Моя. Чужая. Беременная (СИ)

Бросаю пакет и платье ей на колени. Она нервно сжимает их.
– Собирайся. И да, я люблю французскую кухню.
Оставив ее сидеть на кровати, выхожу в коридор. Набираю домашний номер. Трубку может взять только один человек – моя домработница.
– Татьяна Ивановна, я скоро вернусь, не один. Приготовьте гостевую спальню... Да, у меня будет гость…
Она удивилась, но вопросов задавать не стала. Знает свое дело. Уже третий год работает на меня, с тех пор, как я с Жанной развелся.
Сегодня я впервые приведу женщину в дом. В свой дом, куда даже Ларку и ту не пускаю. Это моя личная зона. Холостяцкий вертеп.
В голову лезут мысли о потеряшке. Имени у нее нет, надо придумать. Пальцы до сих пор жжет тепло ее груди. Крепкая двоечка. Все, как я люблю. У Ларки тоже была красивая грудь, пока она не решила ее увеличить.
Сжимаю кулак. Нет, эта женщина мой гость, да еще беременная. В моем доме с ней ничего не случится…
Если она сама не захочет.
А мнение домработницы меня не волнует. Ее гонорар достаточно крупный, чтобы держать рот на замке.
2. АСЯ
Максим меня пугает. Мало того, что сбил, а потом спокойно в этом признался, так еще завезти хочет неизвестно куда.
Мой бедный, замутненный болезнью мозг, подкидывает страшные кадры, в которых таких девушек, как я, везут в лес и…
У-у, не хочу так.
Дрожащими руками натягиваю белье. Свежее, чистенькое. Простые белые трусики в мелкий цветочек и такой же бюстгальтер. Даже думать не буду, кто его подбирал.
Теперь платье. Прохладный воздух больницы отрезвляет. Неужели я в самом деле поеду с ним? Это самоубийство! Лучше остаться в палате, тут безопаснее, чем довериться незнакомцу.
Что я знаю об этом Максиме? Да ничего! Я не могу ему доверять. А мне нужно думать не только о себе, а еще и о ребенке.
Кладу руку на плоский живот.
До сих пор не могу осознать, что я беременна. Был ли этот ребенок желанным? Макс сказал, что сбил меня ночью. Что я делала ночью на улице? В коктейльном платье и тапочках? Ведь сейчас зима… зима, это я помню!
Собравшись с силами, выхожу.
Возле палаты стоят два бугая (один из них знакомый) и Макс. Он кивком приказывает следовать за ним.
Молча проходим мимо палат. Он чуть впереди, я за ним, плетусь без всякой охоты. За мной, словно конвой – те два амбала. Каждый два метра ростом и косая сажень в плечах. Штангисты, млин, тяжеловесы!
В коридоре шушукаются медсестры. При виде Макса они мило улыбаются, а мне так и хочется крикнуть:
“Спасите, помогите! Меня сейчас похитят! Увезут в неизвестном направлении!”
Мы на втором этаже. Надо спуститься в холл по широкой лестнице. Я замираю перед ней, как перед кипящей лавой.
– Чего застряла? – спрашивает Макс, повернувшись ко мне.
– Я… нет, ничего.
Делаю первый шаг, а у самой сердце заходится от страха.
Уже в холле, возле рецепции, меня накрывает паника, и я понимаю, что все. Если сейчас ничего не предпринять, то прощай свобода. Возможно, и жизнь.
Замираю за три шага до выхода из клиники. Через широкие стеклянные двери виден заснеженный больничный двор.
– Мне нужно в туалет, – пищу тонким голосом.
Это первое, что стукнуло в голову. Никакого плана у меня нет, кроме желания поскорее сбежать и подальше.
Испуганно смотрю в потемневшие глаза Макса. Тот хмурится и цокает языком.
– Потерпеть нельзя?
– Нет, – качаю головой и морщусь.
Идея побега приходит мгновенно. Главное, чтобы ни Макс, ни его шкафы не увязались за мной!
– Хорошо, – Макс делает шаг ко мне. – Я провожу.
– Максим Николаевич! – к нам приближается врач. – Подождите минутку, надо кое-что уточнить.
Его появление спасает меня.
– Я и сама могу сходить, – улыбаюсь с самым невинным видом. – Спрошу у девочек на рецепции, где туалет.
– Дым, проследи за ней, – кивает Макс бугаю, который все это время торчал у меня под дверями.
Тот поворачивается ко мне с плотоядным оскалом.
