Робокоп I
Пытаясь успокоить байкера, он быстро заговорил:
— Ну-ну-ну… Не заводись, парень. Я уже открываю. Вот он, ключ. Вот он… Видишь, уже открываю.
— Давай, давай. А то я тебе сейчас мозги вышибу. И твоей суке! Понял? Открывай!
— Хорошо, хорошо. Вот я вставляю ключ, вот…
— Быстрее давай! Считаю до трех: Не успеешь — ты труп. Понял? Давай! Раз… два… т…
На счет «три» колокольчик на двери тихо звякнул и чей-то механический голос произнес:
— Бросьте оружие! Вы арестованы! Байкер обернулся и… застыл.
У самых дверей стояла высокая человеческая фигура. Свет ярких люминесцентных ламп отражался в начищенных доспехах.
— Да пошел ты! — Заорал парень. Он был не робкого десятка и очень гордился этим. — Ты кто такой, мать твою?!!
Робокоп не стал отвечать. Это не входило в его задачу. Он просто пошел вперед, и в ту же секунду автомат парня взорвался свинцовым дождем. Пули плющились о титановые пластины, раздирали пакеты с едой, дырявили жестянки с пивом, отчего на полу образовался пенистый коричневый ручеек.
Со звоном осыпалась витрина. Фейерверк кукурузных хлопьев возник в воздухе. Чипсы хрустели под тяжелыми ногами Робокопа, перемешиваясь со сладкой карамельной мукой.
«Вооружение: автомат «стен-ган».
калибр: 8 миллиметров.
Боезапас: тридцать патронов.
Директива № 2.»
Робот, подойдя к байкеру вплотную, спокойно протянул руку и схватил автомат. Моментальным легким движением суперполицейский согнул ствол под прямым углом.
Налетчик еще хватал ртом воздух, а цепкие мощные пальцы вцепились в него и легко, словно пушинку, швырнули в холодильный шкаф. Парень пробил головой дверцу и обмяк. Только часть торса, бедра и ноги торчали из холодильника, напоминая о произошедшем.
Сара и Сэм выглядели ничуть не лучше, чем байкер минуту назад. Вытянувшиеся лица, изумленно распахнутые рты, округлившиеся глаза.
Робокоп повернулся к ним лицом и невозмутимо пробасил:
— Благодарю за ваше сотрудничество с корпорацией «Оу-Си-Пи». Спокойной ночи.
Тяжело ступая по усыпанному продуктами полу, робот вышел на улицу: Где-то рядом истошно надрывались сирены патрульных машин. Полицейские торопились к месту происшествия.
И снова ночная река городских улиц. Ожидание своей минуты.
Этот человек с автоматом напомнил ему что-то. Туманное и расплывчатое. Оно находится за серой пеленой, Для того чтобы сорвать ее, необходимо одно усилие. Вспомнить что-то! Знакомое, нужное, важное.
ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ПОМНИТЬ. ТЕБЕ НЕЧЕГО ВСПОМИНАТЬ. ТЫ — НЕ ЧЕЛОВЕК.
БАНГ! ЭТО ГРОХОТ. ШУМ. И ЯРКИЙ ЖЕЛТО-КРАСНЫЙ ВСПЛЕСК ПЛАМЕНИ. И БОЛЬ В ГОЛОВЕ. ВСПОМНИ.
КТО ТЫ?
КЕМ ТЫ БЫЛ ДО…
ДО ЧЕГО?..
ТЫ БЫЛ…
КЕМ?..
БАНГ!
ЧТО ЭТО?
ПЛАМЯ. ПЛАМЯ. ПЛАМЯ.
БАНГ!
ЧТО ЭТО ЗА ЗВУК? Я ЗНАЮ ЕГО! И ПЛАМЯ! ПЛАМЯ ПЛАМЯ ПЛАМЯ И БОЛЬ.
ВЫСТРЕЛ! ПОСЛЕ КОТОРОГО ПУЛЯ ВОШЛА В ТВОЮ ГОЛОВУ!
КТО ТЫ?
32-я стрит. 21.17. Синди Ньюпорт. 24 года. Стенографистка
Над ее головой хлопал полотнищем огромный транспарант. Рядом с эмблемой «Оу-Си-Пи» яркие буквы: «Дельта-Сити. Будущее имеет серебряные очертания». За спиной прогудели вагоны надземки, торопясь по выгнувшему спину бетонному метромосту.
