Проект 14 (СИ)
— Я упал, — солгал Алексей, — упал с лестницы, глупо вышло. — Криво усмехнулся он. В этот момент в кровь журналиста мгновенно брызнула доза адреналина, сердце быстро отреагировало и забилось в ускоренном ритме. Артерия в ладони Алексея запульсировала, и высоко развитая рецепторная чувствительность девочки уловила изменение пульса лжеца.
— Не хочешь, не говори, а лгать не нужно. Я слепа, но не глупа, и всегда чувствую, когда мне лгут. — Девочка говорила строгим, поучающим голосом. Алексей густо покраснел и ничего не ответил. Ему стало очень стыдно от этой лжи, но другого выбора у него не было. Не рассказывать же маленькой девочке, как он в одном халате удирал по всему Берну от наемных убийц.
— Ты хочешь со мной дружить? — так же строго спросила девочка?
— Конечно, хочу. — Ответил журналист.
— Тогда не лги мне. Никогда не лги, слышишь? Ложь, первый шаг к предательству, а я предателей на дух не переношу, — как можно серьезнее сказала Кристина.
— Откуда ты знаешь о предателях?
— Мне мама рассказывала. И я сама в книжках читала. Все, что я о них узнала это то, что от них одни беды. Во всех книгах все плохое начинается с того, что одни люди предают других и те от этого страдают. А разве в жизни мало вещей, из-за которых человеку плохо? Зачем же тогда добавлять к ним еще и предательство?
Логика ребенка не поддавалась критике, и Алексею больше ничего не оставалось, как согласиться с ней. Тем не менее, он продолжил дискуссию:
— Но, возможно, предательство и ложь нужны, как раз для того, чтобы отличить хороших людей от плохих?
— Все люди хорошие, и все, по-своему, правы, — ответила Кристина, — просто правда у всех своя. Мне так папа говорил. И когда правда одних людей не совпадает с правдой других, между ними возникают конфликты. Но ведь это не означает, что все должны друг другу лгать и предавать друг друга!?
— Ты права, не означает. Просто, ложь это средство борьбы. Одни люди лгут другим, чтобы навредить им, другие, чтобы защитить их.
— Лгать, чтобы защитить? Это мне не понять никогда. — Безапелляционно заявила девочка.
— Поверь, в мире взрослых очень трудно жить без обмана. Каким бы хорошим человек ни был, ему так или иначе приходится врать. Ложью можно уберечь от неприятностей, как себя, так и других людей. Это называется ложь во благо, и ты наверняка сталкивалась с этим в своей жизни.
— О чем это ты? — искренне удивилась Кристина.
— Вот смотри. Наверняка тебе мама или папа в детстве пели песенку «Баю баюшки, баю, не ложися на краю…»
— Да пели, подтвердила девочка и продолжила, — «… придет серенький волчок и укусит за бочок»
— Но при этом ты прекрасно понимала, что никакой волк не придёт и никого кусать не будет. Эта простая форма лжи направлена на то, чтобы приучить ребенка спать у стенки, чтобы не дать ему шлепнуться ночью с кроватки. Мама не хотела тебя предавать этой маленькой ложью, она хотела тебе добра. И таких примеров уйма. Просто по мере взросления мы прибегаем к более серьезной лжи, для того, чтобы уберечь любимых от более серьезных проблем, нежели падение с кровати.
Кристина задумалась и через минуту обезоружила Алексея вопросом:
— Значит, ты сейчас солгал мне, желая обезопасить меня, потому что я дорога тебе?
Алексей не нашёлся, что ответить Кристине и неловкая пауза, которая повисла над ними, показалась ему вечностью. Но, к счастью для журналиста, в их разговор вмешалась Наталья Ивановна. Немного запыхавшись, она нагнала пару и обратилась к Кристине:
— С мамой твоей я связалась, она в панике. Видела Доктора Бойля-старшего, он всех пригласил в гостиную на завтрак.
