"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Ну, не скажи, — возразил я. — Ты отлично соображаешь, не то что я. Ты очень здорово придумала с перстнем.
— Собственно, мне это подсказала сама Сандра. Ещё в начале путешествия, когда я показывала ей свои драгоценности, она внезапно схватила перстень Бодуэна, но уже в следующий момент бросила его обратно в шкатулку, словно обожглась. У неё на лице было написано глубокое разочарование. Сандра сказала мне, что ошиблась, приняв обычный блокирующий перстень за один ценный артефакт, исчезнувший много столетий назад. Тогда я поверила ей, но этот случай всё же отложился в моей памяти. А тут я вспомнила о нём, я подумала: не хотела ли Сандра надеть перстень, чтобы освободиться от чьего-то влияния? Ну, и решила попробовать.
— И очень вовремя это сделала, — добавил я. — Если бы тот, кто держал её под контролем, догадался о твоих подозрениях… Не знаю, что тогда случилось бы с Сандрой, но явно что-то похуже обморока.
— Поэтому я так торопилась. И теперь понимаю, что в спешке была неосторожна. Если бы Сандра заметила, что я запыхалась, если бы догадалась, что бегала в лагерь, всё могло бы закончиться очень скверно. Мне следовало просто сказать, что схожу за какой-нибудь одеждой, так как уже продрогла, да и в присутствии господина барона чувствую себя неловко в одном белье… Кстати, это правда. Одеться мне не помешает. — С этими словами она снова склонилась над Сандрой, которая по-прежнему оставалась без сознания, но была уже не такой бледной. — Думаю, уже скоро её можно приводить в чувство. Но сперва я всё-таки приоденусь. Ты, Влад, оставайся здесь, присматривай за Сандрой. Рубашку я тебе принесу. А вы, барон, пойдёте со мной. Пока я буду одеваться, разбудите своих людей.
— Да, мадам, — согласился Штепан. — Я уже думал об этом.
— А что мы им скажем? — спросил я.
— Правду, — без малейших колебаний ответила Инна. — Что Сандра была одержимой, а Сиддх, скорее всего, враг. Они должны быть начеку — боюсь, с разоблачением Сандры игры Нижнего Мира в прятки с нами закончились…
Инна со Штепаном отправились в лагерь, а я достал из кармана завёрнутый в салфетку окурок сигары и закурил. Поскольку жена поручила мне присматривать за Сандрой, я старался не сводить с неё глаз — а это было нелегко. Я смотрел на лежащую в обмороке девушку и больше не видел в ней сестру. Я потерял право так её называть, ибо сестру просто любят, а не занимаются с ней любовью. А ещё я лишился права называть Инну своей единственной женщиной, и это мучило меня больше всего. Я всегда гордился тем, что кроме неё у меня никого не было, я не стыдился, что дожил до двадцати четырёх лет девственником, и был счастлив, что сберёг свою невинность для Инны, как она свою — для меня. Я хотел прожить с этой чистотой всю жизнь, но продержался меньше года. Я изменил Инне, изменил нашей любви, и самое страшное — я изменил себе!
Мои попытки переложить всю вину на Сандру потерпели фиаско. Я прекрасно понимал, что если бы в глубине души не хотел её как женщину, то, даже считая её Инной, под тем или иным предлогом отказывался бы от близости с ней. Но я не отказывался. И не пытался отказываться. Всякий раз я набрасывался на неё, изнывая от страсти, мы пылко, неистово занимались любовью, и с ней мне было так же хорошо, как и с Инной… Я был далёк от того, чтобы сводить всю любовь к одному только сексу, но и не разделял мнение ханжей, преумалявших его значение. Приятность моих воспоминаний, тот трепет, который я испытывал, заново переживая те упоительные минуты, приводили меня в отчаяние…
Так прошло минут десять, наконец Сандра пошевелилась и распахнула глаза. Её затуманенный взгляд встретился с моим, и она слабо улыбнулась. В этой улыбке читалась целая гамма чувств — от вины и стыда до радости и невыразимого облегчения.
Пальцами левой руки Сандра прикоснулась к перстню Бодуэна. Я тотчас напрягся…
— Не бойся, — тихо произнесла она. — Я только хотела убедиться, что он на месте. Снимать его не собираюсь — я же не дурочка… А где Инна?
— Пошла в лагерь, чтобы одеться, — ответил я, а мысленно связался с женой и сообщил ей, что Сандра уже очнулась.
