Странный аттрактор (СИ)

Я же, в свою очередь, щёлкал зажигалкой, вальяжно развалившись на диване, закинув одну ногу на его спинку. Пытался уследить за тем, что происходит на экране, но выходило так себе, всё-таки скорость и алгоритм мышления у нас с богиней сильно отличаются.
Наконец, она шумно выдохнула и обратила своё внимание на меня:
— В общем, смотри: как я уже говорила, в этом мире главная сила — это магия элементов. Нам с тобой интересен один из них.
— Ага, молния. Чаще всего мелькала в том потоке сознания на экране, — проворчал я, убирая зажигалку в карман и принимая нормальное положение.
Она кивнула.
— Наиболее привлекательным молнию — делает её схожесть с одним веществом, которое присутствует вот в этом мире.
На экране тем временем появилась группа закованных в матовую броню солдат. Они сидели в салоне то ли самолёта, то ли ещё какой летающей техники.
Из динамиков прозвучала команда на грубом языке, бойцы синхронно достали инъекторы и воспользовались ими. Их и без того светящиеся глаза загорелись ещё ярче. Открылся люк, и ребята, без всяких парашютов, вооружившись лишь клинками из того же на вид материала, что и доспехи, сиганули вниз.
Затем изображение сменилось, демонстрируя бронированного громилу в действии. Под плотным огнём, ни чуть его не не смущающим, он в несколько прыжков добрался до окопа с вражескими бойцами и с нечеловеческой скоростью начал их разделывать, в буквальном смысле.
— Стоп, стоп, стоп! Только не говори, что мне придётся перед отправкой записываться в ряды этих бравых головорезов на несколько лет, чтобы освоится с этим допингом! — запротестовал я. — Ты же знаешь, как я это ненавижу. Есть у них там какие-нибудь маги-энтузиасты-монахи, тоже упарывающиеся этой дрянью? Лучше закинь меня к ним в послушники.
Кира засмеялась и покачала головой.
— Да уж, припоминаю твой последний опыт подчинения. Доблестно терпел два года, выполнил задачу, обучился всему что нужно, а потом: «Кира, мне необходим ещё один день, не забирай меня отсюда, нужно закончить одно дело!». И, как какой-то слетевший с катушек псих, вырезал всё своё начальство. В симуляции, Икс! В симуляции! Ой не могу, — продолжила веселится она.
— Мне нужно было выпустить пар, это были худшие два года. Крайне не хотелось бы повторять такой опыт, — равнодушно ответил я, вновь доставая зажигалку.
— Да расслабься ты, это бесполезно. Оперировать любой силой стоит учится только в идеально идентичных условиях, иначе получишь ложные рефлексы, которые только навредят. Поэтому, кстати, ни одного магического мира для тебя и не воспроизводила.
— Тогда сразу поднимай симуляцию того, в который отправлюсь. Освоюсь с этим чародейством предварительно.
— А вот тут облом, симуляцию его — я поднять не смогу.
— Это ещё почему? Ну ладно, может тогда подберём другой, всё-таки без предварительной обкатки способностей шансы на успех сильно снижаются.
— Придётся, видимо, полностью объяснять, — задумчиво пробормотала Кира, затем пристально посмотрела на пустой журнальный столик, стоящий рядом.
На столике материализовалась белая кошка с чёрным пятном на спине, она стремительно прыгнула к девушке на колени и свернулась там калачиком. Кошка, к слову, была точной копией моего питомца из далёкого детства. Выходка была вполне в Кирином стиле, поэтому никак её комментировать я не стал.
— В общем, слушай, — продолжила богиня, поглаживая пушистый клубок. — Я могу создать копию только тех миров, которых уже не существует. Влиять же на проекцию действующих — так же сложно, как и на них самих, слишком велика их связь с текущей реальностью. А вот уничтоженные миры легко воспроизводимы и пластичны. Только вот пользы от них нет никакой, потоков энергии, которую используют мне подобные, они не выделяют. Поэтому, по сути своей — они являются просто фантомами.
— Так значит ты их не создавала для меня, а уже изменяла существующие фантомы?
