Экзамен на выживание. Бытовой факультет ВАИ (СИ)

Annotation
В магической академии я узнала две новости: у меня есть дар, и моя мачеха — ведьма. Теперь мне предстоит решить кучу вопросов. Как снять чары с отца? Как избежать устройства по злодейским связям и найти свое место в академии? И, самое насущное, как пройти испытание, которое превратилось в экзамен на выживание?
Экзамен на выживание. Бытовой факультет ВАИ
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
 Экзамен на выживание. Бытовой факультет ВАИ 
 Глава 1 
— Обучение с питанием и проживанием, а потом гарантированное трудоустройство? Тетя Женя, это точно мошенники. Неужели вы не понимаете?Я не верила в бесплатный сыр в мышеловке. Судя по глазам мачехи — она тоже, но упрямо собиралась перевязать меня бантиком и отправить восвояси. Она уже стояла с моим старым рюкзаком в руках и запихивала туда мои вещи.
— Зря ты со мной на день открытых дверей не пошла — сама убедилась бы. Когда тебе еще такая возможность подвернется? Ты же знаешь, мы с отцом не можем тебя содержать, ты взрослая. На бюджет не тянешь по оценкам, а платное уже мы не потянем. Отец и так пашет на четырех дочерей, а он далеко не молод и не вечен.Ну да, только трое из четырех — не от него. И все сводные сестры старше меня. Им на платное образование хватило, а мне — нет.
— Не говорите так про него. У папы крепко здоровье.
— Но это не значит, что на его шее должна сидеть такая кобылка, — Тетя Женя умела втаптывать в грязь милейшим тоном.
Папа действительно работает от рассвета и до заката, как заведенный.  В отличие от мачехи, которая спит до полудня, ходит к косметологам и на йогу, а на ужин разогревает полуфабрикаты. Когда папе надоедает питаться пельменями, наггетсами, сосисками и макаронами, он просит приготовить для него котлеты с пюрешкой. Мачеха никогда не отказывает, вот только все воплощает в жизнь моими руками.
“Обучение домохозяйству” — так она это называет. И приправляет: “Потом мне еще спасибо скажешь”.
Стирка, уборка, глажка, готовка. А ведь еще учиться надо!
Мне строго настрого было запрещено говорить отцу, что всю работу по дому делала я. Не знаю, как у мачехи это получалось, но стоило мне только начать жаловаться папе, как тетя Женя льнула к нему, горестно всхлипывала и шептала что-то. После всегда все заканчивалось одинаково — я оказывалась виноватой, а “обязанность” — вполне подъемной.
Поначалу я боролась с этой несправедливостью изо всех подростковых сил, но сделала себе только хуже. Мою комнату принцессы растерзали три стервятницы-сестры, сводные вражины Когда я начала возмущаться, меня и вовсе выселили в коридор, где я спала на раскладушке.
Когда отец увидел это, начала так ругаться, что я довольно распушила хвост, а уже через пять минут выглядела, как мокрая курица. Он соглашался со всем, чтобы не говорила мачеха. Эта женщина уже десять лет сосала из него деньги, а он словно не видел, что нужен ей только для того, чтобы обеспечить ее и дочерей. Ее дочерей. Отца словно одурманили после смерти моей матери.
Самым болезненным было осознание — за меня никто не заступится. Мама умерла, папа потерял голову. Это хорошо подкосило: меня два года шпыняли, унижали, тыкали носом в грязь, как котенка. В это время созрела мечта — поскорее вырасти и жить отдельно, подальше от незнакомца-отца и его новой семьи. А еще жизнь вынудила меня стать хитрой, чтобы выжить среди стерв. Избалованные донельзя, они не могли сделать огромное количество вещей, а жить хотели в чистоте и в сытости, ходить в опрятной одежде, есть нормальную еду, а не полуфабрикаты. И вот тогда я начала выторговывать себе лучшие условия за “услуги” по дому. Например, так я отстояла обратно свою комнату. Да вот только все равно мной крутили, давили, вертели. Я успевала что-то одно: либо выживать, либо учиться.
— Тетя Женя, какой день открытых дверей в сентябре, когда все уже учатся?
