Фея в Темной Академии (СИ)

В коридоре четвертого этажа царил такой же полумрак. Я мягко ступала по застеленному толстым ковром полу, надеясь, что сразу попала в нужное мне крыло. Табличек и указателей возле лестницы не было, и я наугад свернула направо. Кажется, мне повезло, потому что буквально через несколько шагов я поравнялась с дверью, на которой был написан номер 441.
Я постучала и, не услышав ответа, вошла. В приемной было темно и тихо, зато из-под дальней двери действительно пробивался тусклый свет. Похоже, ректор все еще на месте. От волнения сердце тяжелым молотом грохотало в груди, пока я преодолевала те несколько шагов, что отделяли меня от заветной цели. Очередной робкий стук не дал результатов, и я, набрав в грудь побольше воздуха, будто собиралась нырять, потянула за ручку. Дверь поддалась легко и бесшумно.
— Лорд ректор? – позвала я, надеясь, что он не спит на рабочем месте, или не занимается чем-то более личным со своей секретаршей. Я, хоть и не встречала ничего подобного в жизни, успела наслушаться различных сплетен о нравах в Алоране.
Ответом мне снова была тишина. Я осторожно, сдерживая учащенное дыхание, проскользнула внутрь. Кабинет ректора Лотэранской академии не поражал своими размерами, но все в нем так и дышало роскошью. В приглушенном свете, что лился из настенных светильников, я хорошо рассмотрела огромный стол из массива дерева, с темной, тщательно отполированной столешницей, на которой не было ничего, кроме массивного пресс-папье и… зеркала. Позади стола было панорамное окно, задрапированное тяжелыми занавесками, но в них была щель, сквозь которую, вероятно, Шейн и увидел свет.
Хозяина кабинета на месте не было, и я разочарованно вздохнула. Похоже, мне придется заночевать в холле академии и дождаться прихода администрации. Вряд ли охранники смогут вернуть меня домой.
Я подошла к столу, чтобы поближе рассмотреть пресс-папье. Оно было выполнено в виде дракона, сложившего крылья и распахнувшего клыкастую пасть. В Фоэре тоже были драконы, и моя тетушка Лорелея даже была замужем за одним из них, но я никогда не видела своего крылатого дядю в его второй ипостаси.
Тихий шорох заставил меня вздрогнуть. Я обернулась так резко, что едва не потеряла равновесие, но крепкие руки удержали меня за талию. Передо мной стоял высокий черноволосый мужчина с бездонными глазами цвета летнего неба. Дыхание перехватило, когда его зрачки из круглых мгновенно стали вертикальными, а губы искривились в хищном оскале.
— Реджина? – с угрожающим рыком выдохнул он, а в следующий миг легко поднял меня и усадил на стол. Я не успела даже пискнуть, как мои ноги оказались широко разведены, и бедра мужчины с силой прижались к моей промежности.
 Глава 2 
 Каин
Ровно восемьдесят четыре года назад проклятая ведьма сделала меня своим рабом, поймав в свои сети. И все это время я помогал ей, терпеливо ждал новой встречи, сам толком не зная, как поступлю, если Реджина все же окажется у меня в руках. Часть меня хотела свернуть ей шею за все, что она посмела сотворить, а другая часть мечтала вновь оказаться в ее жаркой, влажной и до одури тесной глубине, исступленно вколачиваясь в нежное податливое тело и наслаждаясь протяжными стонами.
В тот день, когда я первый раз увидел ее в зеркале после возвращения из Фоэры в Алассар, Реджина, вся покрытая ссадинами, попросила меня о помощи.
— Каин, – из зеркала на меня смотрело бледное, но все такое же прекрасное лицо. – Королева Иветта умерла родами. Кажется, у меня появился шанс.
— Ты выглядишь так, будто собственными руками спровадила бедняжку на тот свет, – я понятия не имел, о какой королеве она мне говорила, но нехорошее предчувствие больно кольнуло сердце. Неужели ведьма не бросила свою затею добраться до короля этого их Семигорья?
— Мне пришлось устроиться в королевский замок горничной, чтобы получить наиболее полный доступ к информации.
— Не знал, что у горничных такая опасная работа.
— Один виконт, – губы Реджины болезненно искривились. – Захотел познакомиться со мной поближе.