 
„Вот и хорошо,“ — ответила Инна. — „Я скоро буду. Сейчас как раз объясняю ребятам ситуацию, они очень взволнованы… А ещё чёртов Леопольд мешает. Прыгает тут с воинственным видом, уверяет нас, что защитит от всех врагов…“
„Так, может, мы придём?“
„Нет, не стоит. Я же не просто так оставила вас возле ручья. Сначала загоряне должны успокоиться и обдумать всё услышанное. Штепан держит своих людей под контролем, но при появлении Сандры у кого-нибудь из них могут не выдержать нервы.“
„Ты права,“ — согласился я. — „Тогда мы останемся тут.“
„Ладно, ждите… И ещё одно. Пока воздержись от расспросов. Я хочу услышать всю историю Сандры — от начала до конца.“
На этом я закончил разговор с Инной и помог Сандре, которая ещё чувствовала себя слишком слабой, принять сидячее положение. Она плотнее запахнула халат, прикрыв свою обнажённую грудь, чей вид вызвал у меня целый каскад воспоминаний — одновременно приятных и мучительных.
— Инна сейчас будет, — сказал я. — Она просила до её прихода ни о чём тебя не расспрашивать, но один вопрос я всё же задам. Тот, который я не смогу задать при ней. Как ты узнала, что Инна приёмная дочь?
Сандра угрюмо кивнула:
— Значит, ты понял мои намёки… Но ничего не заподозрил, ничего не предпринял.
— А что я мог заподозрить? — развёл я руками. — Что мог предпринять? Я просто решил, что вы с Сиддхом не до конца откровенны с нами, что знаете о нас гораздо больше, чем показываете. Мне даже в голову не пришло… Впрочем, оставим это. Ты не ответила на мой вопрос. Откуда ты знаешь про Инну?
— От Сиддха. Один его друг… сообщник с Основы собрал о вас некоторую информацию. После того, как вы исчезли, родители Инны перестали держать в тайне её происхождение и сообщили обо всём следствию в надежде, что это поможет в ваших поисках. Они рассказали, что девятнадцать с половиной лет назад у них родилась дочь, которая спустя несколько часов умерла. А через неделю к ним обратился незнакомый мужчина и предложил удочерить вполне здоровую новорожденную девочку, от которой якобы отказалась мать. Вначале они колебались, поскольку незнакомец действовал явно в обход закона, но в конце концов согласились. Перед этим у матери Инны уже было два выкидыша, и они очень боялись, что, отвергнув предложение незнакомца, упустят свой единственный шанс обзавестись ребёнком. Насколько я знаю, ты в курсе этой истории.
— Да, — кивнул я. — Тесть мне рассказывал. По его словам, Инна оказалась таким очаровательным малышом, что вмиг покорила их сердца, и они просто не смогли устоять… — Я невольно улыбнулся. — Через четыре года у них родился сын — свой, родной по крови, но Инна так и осталась их любимицей. Они души в ней не чают и панически боятся того дня, когда она узнает о своём происхождении. Они, конечно, понимают, что Инна уже взрослая девушка и должна знать всю правду о себе, но никак не могут перебороть свой страх. И я подозреваю, что тесть посвятил меня в эту тайну именно затем, чтобы я взял на себя часть ответственности за их молчание.
— А он не описывал тебе того незнакомца?
— Нет. Таких деталей он не касался, только сообщил, что Инна их приёмная дочь, и вкратце рассказал о её удочерении. Вот и всё… А в чём, собственно, дело?
— Сообщнику Сиддха удалось раздобыть подробное описание внешности таинственного незнакомца. Оказалось, что даже спустя двадцать лет родители Инны помнят его так чётко, как будто встречались с ним лишь вчера. — Сандра значительно посмотрела на меня, и в этот момент я понял, чтó она скажет дальше. И я не ошибся в своих ожиданиях. — Это был Мэтр, Владислав. Вне всяких сомнений, это был он. Его нельзя спутать ни с кем. Никакой другой человек не смог бы произвести такого сильного впечатления.
Я докурил сигару почти до самого кончика и выбросил то, что осталось от неё, в ручей.
— А знаешь, — сказал затем, — меня это совсем не удивило. Наверное, подсознательно я уже был готов к этому. С тех пор, как я узнал, насколько уникален наш с Инной дар, мне казалось странным, почти невероятным, что двое людей с таким даром родились в одном и том же мире и в одной и той же стране, с интервалом всего лишь в пять лет. Но теперь всё встало на свои места. По всей видимости, Инна родилась где-то на Гранях, а Мэтр перенёс её на Основу и нашёл ей новую семью… Правда, не пойму, зачем.