Темные пути орбиты (СИ)

— Воды на катере почти не осталось, — равнодушно ответил Эррамун.
Ни на грош Ева не поверила в это равнодушие. Эльф шёл к отсеку с ранеными оборотнями — значит, ему что-то требовалось от них. Правда, смутно подумалось, что он мог идти затем, чтобы снова помочь с плохо заживающими ранами, а она и Крис взяли и прервали его желание побыстрей поставить раненых на ноги… 
— Но у каждого из ваших сородичей целый баллон воды! — уже яростно напомнила она. — Причём вы взяли эту воду на катере! Не думаю, чтобы на вашем шлюпе она была!
— Мы исходили из разумного эгоизма, — объяснил Эррамун. — Здоровые должны быть сильны, чтобы защитить тех, кто на данный момент беспомощен.
— Вы прекрасно знаете, что оборотни быстро поправляются, — вступил в беседу-перепалку Крис. — И ещё быстрей вылечиваются, если у них есть вода.
Эррамун смотрел на них чуть сверху, и Еву это взбесило: самовлюблённый эгоист! Ему говорят о том, что вода необходима раненым, а он только и делает, что пытается выглядеть высшим существом!
— Вся вода в баллонах уже распределена по живым на катере, — монотонно, почти бесцветно сказал белоплащик. — Но я могу достать немного воды для вас.
Двое замерли. В голосе эльфа, несмотря на ощутимую бесцветность, оба расслышали нечто, похожее на упрямое: «Всё бы хорошо, но…» Крис сообразил первым.
— Вы ставите нам какое-то условие? — агрессивно поинтересовался он. — И что бы это такое было, скажите, пожалуйста?
— Да. Мне нужен час уединения с Евой, — всё так же размеренно ответил Эррамун.
До Евы ещё не дошло, что именно он сказал, а Крис уже прыгнул вперёд, занося руку, чтобы ударить эльфа. 
Голова Эррамуна дёрнулась, но даже в полутьме коридора ошеломлённая Ева сумела рассмотреть, что удар капитана наёмников попал в цель, пусть даже скользящим. Но мгновением позже этого удара раздался туповатый звук — будто приглушённый шлепок. Лишь секундой позже Ева, обалдевшая от происходящего, увидела, что эльф жёстко держит руки Криса — поймал за запястья.
Крис сказал, будто выплюнул:
— Отпусти! Не буду я больше касаться твоей рожи благородной! Но и Евы ты не получишь! Обрадовался — час уединения за воду! Да я нашим сейчас расскажу — посмотрим, что тогда твои эльфы запоют! 
— Капитан, вы не понимаете… — ледяным тоном начал эльф.
Но на этот раз Ева решила, что и она должна вставить свои пять копеек. Схватив сослуживца, которого отпустил белоплащик, за плечи, она негромко, но звучно, чтобы он расслышал и сразу понял сказанное ею даже в своём негодующе воинственном состоянии, строго сказала:
— Крис, ещё раз: успокойся! Я пойду с Эррамуном и попробую уговорить его!
— Ты не пойдёшь с этим… — сквозь зубы начал капитан наёмников.
Ева впилась в его глаза сердитым взглядом и тихо процедила:
— И кто мне запретит? Ты? — А когда Крис чуть расслабился, угрюмо глядя в пол, она напомнила: — Я не девочка, за которой нужен присмотр. Постоять, если что, за себя сумею. Возвращайся к нашим. Я скоро приду.
Она даже попыталась развернуть его к двери отсека с оборотнями, но Крис только вздохнул и кивнул, после чего снова злобно глянул на Эррамуна и пошёл к ребятам.
Эльф, молчаливой статуей дожидавшийся, чем закончится разговор двоих, шевельнулся. Ева мрачно подошла к нему, задрала голову, глядя на него.
— Ты согласна на час уединения?
— Посмотрим, — неопределённо сказала она, раздумывая над личным планом добычи воды: войти в отсек Эррамуна, вырубить эльфа ударом в опасную точку на спине, под лопаткой, и незаметно, пока белоплащик не очнулся, смыться из отсека к своим. И пусть кто-нибудь скажет, что это подлость! Ну уж нет! Не подлость! Это ответка! Белоплащик же тоже предложил немыслимую цену за какой-то баллон воды! Гад…
Он шагал чуть впереди, весь такой уверенный в себе, что Ева уже начала раздумывать: а не стукнуть ли его прямо сейчас? Но успеет ли она тогда забежать в его отсек, а потом сбежать? Ладно, надо смотреть по ситуации. Если что — она всё равно сильней. Потому как может подключить к ситуации Остарджи! А уж когда ангел-хранитель вмешается, эльфу придётся подчиниться и отдать водичку. Странно, что она раньше об этом не подумала! Есть же на катере защитник для людей и оборотней!
