Проект 14 (СИ)
После завершения стажировки Джона отправили в Берн охранять объект под названием К-34. То был небольшой с виду комплекс, оборудованный по последнему слову техники. Объект оказался полностью автономным, с широко разветвленной системой подземных тоннелей и бункеров. Подобное здание с хорошо обученной охраной могло месяцами держать оборону против любого врага. Поначалу Джон удивлялся, кому и, собственно, зачем в центре тихой страны понадобилось выстроить столь укрепленное сооружение? Но со временем природное безразличие Джона взяло верх, и он просто стал выполнять свою работу. Не лучше и не хуже остальных. Никто вокруг не задавал лишних вопросов, и Глоу решил придерживаться именно такой тактики. Он знал свое непосредственное начальство и отлично справлялся со всеми поставленными задачами. Его все устраивало, и всех вокруг все устраивало, а это означало, что лишние вопросы в подобном месте просто ни к чему.
Джон в очередной раз бросил взгляд в сторону напарника, дежурившего в эту ночь с ним. Убедившись, что общение не конёк его сослуживца, Глоу потянулся за рацией, чтобы узнать, когда их сменят. Пошло двенадцать часов с момента, как их приставили к палате русской женщины. А спал Джон последний раз уже больше суток назад. Усталость тянула веки вниз, и голова начинала заполняться дремотным бредом. Мысли путались, перед глазами мельтешили мушки. Для того чтобы не уснуть Джону приходилось развлекать себя, разглядывая происходящее вокруг. По рации ответили, что смена прибудет через полчаса, и надо было как-то продержаться оставшееся время, не уснув на посту. Глоу стал вновь разглядывать людей, то и дело появлявшихся в коридорах клиники. Санитары и медсестры проходили мимо, увлекаемые срочными делами. Врачи появлялись реже, но отличались от среднего медперсонала. Это была почти неуловимая разница, но все же в движении врачей была какая-то вальяжность и стать. Они не торопились, как медсестры, но все же их перемещения были стремительными, никаких лишних движений, никакой лишней болтовни. За ночь дежурства Джон запомнил почти весь персонал на этаже и даже двух пожилых пациенток, попеременно курсировавших от своих палат до автомата с кофе и обратно. Внимание Джона привлекло новое лицо. Стройная брюнетка вышла из лифта и направилась в их сторону. Судя по форменной одежде и подносу с медицинским инструментарием, это была медсестра, но за последние двенадцать часов он ни разу не видел ее на этом этаже. Девушка уверенно прошла мимо охраны на пост дежурной медсестры, задержалась там на минуту, изучая какую-то документацию и, так же уверенно, прошла обратно к палате пациентки Карелиной. Джону была дана инструкция никого не впускать в палату, не убедившись, что это именно медперсонал клиники. Оба охранника синхронно преградили дорогу незнакомой медсестре с подносом в руках и Глоу вежливым, но не терпящим пререканий тоном произнес:
— Предъявите ваш пропуск мисс…
— Лейн, Дана Лейн, медсестра, — представилась брюнетка, несколько смутившись, и тут же затараторила, — мне передали, что палата 37 под охраной, но я не думала, что все так серьезно.
Девушка протянула Джону пропуск, удостоверяющий личность. На пластиковой карте красовалась ее фотография, фамилия, имя и микрочип. Глоу внимательно изучил пропуск и перевел взгляд на медсестру.
— За последние сутки я впервые вас вижу, мисс Лейн. — С ноткой недоверия протянул Джон. Девушка улыбнулась.
— Ну не думаете же, вы, что врачи и медсестры бессменно работают в больнице круглыми сутками?
— Хотите сказать…
— Да, — перебила медсестра, — я сменила Кетрин и заступила на дежурство полчаса назад. И следующие сутки вы мистер… — девушка сделала паузу.
— Мы не представляемся, — смущенно ответил Джон, понимая, что проявил излишнюю бдительность, — и я сменюсь через несколько минут, так что мы больше не увидимся.
— Не важно. В любом случае я должна выполнять свою работу. Вы пропустите меня?
