Довериться Судьбе (СИ)

Арестанты, блин.
Ну и что мне прикажете делать с этими хулиганами? Не по своей воле они сюда пришли, вон, как уши горят.
— Значит, Макор и Темор? — нарушила затянувшееся молчание. — Чем же я вам не угодила, ребят?
Высокий напрягся, а мелкий поджал губы, но взгляда так и не подняли.
— Ладно, не хотите со мной разговаривать, зачем тогда пришли? Мне ваши неискренние извинения сто лет не нужны. — Мальчишки даже не пошевелились. — Хорошо, давайте так, будто бы вы извинились, и будто бы я вас простила, а вы пообещаете, что больше ничего мне не устроите. Я всё равно скоро уеду, так что давайте прекратим нашу непонятную вражду.
Тут мелкий вскинулся.
— Разве ты… вы не к брату приехали?
— К брату? К твоему, что ли? — Я усмехнулась. — А кто таков твой брат, что я должна к нему приезжать? Говорю ещё раз, не знаю ни тебя, ни твоего брата, ни свата, ни ещё кого-либо из вашей семьи. Проездом я тут, точнее пробегом. В столицу тороплюсь, хочу жизнь там свою устроить, а до вашей деревни мне дела нет.
Мелкий подозрительно прищурился, явно мне не поверив.
— Как же та-а-ак, — протянул он недоверчиво, — ты не знаешь моего брата, а он тебя знает?
— С чего ты взял? — удивилась я. — Он тебе обо мне рассказывал?
— Там и рассказывать не нужно, — невесело хмыкнул мальчишка. — У него есть вещица, от которой за милю тобой несёт.
Сначала даже не поверила, но ребёнок так уверенно смотрел в ответ, что я сдалась.
Ну, ничего себе! Я не сном, не духом, а какой-то оборотень мои вещи ворует?
— Какая вещь? Я никому ничего не давала…
— Ленточка голубая, помнишь такую?
Помню… Не может быть! А я думала, куда она делась?
Мне тётушка тогда ленточек накупила, много разных цветов. Только мне больше нравилась именно голубая, под мои глаза. А потом она пропала.
Стоп.
А кто его брат?
Я повнимательнее всмотрелась в мальчишку… угу, черты лица по юному мягкие, но некая мрачность уже прослеживается. Это потом мягкость перейдёт в резкость. Те же тёмные глаза, почти чёрные, тёмные волнистые волосы, острый нос с небольшой горбинкой, широкие скулы и тяжёлый взгляд. Только ростом не вышел, но всё впереди.
— Бреннан… — сорвалось с губ.
— Вспомнила? — съехидничал поганец, а я вдруг рассердилась. Да сколько уже можно? Я видела этого медведя всего раз, а страдаю из-за него уже столько времени!
— Ах, Бре-е-еннан! — скрипнула я зубами. — Мало того, что он бабник, так ещё и вор? А ты значит, брат его будешь? Бандит и разбойник? Хороша же у вас семейка! — Мальчишки явно не понимали, чего это странная девица разбушевалась. А я всё больше распалялась и даже медленно двинулась вперёд, уперев руки в бока. — Так чем же ты не доволен? Что твой братец мало мне по сердцу потоптался? Да? Или то, что я в его ногах не валялась? Отвечай, бандюга, когда я тебя спрашиваю! — ошарашенные мальчишки распластались по двери, с ужасом наблюдая, как я к ним приближаюсь, боясь даже вздохнуть в мою сторону. — Ненавижу! У-у-у, как же я его ненавижу! Единожды его видела, а он мне всю душу вывернул! Он… он… а-а-а…
Я закрыла ладонями лицо и протяжно вздохнула. Вот оно как. Боль, которая копилась во мне, вся обида, которую держала в сердце, так и не отпустили меня до сих пор. Что ж я такая непутёвая? Давно надо было понять, простить и отпустить.
Ещё раз тяжело вздохнула, махнула мальчишкам на дверь и пошла умываться холодной водой. А когда вернулась, они так и стояли, вжавшись в дверь, словно два испуганных воробья.
И мне стало стыдно. Что, спрашивается, кричала? Они же не виноваты в моих проблемах с медведем.
— Уходите, — шикнула на юных оборотней, — и на глаза мне не попадайтесь… И брату своему передай… Нет, не смей ничего ему передавать. Я сегодня же свалю из этого дурдома.
Хлопнула дверь, а я обессилено свалилась на кровать. Какое-то время лежала с совершенно пустой головой, потом подумала, что сегодня уйти не могу, с оборотнями мы договаривались на завтрашнее утро. Значит, завтра.
Хай с этим лицом, лучше в лесу задержусь, пока краска схлынет, но ни на минуту лишнюю здесь не останусь.
 
