Робокоп I
— Пока, Бобби!
— Позвони мне, когда освободишься!
Кларенс улыбнулся. Опять Бобби. Везет ему на разных Бобби. И ведь вот странность. Как только парня зовут Боб, он тут же умирает. С чего бы это? Причем, как правило, все Бобы порядочные говнюки. По крайней мере, те, кого он знал. Нет, тут определенно прослеживается закономерность. Нужно будет подумать об этом на досуге. Ухмылка стала еще шире.
Парень, наконец, очухался и, утирая разбитые губы, на полусогнутых отступил к столу, на котором россыпью лежали маленькие пакетики с порошком.
Парнишка, оказывается, кокаинчиком балуется, а? Занятно.
Кларенс подошел к столу и сгреб пакетики в карман плаща. Повернувшись к парню спиной, он выудил из-под полы пистолет и принялся неторопливо накручивать на ствол цилиндр глушителя.
— Ты что делаешь? — Истошно заорал Боб. — Ты знаешь, кто я такой? А? Ты знаешь, кто я? Тебе не уйти с этим, понял?
Бодигер снова ухмыльнулся.
Какие они самонадеянные, эти засранцы. Вот он стоит тут и орет, не подозревая, что перед ним его собственная смерть. Угрожает. Смешно, ей-богу. Я мог бы этому сопляку одной рукой свернуть шею. Или переломать все кости.
Он обернулся и ленивым жестом поднял пистолет.
ПФОРХ! — Звук был такой, словно вылетела пробка из бутылки.
Нога Мортона подломилась, и он тяжело рухнул на пол. Ухватившись руками за ногу, чуть выше раздробленной коленной чашечки, парень заорал:
— Что ты делаешь, мать твою? Бодигер улыбнулся, словно недоумевая.
ПФОРХ! — Второе колено хрустнуло следом за первым.
— Черт! — Вскрикнул Мортон. — Черт!!! Прекрати!
Кларенс убрал пистолет в карман и не спеша прошелся по комнате, оглядывая обстановку. На столике лежали золотые часы.
Хорошенькая штучка.
Он поднял их и прочел марку. «Ролекс».
Да, Очень хорошая, И дорогая.
Часы последовали за пакетиками;
— Что тебе нужно! — Боб потерял голову от страха. Дрожащими пальцами он цеплялся за ковер, пытаясь ползти следом за убийцей.
— Я отдам тебе все. Правда! Тебе нужны деньги? Сколько? Миллион, а? Наличными?
Бодигер вскинул брови, как бы говоря:
«Да ну? Так много за одну говенную жизнь?»
— Нет? Полтора! Я дам тебе полтора миллиона! Это же куча денег! Представляешь? Полтора миллиона наличными! Ты сможешь уехать! В любую страну!
Убийца запрокинул голову и захохотал.
Отлично! Нужно будет рассказать об этом Дику! «Сможешь уехать в любую страну!»
У него даже слезы выступили. Пришлось снять очки и вытереть глаза.
Похоже, этот парень думает, что за свои жалкие полтора «лимона» может купить Кларенса Бодигера. Представляю, какая у него была бы рожа, объясни я ему, кто перед ним.
Он вытащил из нагрудного кармана рубашки блестящую тарелочку видеодиска и воткнул ее в приемную щель проигрывателя.
Экран ожил и…
Боб похолодел. Усиленный динамиками голос придавил его к полу.
— Привет, дружок. Говорит Дик Джоунс. Помнишь меня еще, а? Надеюсь, ты уже на коленях. Молишь, чтобы тебе сохранили жизнь? — Голос с притворным сочувствием продолжал. — Это ужасно, Боб. Ужасно. Теперь ты, наверное, не так задиристо себя чувствуешь?
Боб, кривясь от жуткой боли, повернулся к убийце.
— Сколько бы он ни платил тебе, я увеличиваю сумму в два раза. Прямо сейчас.
Но Бодигер лишь равнодушно смотрел на экран, сжимая в руке темный кругляш.
— Знаешь, какая проблема с тобой, Боб? — Продолжал улыбаться в камеру Джоунс. — Мы могли бы быть друзьями, но ты сам не захотел пойти на это. Да, парень. — Постепенно в голосе Дика зазвучали яростные ноты. — Ты решил перепрыгнуть через мою голову. А это очень больно. Но жизнь продолжается и приходится бороться за славу и почести. Не так ли?
Бодигер усмехнулся и открыл ладонь. На ней, поблескивая тусклой ребристой поверхностью, покоилась граната. Убийца поднял пузатенькую болванку ко рту и, сжав зубами стальное кольцо, легонько потянул.