Девушка явно разозлилась из-за задержки. «Должно быть, у неё дел невпроворот», — подумал Джон и отошел в сторону, пропуская медсестру в палату. Ему стало несколько совестно, но вида он не показал. Медсестра Лейн зашла в палату и закрыла за собой дверь. Джон остался в коридоре и взглянул на своего молчаливого напарника. Тот пристально смотрел на пропуск медсестры, который так и остался у Джона в руках. Нужно отдать его ей, как только выйдет, подумал Глоу, но вдруг над палатой зажглась красная лампа и начала мигать. К сигналу лампочки присоединилась звуковая сирена и на нее тут же отреагировала медсестра на посту. Она вызвала бригаду реанимации, выкрикнув что-то неразборчиво в трубку телефона. Джон не стал дожидаться врачей и быстро зашел в палату.
— Не стойте столбом, помогите переложить ее! — Грозно прокричала медсестра, одевая на лицо русской женщины кислородную маску. Джон подбежал к постели больной и помог переложить пациентку на специальную каталку.
— Что произошло?
— Я не знаю, я не врач! — Огрызнулась медсестра. — Я зашла в палату, приборы молчали. Я начала собирать капельницу, и вдруг сработала сигнализация. Тут все на автоматике, похоже у нее остановка сердца. А в данный момент она без сознания, как видите.
В это же время в палату вбежал врач, и уже через секунду подтвердил догадку медсестры.
— Везем в реанимацию! — Коротко скомандовал реаниматолог, и начал вывозить каталку из палаты. Все втроем выбежали в коридор и направились к лифту. Врач попутно отдавал указания медсестре, а та беспрекословно выполняла их, поочередно вкалывая то один препарат, то другой. У Джона сложилось впечатление, что он на съемках сериала про скорую помощь. Мелькали кабинеты, окна, персонал отлетал в сторону, завидев каталку. Они неслись с бешеной скоростью по коридору, минутное ожидание лифта и вот они уже втроем бегут по отделению реанимации. Большие стеклянные двери, в середине отделения, открылись автоматически, пропуская каталку. Но Джона и его подоспевшего напарника, который, по-видимому, поднялся по лестнице, не пустили в отделение реанимации. Выбежал какой-то азиат в маске и преградил охранникам дорогу. В суматохе никто не обратил на него внимания. Он, почти со злобой, прокричал что-то про антисанитарию и стерильность, указал на свои бахилы и вытолкал Джона с напарником за пределы стерильной зоны реанимационного отделения. Двери закрылись перед их лицами, и автоматически сработал кодовый замок. Напарник Джона с досадой толкнул дверь, но та не поддалась.
— Ты сдурел? — Заорал он на Глоу, который успел отметить, что это первые слова за дежурство, которые он услышал от напарника. — Нам дали четкий приказ, ни при каких обстоятельствах не спускать глаз с русской!
Джон опешил, до сей поры он искренне полагал, что его сослуживец немой.
— Ну не переться же в реанимацию в таком виде, там же стерильность и…, — вспомнив азиата тыкающего на ноги, добавил, — …и бахилы! К тому же куда они денутся из отделения? Я просмотрел план здания. Из каждого отделения есть только два выхода — по лестнице и на лифте. Ты останешься у входа на лестницу, а я у лифта, а как встретим того врача или сестру попросим выдать халат, маски и бахилы или, что там еще нужно?! Тогда и продолжим дежурить.
— Я против! Нам дали приказ, и никакие врачи нам не должны быть помехой.
Охранник с силой толкнул дверь в отделение, но она не желала открываться без ключа. Оба внимательно оглядели дверь, и взгляды их остановились на маленьком прямоугольном сканере пропусков. У каждого врача отделения, равно, как и у каждой медсестры должна была быть карточка-пропуск, которая открывала бы им любую дверь. Охранники переглянулись и Джон, уловив ход мыслей напарника, начал рыться в карманах костюма. Он понял, что на самом деле сплоховал, и его сослуживец был прав: упускать из виду, пусть даже и в реанимации, объект наблюдения не стоило. Наконец он нащупал во внутреннем кармане пиджака карту, забытую медсестрой и поднес ее к замку. Тот истошно завопил, но дверь не открылась. Джон попробовал еще раз, но дверь так и оставалась запертой.