 
Только после этого я обратил внимание, что одета она действительно была больше как прислуга, и один рукав ее платья был практически оторван. В душе волной взметнулась злость, и, наверное, это отразилось у меня на лице, потому что ведьма понимающе усмехнулась.
— Ты бросила обучение в академии магии ради этого? – привстав, я приблизил свое лицо практически вплотную к зеркалу. – Ради того, чтобы стать обычной горничной?
— Ради того, чтобы исполнить свою мечту, – ее темные глаза блеснули уже знакомой мне злостью. – Меня ничто не остановит.
— Есть много факторов, которые не дадут тебе добиться цели, – мне нравилось ее злить, и я старательно давил на болевые точки. – Например, твое происхождение. Ни один король не согласится на мезальянс, даже по очень большой любви.
— У меня достойное происхождение, – прошипела Реджина. – Мой отец был кузеном короля Миркутана и даже претендовал на трон, пока там не случился переворот. Нашей семье пришлось перебраться в Семигорье, но это не отменяет того факта, что я принцесса по крови.
— Принцесса? – я сложил руки на груди. – Надо же, какая удача. Принцесс я еще не имел. Еще и девственниц.
Взгляд, которым одарила меня ведьма, мог бы испепелить на месте. Я даже ждал, что зеркало вот-вот пойдет трещинами, но ничего подобного не произошло.
— И ты думаешь, король Семигорья женится на беглой миркутанской принцессе? – насмешливо продолжил я. – Зачем ему такие проблемы с соседом?
— Ты поможешь мне восстановить свою репутацию, – взяв себя в руки, спокойно сказала Реджина. – И к тому времени, как я всерьез возьмусь за короля, с моим статусом будет все в порядке.
— Ладно, – я подпер подбородок руками. – Готов со всем вниманием выслушать твой план.
— Ты должен найти компромат на действующего короля Миркутана – Фридриха. У него есть сын, Вильгельм, и мы должны приложить все усилия, чтобы возвести его на трон.
— Боюсь, одного компромата будет недостаточно, – хмыкнул я. – Не бывает абсолютно безгрешных правителей.
— Но это послужит спусковым механизмом для его оппозиции, – возразила Реджина, став серьезной. – Они начнут действовать, разрабатывать планы по свержению существующей власти, и ты должен будешь рассказывать мне обо всех предпринятых ими шагах.
— Хорошо, – со вздохом согласился я, еще не зная, на что подписался. – Я вернусь, как только появится какая-либо информация.
С того дня прошло практически десять лет. Я действительно смог откопать грязное белье Фридриха, после чего оно удивительным образом стало достоянием общественности. Я помогал Реджине информацией, но очень многое она делала сама, пользуясь старыми связями. Перебравшись в Миркутан, чтобы быть ближе к эпицентру событий, она просила время от времени показывать ей короля Ричарда – все еще безутешного вдовца, у которого осталась только дочь. Юную принцессу Семигорья назвали Белоснежкой, и каждый раз, видя ее рядом со своим возлюбленным, Реджина недовольно морщилась.
Я по-прежнему занимал кресло ректора Академии Лотэрана и искал способы вернуться в Фоэру. Мне было мало того, что я получал в своих снах, в которых ведьма исправно меня навещала. Несмотря на ее неистовую любовь к другому, я хотел наяву сжать стройное девичье тело в своих объятиях, вдохнуть в себя ее запах, насладиться ее тихими стонами. За десять прошедших лет она стала еще более прекрасной, повзрослела, расцвела и, без всякого сомнения, набралась ума и хитрости.
Но бар, в котором был проход в другой мир, мне найти так и не удалось. За прошедшее время я посетил все питейные заведения Сумеречного Континента и даже посетил Солнечную Долину, но удача мне так и не улыбнулась. Видимо, хозяин “Логова”, которого моя ведьма называла Гиллом, не желал раскрывать передо мной двери своей таверны.
Так же у меня было время досконально изучить гримуар Виктора Ангрейма, притащенный из другого мира. Любопытная, к слову, оказалась вещица. И, несмотря на то, что магические потоки Фоэры и Алассара отличались, многие плетения оказались вполне жизнеспособными и даже разрушительными. В этом я смог убедиться на примере своей разрушенной лаборатории.