"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Ну что ты, смерть его была не так ужасна. Его, конечно, опоили чем-то. Что может быть лучше, чем умереть и попасть в объятия к Богине? А ты горюешь от жалости не к нему, а к самой себе. Это с ним у тебя было первый раз, да? Но он предпочел не тебя, а вашу Госпожу.
Ивора склонила мне на плечо головку.
— А ты кого предпочитаешь? Я усмехнулся.
— Хочешь, возьму тебя с собой? — спросил я и откинулся на землю.
— На свой чудесный остров? — Ивора прильнула ко мне, ее пышные волосы упали мне на лицо и попали в рот. — Ты возьмешь меня туда, да?
Я крепко обнял ее и почувствовал, как девушка напряглась в моих руках.
— Глупо сидеть вот так и ждать смерти, — сказал я ей наставительно, — к тому же Богиня благоволит к тем, кто в этот день служит ей.
— Я ведь и закричать могу, — пригрозила она.
— Ты ведь и на поляне закричать могла, если бы захотела.
— Думаешь, она простит меня, если я отдамся тебе? — спросила Ивора.
Она освободилась из моих объятий и скинула с себя платье. Потом обнаженная улеглась рядом со мной. Выкатилась луна, в ее свете тело девушки казалось серебристым. Ивора раскинула руки, глубоко задышала, ее волосы разметались по траве.
— Иди ко мне, — позвала она.
Я нагнулся к ней, увидел, как блестят ее глаза, как мерцают в лунном свете рыжие кудри.
— Обещаю, ты не пожалеешь, что взял меня с собой, — быстро говорила Ивора в перерывах между поцелуями, — я покажу тебе дорогу и все расскажу о тех землях и буду ласковой, вот увидишь.
Ивора закрыла глаза и подалась вперед, приникла ко мне всем телом, теплым и податливым. Охваченный страстным желанием, я потерял чувство времени и реальности, во всей Вселенной были только я и Ивора и ощущение бесконечного падения.
Пробуждение наступило внезапно, меня разбудил гомон голосов. Всходило солнце, и люди пели гимны, его приветствуя. Где-то неподалеку несколько девушек затянули славящую песню с некоторым запозданием, но быстро выровнялись и подстроились под общий темп.
Я вспомнил, что обещал Иворе взять ее с собой, и, откровенно говоря, раскаялся в этом. Чего не пообещаешь девушке, томимый любовным желанием. Можно было бы тихо уйти, пока она спит. Но тогда жрецы найдут ее и, скорее всего, убьют. Я вспомнил мертвые глаза Мары. Придется помочь Иворе добраться до какого-нибудь селения. Но там я непременно ее оставлю. Мне не нужна спутница, она задержала бы меня. Ее нужно кормить, заботиться о ночлеге, подстраиваться под нее, а мне необходима свобода.
Лес пробуждался, и я решил, что нам с Иворой пора уходить, пока люди нас не обнаружили. Не открывая глаз, я протянул руку, рассчитывая не только разбудить девушку, но и насладиться еще раз ее близостью. Моя рука прогрузилась во что-то мягкое, склизкое, хлюпающее. Я удивленно отдернул руку и открыл глаза. То, что я увидел в следующий момент, потрясло меня: я лежал в луже крови, среди кусков человеческого тела. Вокруг меня, на мне, подо мной была кровь, я словно оказался в одном из своих обычных кошмарных снов. Но это было явью.
Некоторое время я ошарашенно сидел, разглядывая клочья кожи и плоти вокруг меня. А потом я увидел голову с рыжей копной волос, перепачканных в крови и грязи. Голова валялась в нескольких шагах от меня. В лесу звучал гимн, воспевающий солнце.
Внезапно истошный женский визг перекрыл хор голосов. Из раздвинутых кустов выглядывала белая, как полотно, Линка. Она замерла, я вскочил и воскликнул:
— Это не я! Клянусь, это сделал не я.
Девушка исчезла в кустах, и в следующее мгновение раздался ее вопль:
— Волк!!!
— Где? — услышал я чей-то спокойный голос. — Покажи мне его.
Из кустов вышла Мара, худая, босоногая девчонка с глазами мертвеца. Она была, как и вчера, голой, если не считать травы, едва прикрывавшей ее тело. Сквозь траву я разглядел маленькую, еще не сформировавшуюся девичью грудь. Мара по-детски наклонила голову, разглядывая меня, и тихо сказала:
— Вот ты каков.
И начала медленно поднимать свои худенькие ручки. В тот момент к нестройным девичьим воплям присоединились и мужские басы.
 
