И 8 (СИ)

Информация:
  
Глава 5
 
– Я убью и трахну тебя, сука бешеная! – это был не крик, а взбешенный крик, что к тому же до предела был накачан дикой болью и унижению – Убью и трахну!
– Жду! – ответный крик Ссаки, чей автоматический гранатомет только что выплюнул последнюю гильзу, занялась перезарядкой, стоя у откаченной в сторону стальной плиты аварийной переборки.
– Ты уже мертва! А-А-А-А! Не вытаскивай! Вообще не трожь! Оставь как было!
– Да ему понравилось – заметила наемница и, крутнувшись, с бешеной силой экза послала в запоздало навешенную противником темноту связку из трех гранат.
Задержка была на пару секунд и там даже заорать никто не успел предупреждающе. Долбанувший взрыв выбросил из проема пару обугленных трупов, ворох каких-то тряпок и вполне живого, но чуток оглушенного хренососа в красивом черном комбинезоне. Он приподнял голову и… его харя исказилась в слезливом понимании грядущего – над ним стоял я и из моей руки медленно выдвигалось длинное лезвие.
– Верен Монкару… – сдавленно пробулькал подранок и лезвие вошло ему в затылок, выйдя из захрипевшего рта вместе с кровью.
– С ним и сдохнешь – равнодушно заметил я, вторым лезвием отрубая ему голову.
Небрежный бросок и отсеченная голова улетела в темноту. А Ссака добавила следом трофейные коктейли Молотова – здоровенные стеклянные и явно старинные кувшины с узким горлышком. Туда залили какую-то явно очищающую крепкую химию и пихнули черные и полосатые носки. Только их. Эстеты мать вашу…
– Тоша! – взвизгнул кто-то сразу после того, как темноту разорвал багровый разрыв Молотова.
– Не вытаскивайте! – яростный крик повторился – Ай, сука! Ай! Ты не слышала моего «ай», тварь косоглазая? Убери лапы нахер!
Ну да… этот все тот же хер в старом ФедГарде. Эти средние экзы были медлительным дерьмом еще в прежние времена. Сраные Федеральные Стражи, что горели десятками и давились шагоходами пачками из-за своей медлительности и неповоротливости. Они хороши против гражданских с их коктейлями Молотова, камнями и дубинами. Ну может гражданским огнестрелом. А в реальной бойне… тут не помогла даже глубокая модернизация этого металлолома. Именно поэтому Ссака с такой легкостью вбила ему в задницу толстенную арматуру. И вбила глубоко… я вообще не понял, как он умудрился убежать с арматурой в жопе – но убежал и быстро. Есть функция автохода?
– Я убью и трахну тебя, тварь! Бешеная баба! Убью и трахну!
Рассмеявшись, Ссака повернулась ко мне, высветила на забрала шлема ехидный кровавый смайлик:
– Знаешь почему бабы не любят некрофилов, лид?
– Нет. Почему?
– Потому что эти упырки думают только о своем удовольствии… – заржала Ссака.
Я с тяжелым вздохом шагнул в сторону и подхватив с пола чей-то новенький армейский рюкзак, принялся его потрошить. Магазины к игстрелу, запасная одежда, какие-то лекарства… Таблетки я забрал сразу.
– Мы долго еще будем херней страдать? – в голосе белокурой валькирии слышалось страдание.
Глянув на виртуальный экран, я буркнул:
– Дадим ему еще три минуты.
– Да я в лобовую всех вынесу! Остатки убегут как они это делают уже десятый перекресток и второй этаж!
– Это и надоело – признался я – Догонять, атаковать, теснить, опять догонять, напарываясь на очередное их укрепление. Задолбался я… так что пусть орк со своими зайдут с тыла. А ты готовь жопу к грязным покатушкам – подняв руку, я указал на пробитый осколками потолок.
За продырявленными и местами упавшими плитами виднелось что-то вроде вентиляционной шахты. И судя по любезнейшим сука образом, предоставленной мне подробнейшей мать ее схемы – Кальвария горела жаждой даже не мести, а к срочнейшему наведению порядка – эта шахта вела куда нам надо.
– Всех своих туда – добавил я, а сам шагнул вперед и занял место оживившейся наемницы.
– Герой Оди…
– Слышу тебя – ответил я голосу с потолка.
– Уведомляю – системная ведьма Эдита не сумела пробиться в ближайшую обитель Папы Кванта. Вместе с основным легионом она направляется к следующей Обители известной как Дельгар. Там защита куда слабее, и я прогнозирую, что попытка пробиться будет успешной.
 
