Довлатов. Сонный лекарь (СИ)
Внебрачный ребенок? Похоже Мари от греха подальше, выпнули из дома, чтобы родные дети графа её не заклевали. Это объясняет и странное поведение в лекционном зале и не знание английского.
— На будущее, Мари, — смотрю в глаза девушки. — Наши с вами ситуации диаметрально противоположно. Вас приняли в род. Скорее всего вся родня была против. Ещё один претендент на наследство графа. Дамы орали, били посуду, ругали последними словами. Аристократы любят такой сор прятать дома, прикрываясь понятием «семьи». Я же добровольно покинул род, взяв себе другую фамилию. Причина, тот самый сор которого в доме скопилось слишком много. Так что скажу на будущее. Будут вопросы по этикету аристократов, обращайтесь. И ещё одно.
Пододвигаюсь к удивленной девушке поближе.
— Советую, взять уроки этикета, — шепчу так чтобы нас не услышали другие. — Вам надо как можно скорее привыкнуть к роли дочери графа. Обязательно найдутся злые языки, пытающиеся ткнуть в вас вашими же манерами или происхождением.
— Б-благодарю, — девушка с благодарностью кивнула. Мда-а-а! Всё плохо. Скрывать истинные эмоции ей тоже надо научиться. Реальные сходки молодых аристократов, это тот ещё клубок ядовитых змей. Все норовят за счет друг друга самоутвердиться.
— Суть самостоятельной практики, — беру ладони девушки в свои руки. — В том, чтобы начать гонять ману по энергоканалам. Это не так просто как кажется и также тратит ману. В вашем духовном теле двенадцать главных меридиан и восемь дополнительных. Плюс несколько сотен вторичных энергоканалов, отходящих от основных подобно венам и артериям.
Ключевой момент в вопросе саморазвития это не доступ к Источнику маны. Их-то как раз хватает, пусть и не таких мощных как в топовых вузах Рейтинга Цифр. Ключевой момент это сколько точек фокусировки одаренный способен удерживать в уме. Чем их больше, тем лучше он управляет маной и тем легче ему дается создание техник.
Даже когда в детстве мне сказали «забудь о мечте стать одарённым» я продолжал самостоятельные тренировки. Держал в уме геометрические фигуры, просовывал одну в другую, создавал третью и так до бесконечности.
Мне удалось развить свой разум до поддержания сорока семи точек фокусировки! Это считается нормой… для ранга учителя [3]. Потому дед в больнице и удивился, тому с какой скоростью мне дается обучение базовым целительским техникам. Теперь вот Мари учу тем же фокусам, только уже на практике и с источником маны под боком.
…
Моих духовных сил хватило на час самостоятельных занятий. Мари, сказав что ей вдруг стало дурно, покинула зону тренировок через четверть часа.
Так началось мое обучение в летнем лагере при Академии Куб.
…
Встревоженная Мари позвонила мне тем же днем, попросив вечером переговорить с её отцом по телефону. Граф Жан-Поль Шампань оказался опытным управленцем — все же тридцать лет правит Французской Полинезией. Он сходу оценил перспективы общения внебрачной дочери с тем, кто оказывает ей поддержку по «бартеру». Прямо просить об услуге ему не позволяет титул и гордость. А вот, создать ситуацию выигрыш-выигрыш, оплатив в Кубе наши с Мари занятие до конца лета, это пожалуйста. Опять же, практика английского и учитель жизни среди аристо.
В общем, я идеальный кандидат! Даже бюджет на прогулки девушки по Арану удалось выбить. Так сказать вывести дочь графа «в поле». Пусть учится манерам тут, раз дома всё семейство Шампань настроено против неё.
Положив трубку, я все никак не мог стереть с лица довольную улыбку.
— А жизнь-то налаживается!
Учеба есть, крыша и работа тоже. Теперь вот удалось выбить себе заработок, совместив приятное с полезным.
…
В течение следующих двух недель, пришлось жизнь в режиме нон-стоп. Сначала ранний подъем и быстрой завтрак. В шесть утра уже начинаю прибывать в порт суда после утреннего лова. Потом быстрая помывка, переодевание и бегом на лекции по целительскому делу. Днём практика, прогулка и обучение Мари. Дочь рода Шампань оказалась способной ученицей, впитывая получаемые знаний, как губка. Девушка смышлёная! Понимает, что ей как и мне выпал шанс, редчайший из возможных, кардинально изменить свою жизнь.
