Темные пути орбиты (СИ)

Эльфы справились с волнением из-за неожиданного перемещения Остарджи и выстроились у стены в ряд, в центре которого оказался Эррамун. Теперь для Евы ещё отчётливей стала видна их странная монументальность. Нет, ну точно — она словно пришла на экскурсию в музей и теперь разглядывала мраморных атлантов! Одетых, правда. Впрочем, Эррамун среди сородичей один выглядел живым человеком… Ой, человеком… Хотя можно высказаться о нём иначе: из-за монументальности четверых этот эльф казался очень похожим на человека.
Внутренний голос ехидно шепнул: «На фоне четверых? А точно не из-за того, что ты сейчас к нему присматриваешься внимательней, чем раньше? Ведь теперь ты с нетерпением ждёшь, сделает ли он тебе предложение!» 
На что Ева лаконично ответила: «Сунь себе в ж… свои умозаключения!»
Но втихаря от внутреннего голоса признала-таки, что этот высоченный красавец эльф, если он решится на предложение, будет одним из самых солидных её женихов — из тех, что у неё были до сих пор. И он и правда близок к человеку, хотя бы по тому признаку, что на душе у него бушует страшный непокой. И внезапно озадачилась: а если у него есть невеста? И стоит ли ждать тогда от него предложения? Мало ли — он не женат. А она-то собиралась мысленно похихикать над ним, если он всё-таки решится!.. 
А ещё, пока народ рассаживался на своих койках и поглядывал исподтишка на эльфов, она заметила: здесь и сейчас четвёрка эльфов явно настроена на то, чтобы и охранять своего единственного командира, и не выказывать ему своего сдержанного презрения, как это было недавно. Хм. Сплотились вокруг своих? Или среди остальных стараются держать лицо: типа, каким бы подлецом ни был Эррамун, он наш, а мы и моральных уродов принимаем?
Сидя на койке Рууда, Ева объяснила, каким образом можно выходить в открытое пространство в поисках еды, воды и живых. Четверо эльфов уставились на неё так встревоженно, что она сразу сообразила, о чём они думают: как вести себя с этой девицей, если она человек, но близка к ангелам?.. Блин… Им бы о предложенной идее подумать! Но нет… А вот Крис предложил обсудить идею.
— Так полагаю, вы, Остарджи, согласны с этой авантюрой? — первым делом сухо спросил Эррамун, на которого остальные четверо эльфов уставились вопросительно. Кажется, они побаивались необычной ситуации и не знали, как себя вести при этом.
— Конечно, — не поворачивая головы и глядя в потолок, ответил ангел. — Для меня в этом деле три приманки: во-первых, на катере до прихода основных войск мы останемся живыми без внутренних войн из-за провизии, во-вторых, спасём множество жизней, которые сейчас и не чают, что могут спастись. Ну и в-третьих — мне не так скучно будет валяться на этой удобной, но вскоре наверняка надоедливой кушетке. 
— И когда вы собираетесь начать?
— После тренировок на катере, — сказал Крис. — Первоначальное намерение таково: мы делимся на двойки и бегаем по судну. Ева слушает Остарджи, который передаёт ей информацию о том, что происходит вокруг катера, а она передаёт эту информацию всем остальным. Понимаю, что звучит несколько ребячески, но ведь мы и собрались здесь затем, чтобы первоначальную идею выточить до идеального воплощения. Так что — предлагайте ваши уточнения. 
Эльфы снова взглянули на Эррамуна. Тот даже не посмотрел на них, словно почувствовал, что они ждут именно его решения. Чуть постояв, глядя в пол, он поднял глаза и всё так же суховато сказал:
— Я думаю, что мы можем опробовать вашу идею в том виде, в котором она предложена. Тренировка покажет, каким образом её можно будет воплотить наиболее эффективно. И детали вылазки проявятся именно в действии. Наёмница Ева, как самый важный элемент тренировок и будущих вылазок, будет со мной в паре.
