Робокоп I
БАНГ! — Один из охранников, выронив автомат, сползает вниз. На груди его расплывается бордовое пятно.
БАНГ! — Еще один, перевалившись через парапет, полетел с высоты второго этажа на бетонный пол.
Робот продолжал вертеть головой, осматривая вероятные мишени. Бодигера нужно было исключить из их числа. Он должен остаться живым.
БАНГ! — Выскочивший из-за стены ящиков человек мешком рухнул на пол.
Сэм несколько раз подряд нажал на курок. Опустошив обойму, он отшвырнул пистолет и метнулся к столу. Даже слепой понял бы, что их пальба не причиняет полицейскому никакого вреда. А значит, оставалось одно — бежать. Раскрыв чемоданчик, Сэм принялся сгребать туда пакетики с порошком и тугие пачки денег. Крышка едва захлопнулась, ему даже пришлось навалиться на нее всем весом.
Подхватив «кейс», он рванулся к выходу. Пробежав по узкому проходу между двух высоченных штабелей из ящиков, Сам выскочил в коридор, угодив прямо под перекрестный огонь полицейского и своих же телохранителей. Потоки раскаленного свинца прошили его насквозь и отбросили к стене. Из раскрывшегося от удара «кейса» посыпались пакетики. Тонкие струйки порошка брызнули в воздух, когда пуля сорок пятого калибра попала в полиэтиленовые упаковки. Стодолларовые банкноты разлетелись по полу, покрыв его серо-зеленым бумажным ковром.
Кокс и Минш тоже не отставали от остальных. Минш уже успел подхватить «узи» кого-то из мертвых «горилл» и сейчас поливал пространство внизу свинцом. Как садовник поливает свою любимую клумбу. Тщательно и аккуратно. Держа автомат перед собой на вытянутых руках, страшно оскалясь, он выкрикивал китайские ругательства пополам с американскими.
Робокоп увидел его и тотчас же вспомнил. Один из его убийц! Без всякого сожаления робот вскинул пистолет и нажал на курок. Минша подбросило в воздух, и, перелетев через перила мостика, он рухнул с пятиметровой высоты в нагромождения ящиков.
Коксу повезло больше. Следующая, выпущенная Ро-бокопом пуля, ударила в пистолет. Правда, негру сильно отбило обе руки, но он, по крайней мере, остался жив. Упав на пол, он застыл, притворившись мертвым.
Мало-помалу огонь начал стихать. Робокоп продолжал идти через цех, отыскивая Бодигера. Те из «горилл», кому посчастливилось остаться в живых, предпочли спрятаться, прекратив стрелять. Цех был усеян телами. На полу валялись обломки досок, осколки стекла, и кучи стреляных гильз поблескивали желтоватыми боками.
Кларенс, спрятавшись за штабелями ящиков, наблюдал за гигантской, остановившейся посреди зала фигурой. Он оставил надежду пристрелить робота и теперь просчитывал пути к отступлению.
Можно попробовать выбраться через окно в соседний цех. Оттуда — на улицу, и смыться. Хотя, смешно думать, что этот парень не заметит его. Но если попытаться добежать до выбитой двери, металлический урод его просто-напросто пристрелит. Как быть?
Он выбрал первый вариант. Не зная, что представляет из себя Робокоп, Бодигер не мог даже предположить, что уже обнаружен. Оглянулся он только тогда, когда зычный голос раздался над самым ухом.
— Кларенс Бодигер, Вы арестованы!
Убийца рванулся, но железная рука легко приподняла его в воздух и швырнула в окно соседнего цеха.
Описав фантастическую дугу и выбив стекло, Кларенс упал на усеяный осколками бетон.
Робот надвинулся на него и, забрав в титановую ладонь ткань рубашки, притянул бандита к себе.
— У вас есть право хранить молчание!
— Да пошел ты к… матери, ублюдок. — Просипел Кларенс.
В следующую секунду его тело опять взмыло в воздух. КЛАЦ! — Огромная перегородка брызнула стеклами, а он вновь приземлился на пол, подвернув руку.
— Эй, погоди! Погоди!!! — Испуганно заорал Бодигер, глядя на приближающегося Робокопа. — Меня защищают! У меня есть «крыша»! И
Он в третий раз описал дугу и рухнул спиной на стол, отчего тот хрустнул и развалился на куски. «Режим записи включен».
— Все, что вы скажете, может быть использовано против вас!