Как вообще получилось, что я оказалась в его деревне? Зачем тётушка так сделала? Зачем?
Я заставила себя подняться и начать упаковывать вещи. Книги завернула в отрез ткани. Попрошу завтра хозяина отнести старику. Думаю, ничего страшного.
Тут скрипнула дверь, вырывая меня из тяжёлых дум. Я недовольно оглянулась и увидела в проёме тёмную макушку с крупными завитками волос.
Опять?
— Чего вернулся?
В этот раз мальчишка не испугался моего строгого голоса, он смело вошёл в комнату и, прикрыв дверь, направился к столу. Выдвинул стул и, развернув в мою сторону, присел на краешек, словно дитя невинное, но решительное.
За что мне всё это?
Пришлось садиться на кровать.
— Говори скорей, что хотел, мне завтра вставать рано.
Ребёнок засмущался, сжал ладонями тощие острые коленки. Прямо Ангел, белый и пушистый, глубоко внутри.
— Госпожа…
— Яна.
— Госпожа Яна…
— Просто Яна, без госпожи.
— Яна, вы…
— Ты.
— Да что ж такое? Вы! Ты! Дашь мне сказать или нет? — возмутился мальчишка, ероша свои тугие тёмные волны на макушке. Мысленно хмыкнув, постаралась держать лицо невозмутимым, и просто кивнула. Он выдохнул и быстро взял себя в руки. — Яна, ты не можешь рассказать мне, что на самом деле между вами произошло? Просто брат молчит, его бывшая невеста на всю деревню славит некую ласку, а я не знаю, что думать.
Бывшая невеста? Бывшая это которая не стала женой, или наоборот стала и перестала быть невестой?
Да плевать!
— Почему она славит меня?
— А кого ещё? — удивился мелкий. — Брат у меня порядочный…
- Ну конечно… — протянула я, качая головой. Брат, сестра, тётя, дядя… все хорошие, и только потому, что в них течёт та же кровь, что у тебя. — Ничего между нами не случилось и я, правда, не знаю, почему твой брат отказался от невесты. Мы же с ним ни слова друг другу не сказали и виделись только раз.
- Как такое возможно? — не поверил он.
- Просто. Он приехал к тётушке Аве, а там, на кухне я. Ну, меня и накрыло. Никогда до этого не испытывала такого и это было… было очень…
— Хорошо? — подсказал мальчишка.
— Да ужасно это было! Ты представь: у тебя размеренная, устоявшаяся жизнь, ты строишь планы на будущее, и в них нет никакого медведя. И тут, словно снег на голову твой брат и давай свои медвежьи феромоны вокруг меня разбрасывать.
- Эм… что? — смешно сморщил нос мелкий медведь.
Я невольно хмыкнула. Да уж, увлеклась немного.
- Уставились мы друг на друга, словно два идиота. И взгляда отвести не могли. А в теле пожар разгорался…
- Всё, всё, — замахал руками мальчишка, — избавь меня от подробностей. Так значит ты его единственная?
- Я? А про невестушку забыл? По всему, это она единственная, а я вторичная. — Или третичная, если не пятиричная. Эй, чего это я? Плевать! — Не знаю как его, а меня приложило знатно. Мозг выключился, только и могла, что пожирать его глазами. Спасибо тётушка вовремя вернулась.
- Но ведь встретить пару это радость… — растерянно пролепетал ребёнок, явно переживая разрыв шаблона.
— Единственную может и радость. А если их несколько? Да шучу я, шучу. Не волнуйся ты так. У тебя будет одна единственная, и ты будешь самым счастливым оборотнем на свете. А вот брату твоему не повезло. Вот он, наверное, и растерялся. Хотя я тоже радости особой не испытала.
— А дальше?
— Дальше? Я пришла в себя и решила чем судьба не шутит? Раз сама мне в руки пару привела, можно и познакомиться. Пообщаемся, узнаем друг друга поближе, и будет видно.
 
— Ну и?
— Ну и! — передразнила мальчишку. — Ушла буквально на полчаса, вернулась, а его и след простыл.
- Как? — не поверил он. — Как простыл?
- Сбежал твой брат от своей единственной, даже не попрощался. Видно вторая пара ему не нужна. Да и зачем, если у него уже есть первая? Я когда узнала про неё, так сразу выкинула его из сердца. Зачем мне женатый мужчина?