— Нет, это работает не так. Они начинали существовать, только когда становились частью моего внимания и только для тебя и меня. Если бы другой, со схожими способностями, попытался войти в фантом, для него появилась бы ещё одна версия этого погибшего мира.
 
— Что-то вроде слоёв?
— Ага, вижу, как глаза загорелись. Да-да, если у тебя всё получится, сможешь шляться по этим мёртвым мирам сколько угодно, я даже затрудняюсь назвать их приблизительное количество. Так что — вот тебе ещё одна мотивация осуществить нашу авантюру. Но мы отклонились от темы, вернёмся к элементу молнии. Как видишь, схожее вещество делает из обычных людей машины для убийства, и, по моим прогнозам, технология вполне применима в интересующем нас мире.
— Применима при каких условиях? Есть все предпосылки для её создания, нужные химические вещества синтезированы и известны, технологическая база готова? В таком случае, почему она ещё не используется?
— А вот с этого момента уже начинаются нюансы. Здесь её использовать получилось только после того, как к учёным попал человек с уникальной генетической мутацией, усваивающей заряженные молекулы и синтезирующей из них эту боевую сыворотку. Она по сути, кстати, заменяет плазму крови.
— Кажется я понимаю, к чему ты клонишь. Тогда учти, тебе придётся как-то сменить мне группу крови на четвёртую, чтоб я стал универсальным донором плазмы, ты такое сможешь?
— Если могу добавит тебе новый ген, то и это будет не проблемой, — пожала плечами Кира. — Уже есть идеи как это использовать? Учти, там у тебя уже будет конкурент. У него такого инструмента нет, но он уже создал там религию и имеет много фанатичных последователей. Будешь действовать по его примеру, только давать своим миньонам «убер пряники», помимо слепой веры?
— Слишком банально… Да и тиражировать солдат на «убер пряниках» в огромных количествах — это равносильно тому, как прийти на собрание самых могущественных кланов того мира, взять со стола папку с надписью «Положение о балансе сил» и, не стесняясь, помочится на неё. Потом продемонстрировать каждому из них средний палец, затушить об мокрую папку сигарету и неспешно удалится. Как думаешь, долго я проживу после такого перформанса?
— А что, я бы посмотрела на такое представление, — заулыбалась она. — Но насчёт религии — ещё подумай, всё же — это самый простой способ получить от людей нужный спектр эмоций, а это не забывай — твоя главная задача.
— И что, много у этого религиозного деятеля союзников из крупных кланов других государств? Как они в целом относятся к распространению его мировоззрения среди своих людей?
— Ну, за пределами тамошнего Египта, его последователей считают опасными варварами, несущими мракобесие в массы.
— Вот-вот… И как политическая фигура — он успешно играть не будет, если в мире не произойдёт ни каких глобальных перемен. Я же хочу получить возможно менее интенсивные эмоции, зато от значительно большего количества людей.
При этом создать сильную самостоятельную организацию, которая успешно интегрируется в то общество. Тем более, почва должна быть благодатной, хоть большинство и не верит в богов и прочие чудеса, запрос на лёгкую эзотерику должен быть крайне велик.
Это же всё-таки человечество. А оно везде одинаковое: лишь бы поубивать друг друга за кусок побольше, при этом желательно верить в собственную исключительность, предопределённость и высокий смысл всего происходящего.
Кира посмотрела на меня холодным взглядом, даже отдалённо не напоминающим человеческий. В такие редкие моменты отчётливо чувствовалась та огромная пропасть между нами как представителями разных видов.
— Однако эти существа рано или поздно появляются в любом мире и заполоняют его полностью. Сознание которым они обладают — самое совершенное устройство, предназначенное для единственной цели — выживать. А нам приходится становится ими, чтобы получить возможность использовать этот ультимативный инструмент. Мы ненавидим их. Ненавидим за то, что хоть и стоим выше, зависим от их эмоций. Ненавидим за то, что приходится пользоваться их личностями. И за то, что эти личности со временем становятся неотъемлемой частью нас, — потом словно переключился тумблер, и на её лице вновь появилась характерная для неё тёплая улыбка. — Но ты не забывай, я всегда буду на твоей стороне. Возможно когда-нибудь тебе покажется, что это не так, но это правда.