 
— Ты совершеннолетняя. Помнишь, сколько раз мне говорила, что как только стукнет восемнадцать — ноги твоей в доме не будет.
Я на секунду закрыла глаза, стерпев очередной укол. Она любила так делать — давить на слабые места.
Да, я хотела уйти, как только это станет возможным по закону, но потом включила голову. Поняла, что мне нужен минимальный денежный буфер. Не на улицу же я пойду! А еще мне нужно образование, иначе нормальной должности не видать.
— Прочитай, прежде чем говорить! — Мачеха впихнула мне в руки конверт.
Сургучная печать? Бичевка? На оформление не поскупилась.
Я осторожно вскрыла конверт и прочитала:
“Приветствую тебя, будущий маг!
Если ты читаешь эти строки, значит, в тебе есть кусочек нашего мира — магическая искра Ильсарры и артефакт-искатель избрал тебя для обучения в Великой Межмировой Академии Изумруд.
Условия очень просты: ты сам выбираешь свой путь. Как только за тобой закроется дверь, для тебя начнется новая, совершенно непривычная жизнь, полная приключений, тайн и загадок. Ты пройдешь опасное испытание, подготовленное нашими наставниками, и раскроешь свой дар или вернешься к скучному, обыденному существованию.
Помни, ты можешь взять с собой только то, что способен унести.
Если ты готов — просто порви конверт. И да помогут тебе священные звезды Ильсарры!”
…— Что за чушь?
Я перечитала несколько раз, чтобы найти хоть какой-то смысл, но не вышло.
— Не чушь, а возможность. Жалко, конечно, что мои девочки не подошли. Надеюсь, ты не уронишь честь семьи, — вдруг задумчиво рассудила мачеха, будто утонув в своих мыслях.
Эта женщина издевается надо мной? Знает, что я в отчаянии, что не смогла никуда поступить? Мне не нанимали репетиторов, как раньше сестрам. Вместо того, чтобы тратить свободное от уроков время на дополнительное обучение, я драила дом, чтобы быть “благодарной” и иметь возможность спать не в коридоре. И ей еще хватает совести насмехаться над тем, что я теряю минимум год, зарабатывая на первый год в универе?
Очень жестоко с ее стороны!
— Не хочешь? Тогда порви его, — мачеха скупо поджала тонкие губы.
Думает, не сделаю? Поверю в эту чушь и испугаюсь, что меня занесет в какую-то там магическую академию?
Я взялась за середину прямоугольника и потянула в разные стороны, с вызовом глядя на мачеху. Вместо звука рвущейся бумаги я услышала свист ветра в ушах. Тьма лизнула глаза, а когда я моргнула, мир изменился.
Первое, что я почувствовала — это другой воздух. Он совсем иначе наполнил легкие, всего лишь за полвздоха. Второе — небо — оно было настолько ярко-звездным, что просто не могло быть привычным небосводом Земли. Третье, и самое убедительное — я несколько мгновений провисела в воздухе, прежде чем шлепнулась на каменный круг.
Две половинки конверта, которые я зажала в руках, стали рассыпаться по ветру золотой пылью. Она закружилась вокруг меня, а потом желтым ветром пронеслась по кругу, открывая каменные арки, а потом и новое лицоПарень в рыцарском обмундировании сидел у одной из арок, словно раненый боец. Он заметил меня, устало прочистил горло и промямлил, едва открывая глаза:
— Кхэм… Добро пожаловать… в Великую Межмировую… Академию Изумруд, адепт. Проходи быстрее, а то засну и не пущу... Тут до тебя ведьмы были, бабушку их колдунью шлеп. Не люблю ведьм.
И заснул!
Латы полыхнули радужным огнем, и парень тут же звонко вскочил на ноги. Вот только глаза его так и слипались.
— Артефакторы халтурщики, не могли нормальную защиту сделать. Просил же.
И снова заснул, уже стоя, словно лошадь.
Латы снова полыхнули бодрящей радугой. Паренек резко распахнул глаза. Он с явным усилием показал на арки рукой:
— Заходи быстрей, в какую нравится. Я третий раз могу не проснуться так быстро. Эти артефакторы…
И стал оседать, пока не разлегся на каменном круге, и громко захрапел.