Так, спокойно, еще ничего не потеряно. Не съест же он меня прямо здесь! Особенно теперь, когда я знаю, как его зовут.
 
Уточняю у первой попавшейся медсестры, где находится туалет, и иду по ее наводке. Стараюсь не торопиться и не терять невозмутимости.
Дым останавливается возле нужной двери и берется за ручку.
– Эй, вы что, и в туалет со мной пойдете? – возмущаюсь.
Хотя мое возмущение больше похоже на писк.
Он морщится, но отступает.
Я проскальзываю внутрь.
А дальше что?
Туалет тут огромный, на десяток кабинок. Под потолком виднеются небольшие прямоугольные окна. Одно из них даже открыто. Если я подтянусь, то смогу выбраться сквозь него. Одно пугает – на улице зима. Но с этим я как-нибудь справлюсь.
Решительно направляюсь к окну, заодно проверяю, нет ли кого в кабинках. Свидетели мне не нужны.
И тут на мою удачу замечаю то, что может помочь! В одной из кабинок вместо унитаза свален технический инвентарь: синий халат, швабры и веники. Видимо, этот туалет служит еще и подсобкой для техничек. Даже ведра и небольшая тележка есть.
Мне повезло! На уборщиц никто не обращает внимания.
Быстро натягиваю халат, который оказывается на пару размеров больше, чем нужно. Среди мусора нахожу бахилы. Надеваю их на ноги, а еще одну, почище, на голову, чтобы спрятать волосы.
“Куда по мытому?” – так и вопит мое отражение в зеркале.
Кажется, в гроб и то краше кладут… Хотя, если меня подкрасить чуток, причесать...
“Кто не рискует, того в лес вывозят!” – напоминаю себе
Итак, пора приступать к выполнению плана.
Пункт первый: выйти из туалета и не попасться Дыму. Пункт второй: затаиться где-нибудь в больнице до вечера, найти теплую одежду. Пункт третий…
Куда идти, буду думать, когда удастся выполнить первых два. В полицию, наверное. Там все расскажу. 
Складываю всю утварь на тележку. Горблюсь и задом пячусь к выходу. Нервничаю, когда открываю дверь.
Тот самый Дым стоит на пороге, поджидая меня.
У меня чуть сердце не выскакивает из груди, когда огромная тень накрывает меня. Но Дым отступает.
Все обошлось. Вцепившись в тележку, я следую дальше по коридору. Главное убраться отсюда, пока этот бугай не понял, что я его провела.
– Стой! – доносится в спину.
Я прибавляю скорость.
– Стой, кому я сказал!
Ну уж нет! Так легко я не дамся!
Кричать? Вряд ли кто-то поможет. Макс же сам сказал: клиника частная, наверняка у него тут все куплено!
На глаза попадается проход, ведущий на лестницу. Лестница уходит вниз, но ведь мы и так на первом этаже.
Бугай нагоняет, так что я, не раздумывая, вылетаю на лестницу. Еще недавно садилась с трудом, а сейчас откуда силы взялись? Несусь, перепрыгивая через ступеньку. Захочется жить – еще не так запоешь!
Задыхаясь, сбегаю вниз, прямо к открытым дверям, из которых веет морозом.
Неужели… Свобода!
На крыльце курят трое мужчин в белых халатах. Видимо, врачи. Пролетаю мимо них, бормоча извинения. Ловлю на себе недоуменные взгляды и несусь дальше, по заснеженной дорожке, утопая по щиколотку в снегу.
       Свобода так близко, что не верится. Но возле ворот на меня налетает кто-то, едва не сбивая с ног. Падаю в снег, но меня подхватывают крепкие руки.
– Ты куда бежишь, дура? – рычит Макс и смотрит на меня так, что мне сразу хочется стать маленькой и исчезнуть.
Его взгляд скользит по моему ошарашенному лицу, переходит на бахилу, которую я натянула на голову, потом опускается на синий халат и становится недоуменным.
– Это что за маскарад? – спрашивает Максим вкрадчивым тоном. – Ты в таком виде сбежать собралась? И куда же, скажи на милость?
А потом начинает смеяться. Причем с каждой минутой все громче. Сдирает с меня халат и бахилу. Снимает свое пальто и укутывает меня. Пальто теплое, мягкое, из кашемира, и хранит на себе запах хозяина.
Прячу нос в воротник и обиженно соплю. Но похититель, похоже, плевать хотел на мои обиды. Все еще смеясь, он подхватывает меня на руки и несет к иномарке, застывшей напротив входа.