шелли счастливо вздохнула и с улыбкой спросила:
— Не совсем обычный медовый месяц, не правда ли?
Стивен приоткрыл глаза. Предзакатное альпийское солнце заливало розоватыми лучами уютную спальню на втором этаже его швейцарского домика. Они провели чудесный день вместе — катались на лыжах, пили шампанское в местном ресторане. А затем вернулись пораньше домой, чтобы заняться тем, что доставляло им ни с чем не сравнимое удовольствие...
Теперь они лежали обнявшись и ощущали пленительную истому, которая охватила их тела после головокружительно приятной близости.
— Ну, у нас ведь и любовь совершенно необычная, моя милая. В конце концов, ты сама настояла на поездке именно сюда, а не на какие-нибудь экзотические острова в теплом море.
— Мне очень захотелось снова оказаться там, где я влюбилась в тебя с первого взгляда.
— Я тоже, едва увидев тебя, понял, что ты самая великолепная девушка на свете, — улыбаясь, произнес Стивен. — Каким же надо было быть дураком, чтобы не дать воли чувствам, а упрямо прислушиваться к голосу разума. А, как оказалось, сердце гораздо прозорливее хваленого человеческого ума.
Шелли ласково потерлась щекой об обнаженное плечо мужа и подумала, что если бы была кошкой, то наверняка замурлыкала бы от удовольствия — так ей было хорошо.
Месяц назад Стивен предложил ей скрепить их брак еще и венчанием в церкви.
— Я уверен, что есть жизнь после смерти, — привел он ей довод в пользу своего предложения, — и поэтому хочу, чтобы и на Небесах мы были вместе. Если даже расставание на несколько часов приводит меня в отчаяние, то что же говорить о вечности?
Конечно, она согласилась.
Церемония была очень торжественная и достаточно традиционная. Хотя Шелли отказалась от фаты, Стивен заставил ее принять в качестве подарка великолепное подвенечное платье от известного французского дизайнера. Мама, прилетевшая на венчание, прослезилась от умиления, увидев дочь, одетую в атлас и кружева и держащую под руку светящегося от счастья Стивена.
В тот праздничный день поздравить известного банкира и его красавицу жену собрались не только близкие родственники и друзья. Казалось, половина делового мира Шотландии и Англии явилась на церемонию. А фотографии их свадьбы Шелли находила потом даже в австралийских журналах.
И конечно, их крохотная дочь была одной из главных героинь праздника...
— Ты точно уверен, что с Молли будет все в порядке? — внезапно спросила Шелли.
— Рядом с твоей мамой и моей тетей — разумеется! Представляешь, как они сейчас сражаются за право погулять с ней или уложить ее спать! К тому же, несмотря на возраст, она очень самостоятельна и пытается все делать по-своему. Характер у нее точно мамин.
Шелли укоризненно покачала головой, но тут же рассмеялась.
— Ты когда-нибудь перестанешь упрекать меня в том, что я оказалась такой гордой и не открыла своего сердца сразу как только приехала в Глазго?
— Никогда не перестану, ведь мы потеряли столько драгоценного времени и причинили друг другу много горя. Ты не представляешь, как разрывалось мое сердце в тот день, когда я понял, что безумно люблю женщину, которая, как мне тогда казалось, ненавидит меня. А помнишь тот момент, когда ты ответила согласием на мое предложение пожениться? Я безумно обрадовался, чуть не заплакал от счастья, решив, что, может быть, все у нас будет хорошо. Но, посмотрев на тебя, увидел холод и изумление в твоих глазах... и понял, что ты никогда не забудешь мою ужасную выходку в Брайтоне.
Он вздрогнул от воспоминаний и прижал к себе Шелли. Улыбнувшись, она поцеловала его и прошептала на ухо:
— Все плохое сталось в прошлом и незачем об этом вспоминать. К тому же тебя все-таки можно было понять...
Но Стивен не дал ей договорить.
— Когда я увидел ту мерзкую статью, то чуть с ума не сошел от негодования. Ведь я разыскал тебя и приехал в Брайтон завоевать, сказать, что сильно по тебе скучаю и хочу возобновить наше знакомство, невзирая на то что ты сбежала после первой же ночи любви. Я даже решил, что не удовлетворил тебе в постели, показался тебе грубым мужланом, добивающимся своего на первом же свидании... — Шелли от души рассмеялась над столь нелепым предположением, но это не помешало Стивену продолжить: — И вдруг в магазине, где я выбирал тебе цветы, мне попался на глаза тот злосчастный журнал. Мой разум помутился настолько, что я не хотел ничего сознавать, и только одно слово стучало в моей голове — месть. Я решил, что девушка, поразившая меня искренностью, красотой и умом, оказалась заурядной стервой и лгуньей. И доказательство растоптанной мечты привело меня в бешенство. Прости меня.
— По-моему, ты уже тысячу раз просил у меня прощения за тот далекий день, — нежно произнесла Шелли.
— Я сделаю это и в тысячу первый раз. И опять мое сердце забьется от радости, когда я услышу, что ты меня прощаешь, потому что, на мой взгляд, такому мерзкому поведению, как мое, нет оправдания.
— Но ведь ты как-то сказал, что сначала не собирался мстить столь... изощренным способом.
— Да, но один только вид моей соблазнительной и такой желанной Шелли начисто лишил меня остатков разума. И кстати, это происходило всегда, когда ты оказывалась рядом. В тот незабываемый вечер во французском посольстве я едва сдержался, чтобы не схватить тебя и не увезти в безлюдное место... Даже после тяжелого разговора у меня в квартире в Глазго... Помнишь, когда я пришел в спальню и сидел рядом с кроватью, на которой ты лежала? Даже тогда я еле поборол желание залезть к тебе под одеяло и заняться любовью с женщиной, которую так сильно полюбил...
Шелли блаженно улыбнулась и поцеловала мускулистую руку, которой Стивен прижимал ее к себе, как будто боясь, что она вдруг сбежит. Он приподнялся и заглянул в глубокие голубые глаза жены.
— И конечно, сейчас я уж точно не собираюсь бороться с искушением, когда ничто мне не препятствует, а ты так близко от меня, теплая и обворожительная...
Он потянулся губами к мочке ее уха, зная, что это одно из самых чувствительных мест Шелли.
— Но откуда у тебя столько сил? — попыталась увернуться от его ласк удивленная жена. — Неужели ты уже успел отдохнуть после последнего великолепного марафона.
— О, я полностью готов исполнить супружеский долг еще раз, — промурлыкал Стивен.
И Шелли почувствовала правоту его слов, как только он обнял ее...
— Я так счастлив, что у меня есть ты, — прошептал Стивен в перерыве между поцелуями.
— И я тоже, — выдохнула Шелли.
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.