Все трое отправились обратно и, спустя несколько минут, Кристина уплетала за обе щеки вкусную кашу из неведомой ей крупы. Между тем она обратила внимание на то, что своими вопросами она легко поставила нового друга в сложную ситуацию, из которой ему еще предстоит найти достойный выход. А пока нужно дождаться операции и её результатов. Это самое главное в жизни — правильно расставить приоритеты. И девочка наметила себе приблизительный план действий на будущее:
— пережить операцию
— оценить ее последствия
— добиться от Алексея признательных показаний.
В его падение с лестницы девочка ни капельки не поверила, и выводы о том, что его ложь была во благо, заставляли девочку испытывать чувства доселе неизвестные.
Глава 11
Весь день Алексей посвятил работе. Операцию действительно назначили на послезавтра, но не из-за отличных анализов Кристины, а из соображений безопасности. Безопасности проекта и его участников. Операцию нужно было провести как можно скорее, чтобы не дать возможности опомниться "кротам" и не дать им начать действовать. А потому Алексею необходимо было сочинить две статьи о подготовке к операции. В Москве уже три дня не получали от него никаких известий. Порохов, должно быть в ярости, подумал Алексей и включил ноутбук, который ему любезно одолжил Роберт Бойль после триумфального бегства из отеля. Все вещи Соловьева остались в номере и, скорее всего, стали добычей его таинственных преследователей. Почтовый агент захлебнулся, выплевывая семнадцать новых писем из редакции. Читать их не было смысла, поскольку журналист итак догадывался какого они все содержания.
Соловьев со студенческой скамьи отличался способностью собираться в самые важные и ответственные моменты. Работу, на которую отводилось две недели, он мог спокойно выполнить за три дня и оставшееся время посвятить себе или другим проектам. А посему, написать две статьи за два просроченных дня не составило ему труда, и уже вечером материалы были отосланы на почту главному редактору журнала «euromedicine».
***
В этот момент группа оперативного слежения "организации" доложила женщине в строгом брючном костюме о том, что засекла местоположение Алексея Соловьева.
Руководитель Бернского отделения тут же собрала опергруппу для разработки новой операции по вербовке журналиста и по возможности участников эксперимента. Из перехваченного сообщения группе стало известно, что клиника в полном составе переехала из Берна в загородную резиденцию предоставленную "кротами". Кто именно сотрудничает с преступной группировкой, Ми-6 не было известно, а, по сему, под подозрение попадали абсолютно все.
Алексей тем временем завершил работу и отправился пожелать доброй ночи Кристине и Наталье Ивановне. Девочка оказалась одна, учительница отправилась позвонить домой и сообщить очередную порцию новостей родителям Кристины. Алексей тихо постучал и после звонкого "открыто" вошел в комнату. Кристина сидела за столом и читала книгу, водя пальцами по специальным страничкам.
— Через несколько дней я буду учиться читать заново, тихо сказала Кристина.
— Через несколько дней ты увидишь мир таким, какой он есть, — так же тихо ответил Алексей.
— Лёш, скажи, — девочка запнулась, то ли из-за того, что впервые назвала нового друга таким близким и простым — Лёша, то ли не могла подобрать слов. Алексей подошел к Кристине и сел рядом.
— Скажи, Лёша, стоит оно того?
— Что ты имеешь в виду?
— Стоит видеть этот мир?
— Конечно, стоит! Видеть — это нормальная функция человеческого организма, которой ты была лишена. Почему ты спрашиваешь?
— Просто я не могу понять, как мне относиться к тому, что я теперь, возможно, буду видеть. Мне не страшно, просто я не знаю, хочу ли я этого.
Девочке с трудом давались слова, она делала долгие паузы между предложениями, пытаясь подобрать нужные выражения. Алексей почувствовал, насколько важно было для Кристины донести до него свои внутренние переживания. Он сел ближе и положил свою ладонь на ее руку. Кристина вздрогнула, но руку не отняла.
— Я никогда не видела, — продолжила она, — я привыкла жить именно так. Мне дома знаком каждый сантиметр, каждый гвоздик, мне там комфортно и уютно, а что будет, когда я смогу все это увидеть?
— Тебе откроется остальной мир, Кристина. Ты уже не маленькая и понимаешь, что мир не ограничивается только лишь твоим домом. Если все пойдет так, как говорит доктор Бойль, уже через неделю снимут повязки, и ты сможешь впервые взглянуть на мир по-новому.