В мозгу Робокопа проснулся ЧЕЛОВЕК. Он завладел телом и теперь, задыхаясь от ярости, гнал своего собственного убийцу, как волк раненого кролика.
— Что за дерьмо такое!!! — Простонал Бодигер. — Слушай меня! Слушай меня, урод!!! У меня есть парень в «Оу-Си-Пи»! Аааааааааааааа!!!!!!……
БЛАМС! — Стеклянный вентиляционный шкаф дрогнул, когда тело, перевернувшись в воздухе, врезалось в него.
Из разбитого лица преступника текла кровь. Переносица опухла и напоминала объемную грушу.
— У вас есть право на адвоката! — Спокойно заявил Робокоп, подходя к Кларенсу.
Тот испуганно попятился, прикрываясь руками.
— Это Дик Джоунс! Ясно тебе, урод! Это Дик Джоунс!!!
Робот легко ухватил его за шею и резко притянул к себе. Кларенс лицом врезался в стальную маску, оставив на ней алые пятна.
Он что, не понимает ни хрена, этот железный ублюдок? Не знает, чем ему это грозит? Да Дик Джоунс его в порошок сотрет!
Нестерпимо ныло разбитое, изрезанное стеклами лицо.
Бодигер поднялся на ноги. Очки сползли набок, одна из линз треснула, тщательно набриолиненные волосы растрепались; дорогой пиджак порван, заляпан кровью и пылью. Словом, задержанный представлял из себя довольно жалкое зрелище. Тем не менее ему удалось выпрямиться и выдавить злобно:
— Слушай ты, сосунок! Я работаю на Дика Джоунса! Он второй человек в «Оу-Си-Пи». «Оу-Си-Пи» контролирует полицию, а ты — полицейский!
Робокоп несколько секунд изучал его, а затем спокойно подтвердил:
— Да. Я — полицейский.
В нем боролись две силы: человек, которым он был когда-то, и заложенная в компьютер программа, гласившая:
«Директива N3. Утверждать правопорядок».
Это значило, что робот не может нарушить закон. Программа победила.
Мерфи, наверное, поддался бы искушению и пристрелил Бодигера. Робокоп же только крепко ухватил его за плечо и невозмутимо добавил:
— А ты — убийца. И пойдешь со мной.
Бодигер сплюнул на пол кровавый сгусток и, злобно ухмыльнувшись, пробормотал:
— Ладно, засранец. Пока один: ноль.
Западный полицейский участок. 5 июня 1999 г. 18.15
Сегодня в участке было на редкость тихо. Объяснялось это довольно просто: сегодня погибло двое полицейских. Их изрешеченные трупы нашли в машине неподалеку от города.
Никто не знал точно, как это произошло, но все были в курсе — за два часа до гибели кто-то из этих парней попытался выйти на связь. Но сигнал тут же оборвался. Подняли тревогу. На поиски отправили всех свободных патрульных. Но когда их все-таки нашли, было уже поздно. Двое молодых ребят погибли.
Примерно три месяца назад сержант написал рапорт в «Оу-Си-Пи» с просьбой оснастить полицейских персональными датчиками. Корпорация ответила утвердительно, но датчики так и не выдали. Из-за этого и вспыхнула очередная перебранка. Джерри Спензер, пузатый полицейский, снова принялся призывать коллег к забастовке. Собравшись группой, полицейские пошли к сержанту, где и наткнулись на жесткий отпор. Негр слышать не хотел о забастовке. Это был его участок, через него проходили все сведения, и он лучше других представлял, каковы могут быть последствия подобной акции. Хотя, как человек, сержант был вполне согласен со своими подчиненными и понимал, что рано или поздно их терпение лопнет. Но как начальник Западного полицейского участка противостоял этим людям, выполняя свой долг. На этой почве и возник конфликт, достигший своего пика к моменту, когда Робокоп втащил в дежурное помещение окровавленного Бодигера.
— Не знаю! — Ревел Спензер. — Не знаю! Мне самому не очень это нравится, но я не вижу другого выхода! Эти уроды из «Оу-Си-Пи» пляшут на наших трупах! Они экономят деньги, а мы подыхаем из-за этого!
— Слушай, ты! — Заорал в ответ сержант, наклоняясь к подчиненному через стол. — Ты призываешь к тому, чтобы закрыть главный полицейский участок Детройта! Ты понимаешь, что тогда произойдет, а? Да весь этот город полетит в тартарары! Взорвется! Его просто в клочья разнесут, понятно?