— Волк! Волк! — всюду затрещали кусты. Крик вырвал меня из оцепенения, я побежал. И начался гон, и снова за мной мчалось нечто, непостижимое и ужасное. Я бежал без оглядки, даже не осознавая, кого боюсь больше: толпы ли людей, вооруженных вилами и кольями, надрывающихся псов, мертвенного взгляда девчонки или того, чье присутствие теперь постоянно чувствовал, кто гнал меня, как настоящий охотник, того, кто, несомненно, был страшным убийцей, и на чей счет я отнес кровавую смерть Иворы. И опять я мчался, не разбирая дороги, сквозь заросли колючего кустарника, по болотистой топи, скатывался по крутым склонам оврагов и карабкался вновь. Земля мелькала под ногами, ветки хлестали меня по лицу, все слилось в бесконечный поток из деревьев, криков людей, лая собак и протяжного свиста охотников. Я бежал бесконечно долго, потеряв ощущение времени.
Уже не слышно было позади погони, ни лая собак, ни криков людей, а я все бежал сломя голову, подгоняемый собственным страхом, не обращая внимания на хлещущие меня ветки деревьев. Я бежал, задыхаясь от ужаса, бежал не от людей и собак, а от того кошмара, что произошел среди ночи. Потом я уже не бежал, а стоял на месте, а лес, крича, топая и лая, кружился вокруг меня. И внезапно все оборвалось, и наступила тишина, долгая, бессмысленная тишина, поглотившая и лес, и людей, и воспоминания. Тишина накрыла меня своим крылом, спасла от преследовавшего меня безумия, успокоила и спрятала. Потом тишина превратилась в небытие, долгое, сладостное, исцеляющее. Вне времени, вне сознания моя душа парила, свободная от мыслей, от страданий, от страхов.
  
Глава 13
 
Чудище из Медвежьего Оврага
 
Внезапно тишина оборвалась. Нагрянули, ворвались в сознание песнь малиновки и крик каравайки, к ним подключились журчание ручья и тихий шепот леса. Голова закружилась от дурманящих сладких запахов. Щека ощутила влажную листву.
Я лежал не шевелясь, не открывая глаз, наслаждался холодной росой и пряными запахами. Где-то неподалеку раздавался зловещий шепот и хлюпанье болотных жителей, поджидавших свою добычу. К шепелявым голосам добавился шепот крандов — духов, живущих в низком кустарнике. Эти хитрые создания, абсолютно не похожие на дриад, пересмеивались и отпускали издевательские шуточки в адрес бесчувственного волка. Но делали они это довольно тихо, опасаясь, что волк может просто спать. Ничего удивительного, кранды отличались от дриад не только хитростью, но и трусостью. Но волки всегда любили крандов, этих маленьких травяных созданий. Я лежал, делая вид, что сплю, и про себя посмеивался, представляя, как встрепенутся кранды и в ужасе разбегутся прочь, когда я решу внезапно подняться.
Голоса мелких духов смолкли, и я почуял дриад. Их было несколько. Когда они приблизились, я услышал их голоса. Они обсуждали, что им со мной делать. Вслушиваясь в их предложения, я решил все же продемонстрировать им, что я жив, и открыл глаза.
Прямо перед моим лицом висела огромная ягода земляники, мне стоило лишь пошевелить губами, и земляника растаяла у меня во рту. Теперь я ощутил голод и, приподнявшись на локте, принялся поедать землянику — любимое лакомство волков. Мое лицо стало мокрым от росы, я тонул в ее прохладе, холодные капли затекали мне за шиворот.
В это время среди окружающих меня духов произошло сильное волнение. Я так и не удостоил их вниманием, лишь боковым зрением заметил стройные силуэты дриад да множество пар светящихся глаз. При моем пробуждении кранды с визгом бросились по своим кустикам, испытывая неимоверный страх перед наказанием за грубые шуточки в мой адрес. Дриады, наоборот, с любопытством придвинулись ко мне, хихикали, наблюдая, как я не шевелясь, перемещая лишь голову и вытягивая губы, поедаю землянику вокруг себя. Я уже понял, что нахожусь в человеческом обличье, — волчьи глаза воспринимают мир по-иному. Но проницательных духов это, конечно, не могло ввести в заблуждение, они видят не внешнюю оболочку вещей, а их суть.