В восемь вечера — возвращение домой и глубокий целительский сон до двенадцати часов ночи. Просыпаюсь в полночь, иду к ближайшему жилому дому и там «Щелчком» ставлю метки на простолюдинов. Мне даже входить к ним не надо! Мана проходит сквозь стены. Случай с отелем и задранными в потолок ценами, дал пищу для размышлений. Экранирование от воздействия маны, как правило в жилых домах не ставят!
До двух-трёх часов ночи практикую дар Довлатовых. Сны конечно один другого интереснее! То у них тут революция, то чудовища из моря прут. Вернувшись домом сплю еще два-три часа и бегу на работу в порт.
К концу второй недели столь бурной жизни, душу уже грела сумму в две тысячи заработанных долларов на счете! Все наши с Мари походы по кафе, оплачивались банковской картой графа. Хе-хе! Чувствую себя альфонсом.
В летнем лагере Академии ситуация начала стремительно меняться. Всё чаще на практических занятиях стала слышалась русская речь. Про группы кучкующихся аристократов и говорить не стоит. Глаз то и дело цеплялся за до боли знакомы гербы родов из Российской Империи. В такие моменты, я сам отводил глаза. Мне нужны связи, но момент не подходящий. Нужен серьёзный повод, дабы элита Российской Империи вдруг заговорила на равных с кем-то, за кем НЕ стоит сильный род. К тому же, все они поголовно ученики [1]. Десяток, даже до ранга ветерана [2] добрался! А ведь им всем тоже не больше восемнадцати лет. Вот она, сила генов потомственной аристократии.
Ситуация в этом вопросе изменилась внезапно. Шло очередное практическое занятие. Мы с Мари, как обычно заняли место в белом кольце около источника.
— Довлатов? — прозвучавший вопрос на чистом русском, вышиб из транса. Я резко обернулся. — Ну да, точно ты!
Рядом со мной топтался белокурый парень в рубашке, держа пиджак на изгибе локтя. Весь его язык тела и манеры речи кричали о благородном воспитании. Он махнул рукой кому-то.
— Полин! Нашел. Тут он, — парень опустив руку, кивнул Мари. — Прощу прощения. Мы с вами вроде ещё не знакомы? Дмитрий Романов, младший сын князя Романова.
Мари ничего не поняв по-русски, перевела взгляд на меня.
— Он сын великого князя, — вздохнув объясняю на английском. — Мы с ним не знакомы.
— Э-нет! — Дмитрий лукава улыбнулся и тоже перешел на английский. — Много лет назад, мы с тобой разок пересекались. Твои предки Салтыковы вели дело связанные в нашим родом. Мы с отцом и старшим братом тогда заезжали в ваше имение.
Вот ведь хитрый змей! Нашел что вспомнить, быстро перейдя на «ты».
— Если ограничить наше знакомство лишь этим, — отвечаю той же монетой. — То ты бы не знал моей новой фамилии.
— Всё так, — Дмитрий кивнул сохраняя дружелюбную улыбку. — Но предположим на секунду, что ещё до прибытия в Аран, род Романовых разузнал обо всех кто прибыл сюда учиться. Выпускниках, преподавателях, студентах, абитуриентах и просто туристах.
Указываю Марии на хитрого засранца.
— Дмитрий хороший пример того, — снова говорю на английском — как мышление представителей древних родов, отличается от нормы среди аристократов.
— Ваш друг налаживает связи⁈ — Мари состроив умилительную мордочку, начала что-то печатать в телефоне.
— Всё так. Дела рода, как обычно, — Дмитрий хмыкнул, сев на землю рядом с нами. — Мог бы ляпнуть, что «тебе это не знакомо», но боюсь все наоборот. Ты знаешь внутреннюю кухню аристократов даже слишком хорошо.
— Я больше не Салтыков, — качаю головой. — Довлатов моя новая фамилия.
— Ну-ну, — Дмитрий качнул головой. — А вот привычки держаться особняком всё те же.
Меня не обманула ни дружелюбная улыбка, ни то что Дмитрий к нам первый подошёл. Ему так можно. Романовы, второй по могуществу род Российской Империи в стране. Пусть мы и не знакомы лично, но помню видел его в зеленом круге. А значит у него уже ранг ветерана [2].