 
Эррамун вежливо и приглашающе шагнул в сторону от двери в свой отсек — и Ева, помешкав, вошла. 
Стандартный отсек. Откидная кровать. Откидной столик при ней. Встроенный одёжный шкаф. Встроенные полки для мелочи и корабельный «душ», который представляет собой направленный горячий или тёплый воздух с очищающими кожу частичками моющего средства. В общем, ничего особенного. И вожделенный баллон с водой стоит сбоку от двери… Ишь, приготовился…
Мягко прошелестев, въехала в пазы дверь. Ева, насторожённая до задеревеневших мышц, приготовилась защищаться, если эльф позволит себе лишнего. Но Эррамун прошёл к противоположной от двери стене и кнопкой привёл в действие систему, которая тут же сначала выдвинула кровать — без постельного белья, естественно, а затем столик. Белоплащик показал Еве рукой на кровать, а потом присел на столик — вместо стула, что ли? А потом быстро встал, но не подходя к кровати. 
Поморгав ошарашенно, Ева вдруг сообразила значение этого странного действа: он хочет, чтобы она присела на кровать, причём он сам останется сидеть на столике. Но побоялся, что она не так воспримет его приглашение, потому и уселся на столик. Но такое поведение для белоплащика недопустимо — сидеть рядом с дамой, которая всё ещё стоит. Вот он и вскочил снова. 
То есть он не хочет сразу на неё накидываться? Хочет сначала поговорить?
Ворча про себя: «Трудно было вслух сказать?», но всё ещё напряжённая, Ева дошла до кровати и уселась напротив Эррамуна. Повозилась, словно устраиваясь удобней, а потом уселась — руки в карманы штанов. Типа — не боюсь я тебя. А на деле пальцы привычно вошли в пазы миниатюрных кастетов. Сжала кулаки. Вот теперь абсолютно успокоилась.
Эльфы знают, что такое поединок-рукопашка. Примерно знают, как может проходить поединок с людьми. Но она, Ева, слабей. Поэтому — случись что-то опасное для неё, позволит себе использовать оружие, хоть и подлое, но в её ситуации необходимое. 
Уверившись, что она готова к драке, Ева оценивающе взглянула на возможного противника. Тот сидел высоковато: столешница, выдвинутая из стены, была чуть выше кровати-лежанки, на которой сидела Ева. Внутренне она даже саркастически фыркнула: и здесь белоплащик являет своё превосходство! Но Эррамун молчал, уставившись в пол, и до Евы начала доходить нехитрая мысль, что он и не собирался предлагать ей то, из-за чего взбесился Крис. И тогда она снова присмотрелась к нему.
Ещё одно открытие. Остальные эльфы и здесь, в чужом катере, гордо трясли своими длинными хвостами, выпущенными на свободу из-под шлемов. Эррамун же отличался от них именно этим. Не короткими волосами, непривычными для портрета белоплашика. Он отличался тем, что надменности в нём — ни на грош! Всё его поведение — лишь отстранённость и жёсткий контроль за своими эмоциями…
Проверяя своё впечатление, Ева первой начала разговор:
— Что такое час уединения?
Он поднял на неё глаза, как будто только сейчас понял, что в отсеке не один.
— Это монолог одного, которого выслушивает другой. Слова этого монолога таковы, что их можно доверить тому, кто промолчит о них.
Это прозвучало так выспренно, что Ева чуть не съязвила: «И что? Ты посчитал меня настолько тактичной, что решился на этот свой час? За несколько часов узнал меня так хорошо, что доверяешь мне настолько глубоко?» Но остановила странная мысль: «А если после необычного времяпрепровождения он станет более… благожелательным к нам, наёмникам? Вдруг повезёт — и он перестанет смотреть на нас, как будто мы всего лишь пушечное мясо?» Следующим этапом стало любопытство: а что он расскажет такого, что не может доверить кому-то из своих?
— Остарджи тебя слушает? — неожиданно спросил Эррамун, задумчиво глядя на неё.