ЦВОНГ! — Узкая полоска чеки упала на толстый ворсистый ковер. Бодигер аккуратно положил смертоносный бочонок на стол и вышел, тихо прикрыв за собой входную дверь.
И тогда Боб пополз. Ударяясь простреленными коленями об пол, ломая ногти, закусывая до крови губы, он полз к столу.
На полированной поверхности отсчитывала секунды его, заключенная в стальную оболочку, смерть. Голос Дика Джоунса догнал его.
— Боб, в каждой игре есть победитель и есть побежденный. Я ВЫЧЕРКИВАЮ ТЕБЯ ИЗ СПИСКА ЖИВЫХ, БОБ!
Он даже тут не смог удержаться от театрального эффекта. Но Мортону было на это плевать.
Еще два движения, и он, подтянув сведенное больное тело, оказался у стола. Вытянув пальцы, Мортон попытался добраться до гранаты. Это ему почти удалось, но в последний момент рука его дрогнула. Кончики пальцев ткнулись в стол, граната покачнулась и, скатившись со скользкой поверхности, брякнулась на ковер.
Дик Джоунс насмешливо смотрел с экрана, словно видя эти жалкие попытки Мортона и наслаждаясь ими.
Боб уронил голову. Сил у него больше не было.
Кларенс Бодигер, сидя за рулем приземистого темно-синего «линкольна» и покуривая, внимательно наблюдал за горящими окнами. Он должен быть уверен, что все пройдет как нужно. Дик настаивал на этом.
Яркий огненный шар возник в квартире и разорвался с жутким грохотом. Осколки стекла, перемешанные с деревянной щепой, кирпичными обломками и кусками черепицы, разбросало по улице. Взрывная волна ударила в соседние дома, выбивая оконные рамы.
Все. Этого говнюка Бобби больше нет. А его кусочки полицейские смогут обнаружить на Луне.
Бодигер завел машину и быстро уехал, отыскивая глазами какой-нибудь телефон у дороги. Ему нужно было дозвониться Джоунсу, чтобы сказать:
«Все отлично. Дело сделано».
В ночном клубе ревела музыка. Кроваво-красный свет прожекторов делал людей нереальными. Словно стая упырей собралась порезвиться в этом странном зале. Кое-где мелькали обнаженные бюсты девушек. Большинство присутствующих находились в состоянии наркотического транса, и, если бы полицейские надумали устроить здесь облаву, они обнаружили бы массу интересного.
Робокопа сейчас не интересовало содержимое карманов местной публики, и он не собирался производить массовый обыск. Ему был нужен один-единственный человек. Вполне конкретный реальный парень. Эмигрант-француз. Убийца. Нэш Леон.
В шевелящемся море голов довольно трудно было найти определенного человека. Скорее всего обычному полицейскому это и не удалось бы. Но Робокоп был необычным полицейским. Он был суперполицейским и сравнительно легко справился с этой задачей при помощи сканирующего устройства.
Нэш Леон, 29 лет, безработный, весело отплясывал в дальнем уголке с щупленькой темноволосой девушкой. Они были увлечены разговором и не обращали внимания на происходящее у входа. И совершенно напрасно. Прокладывая себе дорогу сквозь толпу, Робокоп приблизился к преступнику. Оттеснив девушку в сторону,
«Процедура ареста. Подозреваемый — Нэш Леон.» он встал прямо напротив парня и, повысив голос до уровня музыки, проревел:
— Где Кларенс Бодигер?
Нэш не был глупым человеком и сразу понял, КТО спрашивает его про Боди. Он узнал эту штуку. Ее показывали по телевизору. И тем не менее это был полицейский, а с копами у него разговор короткий, пусть даже и с электронными. Выхватив из кармана увесистый «вальтер-лонг 0.9», Нзш нажал на курок. Он опоздал всего на долю секунды. За мгновение до выстрела стальные пальцы сомкнулись на его запястье и подняли руку с пистолетом вверх, к потолку. Ревущая музыка заглушила звук выстрела.
А свободный кулак Робокопа ударил Нэша в челюсть. Тот мешком рухнул на пол, зажимая ладонью разбитый рот. Слегка пошатываясь, он все-таки встал и, в свою очередь, нанес Робокопу страшный удар ногой в живот. Этот удар свалил бы с ног кого угодно. Но только не робота.
Нэш снова скорчился на полу, держась руками за отбитую ступню.
— Ну, ладно, хрен с тобой. Пошли. — Простонал он, глядя на Робокопа снизу вверх.