Эльфы не возражали, поскольку Эррамун всё-таки начальство. И, вероятно, даже одобряли решение командира, поскольку сообразили, что Ева в сложившейся команде — ценный экземпляр, а значит, их командир прав, забирая её к себе. Не возражал и никто из совещавшихся. Но Ева саркастически скривила рот, упёршись взглядом в колёса койки-каталки Остарджи. «Женишок решил поближе познакомиться с вроде как навязанной ему невестой? Надеюсь, в первые же часы беготни по катеру он не будет умолять меня прикончить его из милосердия…» 
 
Договорились, что участвовать в тренировках будут все, кто может стоять на ногах. Клеман быстро шагнул к Илве, и она, снисходительно пофыркивая, обняла его за талию. Один из песчаников присоединился к искину Ицэйне, и Тэкито бешено позавидовал ему вслух. Хихикающая Марика влезла на спину Криса, а он, посмеиваясь, ухватил её под коленки. Ожидаемо четвёрка эльфов разделилась на пары. Ну а Ева, с видом покорной пленницы, шагнула к Эррамуну.
Когда все определились с парами, искин проверил связь и соединил приборы всех участников тренировки, замкнув их на группу из двенадцати будущих десантников. Теперь только они слышали друг друга. И Остарджи — с помощью Евы, потому что всё, что слушала она, слышал и он.
Потом обговорили, кто куда идёт. Решили задействовать самые дальние уголки катера. А если получится всё, как ожидается, то следующий час тренировок будет проходить вне катера, в корпусе космогрузовика, укрывающем его. И именно там, за стенами катера, будет обговорено расстояние, на котором участники десанта будут находиться друг от друга. 
Кажется, Эррамун и впрямь мог быть среди своих хорошим командиром. Он оценивающе оглядел команду и велел Крису и Марике, а также Клеману и Илве оставаться на данном уровне катера. В этом же коридоре, но в разных его концах. Эльфов он послал в два противоположных отсека этого же уровня и велел им закрыться там. Песчаник с искином должны засесть внизу лестницы в трюм. Туда же собирался и сам Эррамун, прихватив Еву. Но, если песчаник останется только на спуске, то Эррамун вместе с Евой собирался пройти до конца трюмный отсек. 
Все обрадовались: пока ещё не выздоровевшие раненые — тому, что идти недалеко. Эльфы — что их отделили от остальных. А Ева скептически посмотрела на Эррамуна и подумала: «Это что? Он меня на первое уединённое свидание решил пригласить?» Но долго размышлять над решением эльфа не стала, сообразив, что узнает всё на месте.
Да и до личного ли будет им, когда Остарджи начнёт передавать информацию, которую ещё и остальным надо будет передать?
Итак, договорившись о главном и о времени начала тренировок, народ разошёлся по указанным местам.
Обогнав песчаника, который шёл, прихрамывая и тяжело опираясь на плечо искина, Эррамун с Евой быстро спустились в трюмное отделение катера и в первую очередь включили освещение, достаточное для того, чтобы разглядеть дорогу, по которой придётся идти. Шли они осторожно, стараясь не спотыкаться на трубах и проводах, не стукаться о коробки и ящики, беспорядочно наваленные здесь — и даже без крепления; прошагали весь отсек до конца. Оглядевшись на месте, эльф предложил Еве сесть на довольно крепкий ящик, а сам обошёл место вокруг неё, будто пытаясь определить, нет ли поблизости врага. 
— Пять минут до начала игры, — задумчиво сказал Эррамун, встав перед Евой. — Ты и правда думаешь, что мы сумеем отыграть эту тренировку в космосе? Там ведь все события меняются с каждой секундой.
В полумраке, в тусклом освещении (люки заранее задраены, естественно), он смотрелся угрюмым и безразличным. Не верит, что получится хоть что-то?
— Это не просто игра, — напомнила Ева. — Мне придётся сосредоточиться на информации от Остарджи и научиться через мгновения передавать её всем. Выглядит это как синхронный перевод. Если у меня получится, значит, и у остальных получится. Ну, реагировать немедленно. А значит, у нас появится реальный шанс — с высокой степенью безопасности нырять в поиск по орбите.
«Ева?»
— Да, Остарджи! — встрепенулась она, и Эррамун быстро присел рядом с ней на корточки, словно пытаясь расслышать ангела. 
«Начинаем?»
— Да, начинаем, — с запозданием в секунду (включила общую связь) ответила она.
«Наверху нашего космогрузовика проплывает корпус звездолёта, следом — неизвестный шлюп — без управления…»