Она спешила с работы. Вот уже два часа, как ей нужно быть дома. Том, наверное, с ума сошел от беспокойства. У нее ведь сегодня день рождения. Все подруги. Осталась выпить кофейку — ничего себе. Господи, еще три квартала. Как назло, ни одного такси. Том сколько раз говорил ей: «Ни в коем случае не ходи домой одна. Бери такси». Да. Он прав. За последние три года Детройт скатился дальше некуда. Какого черта. На улицу выходить опасно. Того и гляди, пристрелят или ограбят. Наверное, нужно купить что-нибудь из этих патентованных штук для самозащиты. Этот… как его… электронный хлыст. Одна из подруг рассказывала, как на нее напали в подъезде собственного дома, а у нее как раз при себе был этот хлыст.
Рррраз. — Бах! и готово.
Хотя она и порядочное трепло, похоже, электронный хлыст — штука надежная!
Она еще успела расслышать шаги за спиной. В ту же секунду чьи-то потные руки зажали ей рот и обхватили за талию. Слащавый голос жарко прошипел ей в самое ухо:
— Сейчас мы с тобой развлечемся, красотка!
Не помня себя от страха, Синди рванулась из этих жутких объятий. Невероятно, но ей удалось вырваться. Она побежала вперед, туда, где освещенные улицы могли дать защиту, но… высокая мужская фигура выросла у нее на дороге.
— Ты куда торопишься, цыпа? Задержись, мы такие классные ребята!
— Оставьте меня! Оставьте! Помогитеееееееее…
Кто-то из жителей соседних домов снял трубку и набрал номер:
— Алло! Полиция?
«Преступление в стадии совершения.
32-я стрит.
Попытка изнасилования. Вероятность убийства —
72 %.
Директива N2.»
«Порш» резко увеличил скорость, ныряя в темный переулок за два квартала от метромоста.
В руках одного из парней появился нож с широким зазубренным лезвием.
— Слишком много у тебя волос, детка! Дай-ка я себе клочок на память отрежу.
Синди не могла пошевелиться. Второй цепко держал ее, зажимая рот, не давая кричать. Но даже если она и смогла бы вырваться, то не стала бы этого делать из боязни быть убитой.
Первый протянул руку к ее волосам и полоснул ножом по забранной в кулак пряди. Нож был очень острый. Как бритва. Второй отдернул руку от лица Синди и заорал.
— Эй, придурок, ты чуть мне руку не отрезал!
— Да пошел ты… — В глазах парня застыло странное дикое выражение.
И Синди почувствовала, что он сейчас полоснет ее ножом по лицу.
Войдя в раж, они не обратили внимания на шум машины. Парни оглянулись только тогда, когда яркий свет фар выхватил их из темноты.
— Отпустите женщину! Вы арестованы!
Тот, кто произнес эти слова, шагнул в круг света.
Парням он показался фантастически огромным. Просто великаном.
Освещенный белым ореолом, Робокоп, действительно, казался чем-то неземным.
Один из насильников, тот, что держал нож, среагировал первым. Оттолкнув напарника в сторону, он сгреб девушку в охапку, приставив ей к горлу отточенное блестящее лезвие.
— Да? Мы арестованы? Ну, тогда тебе придется силу использовать, дружок! Только шевельнись, и я подколю эту суку, как свинью, понял? Глотку ей перережу!
Робокоп замер всего на…
«Директива N2…предотвратить насилие любой ценой.
Вероятность убийства: 93 %.
Режим наведения на цель: включен.»
Мгновение. На его бедре сдвинулись две пластины, выпуская стальную стойку, в которой покоился тяжелый «браунинг Эф-Эн 9». Отличный автоматический пистолет 48-го калибра.
Пальцы Робокопа сжали рукоять. Секундой позже ствол уже смотрел в сторону преступников.
«Вероятность попадания в заложника:
голова — 87 %, руки — 93 %, ноги — 46 %.
Мишень движущаяся.
Движение беспорядочно. Данные уточнению не поддаются.»
Зеленая рамка опустилась вниз, туда, где развевалась от ветра крепдешиновая юбка девушки.
«Браунинг» дернулся, выплевывая горячий свинец. Эхо выстрела прокатилось по стеклам домов. Синди опустила глаза. Прямо в ее юбке появилась аккуратная дыра с обгорелыми краями.
Парень, охнув, обмяк, выпуская девушку и разжимая пальцы, держащие нож. Там, где минуту назад у него был пах, теперь зияла окровавленная рана. Преступник, скорчившись от боли, рухнул на асфальт.
— Ну, теперь твоя очередь. — Ствол переместился в сторону второго насильника.
— Мистер! Не надо! — Тот выставил перед собой руки, словно они могли защитить его от пули. — Все нормально. Все нормально.
Он шарахнулся в темноту переулка. Несколько секунд был слышен стук его каблуков по асфальту, а затем все стихло.
Поняв, что больше ей ничто не угрожает, Синди кинулась к Робокопу и повисла на нем, обвив руками мощную металлическую шею.