– Смысл? Папа Квант вырубил сам себя. Таков протокол.
– Подтверждаю. Лишь делюсь информацией.
– Еще поделишься – усмехнулся я – Там на базе… у меня много вопросов… А пока не мешай – мне надо добраться до глотки Монкара.
– По имеющейся моей информации он обустроил себе настоящую крепость на этом этаже. И подготовил все на случай побега.
– Но ведь он не убежит, да, Кальвария?
– Он не убежит – безмятежно подтвердила Управляющая – Я заблокировала все внешние шлюзы. Если он хочет покинуть Эдиториум – ему придется пройти через тебя. Жду твоего возвращения на базу, герой Оди.
– Жди – буркнул я.
– Херово мне – признались из дымной темноты – Эй! Противники!
– Че тебе? – зевнул я в микрофон и усиленный родными динамиками зевом раскатился по коридору.
Как же я соскучился по Гадюке…
– Давай мы сдадимся и нас будут милосердно судить? А?
– Вы сдохнете сегодня – ответил я и из коридора послышался яростный многоголосый вой обреченных.
Следом коридор озарило вспышками горючих коктейлей и наконец раздались редкие автоматные очереди и одиночные выстрелы. Именно что редкие. Они экономили боеприпас потому как не располагали ни запасом, ни возможностью пополнить расходники. Об этом нас оповестила Кальвария и я окончательно убедился, что ей не чужд весь спектр живых эмоций. Столь откровенно выражаемую жажду мести редко встретишь. И снова – я ее понимал. Наверное, из недавнего, подобный проблеск пока еще мутной, но все сильнее разгорающейся ярости у меня зажегся, когда я «родился» на Окраине Мира и понял, что меня лишили ног и рук, взамен присобачив какую-то давно отработавшую свое изношенную больную хрень… И каково Кальвария, что все это время была подобно разуму паралитика, чье тело бросили в кислотную лужу и забыли – лежи и наблюдай, как твое тело сгорает и гниет заживо…
Стрельба затихла. А затем грянула с удесятеренной силой, уже без экономии, но к нам больше не прилетело ни единой пули. Все что у них было выплескивалось в обратную от нас сторону. Отлипнув от стены, я тяжело зашагал по коридору, напоминая себе, что теперь опять надо постоянно поглядывать на заряд батарей. Мимо меня молча побежали недомуты с щитами и без. Двое катили за собой пулемет. Еще двое сгибались под тяжестью рюкзаков с боезапасом – и это не подарки Кальварии. Это все заработанное нами, а затем обменянное и удесятеренное хитрожопым мозгом Хорхе. Единственное, что мы пока от нее получили – контейнер с экзами и расходниками. Но и это – все наше. Все заработанное. Мелочь… а ведь сука приятно… Хотя бы потому, что это понимает и здешняя Управляющая – она в большом долгу перед нами и ей придется щедро потратиться. Деньгами не попрошу – сама отсыплет песо. А вот медблоки, лекарства и побольше убойного вооружения мне в самый раз…
– Не убивайте нас! Мы были под приказом!
– Ну да – пробормотал я, шагая в темноту, в то время как в меня влетали редкие и явно не прицельно выпущенные пули – Ага…
– Монкар приказывал! Мы просто люди!
– Конечно – ответил я и мой усиленный динамиками глумливый хохот раскатился по роскошно отделанному широкому коридору – Мы не хотели насиловать – нас сука заставили… не хотели пытать – такое было спущено указание… Убить всех! Всех валить!
– Р-Р-Р-А-А! – ответный рев гоблинов заставил Эдиториум содрогнуться, а еще живых врагов горестно завыть.
Из родившейся впереди огненной вспышки выскочило сразу три объятых огнем хренососа, заметавшихся под струями с потолка. Густой и тяжелый едкий дым стелился по полу, скрывая разорванные и обожженные тела. Но я видел каждый труп – они еще были теплыми и тепловизор позволял обходить мертвых и давить головы еще живых. Подавить своих я не боялся – в этом коридоре их еще не было. Я автоматически отметил каждое попадание по своим и знал, что они позади и им оказывают помощь.