Ветер стихий 2 (СИ)

Накрыв подставку с наполненным эфиром камнем специальным колпаком, лёгкой, квадратной деревянной рамкой, обтянутой тонкой тканью, получил что-то вроде китайского бумажного фонарика. Рассеяв тьму, ещё раз осмотрел комнату, убедиться, что мне почудилось. Или нет. Прислушавшись к своим ощущениям, с удивлением обнаружил, эффект чужого присутствия, взгляда со стороны, всё равно оставался, хоть и стал намного слабее. Всё такой же холодно-нейтральный, без намёка на враждебность. Озадаченно почесав голову, принялся исследовать комнату. Сюрпризы мне не нужны.
Через некоторое время, путём нехитрых вычислений, играя в горячо-холодно, определил место, откуда он ощущался наиболее сильно. Там уже и направление было несложно вычислить. Итог меня поразил.
— И ты Брут? — с обидой посмотрел на растение оранжево-зелёного цвета, с узорами волнистых разводов на длинных, широких листьях.
То, что в горшке, в котором оно росло, не имелось посторонних предметов, проверил заранее, ещё вчера. Здравая паранойя полезна, по заверениям психиатров, зарабатывающих на ней большие деньги. Они же нам врать не будут, правда. Поэтому, если не сошёл с ума, значит, за мной подглядывает неведомый фикус в горшочке. Вот уж от кого ожидал в последнюю очередь.
Тщательно ощупав листья, стараясь не повредить их, ни глаз, ни ушей не нашёл. На мои прикосновения растение никак не реагировало, продолжая казаться самым обычным. Такие использовались в домах состоятельных горожан для освежения и увлажнения воздуха, привнося в интерьер помимо красивого вида, ещё и приятный запах.
— А не появилась ли у меня мания преследования, друг мой? — озабоченно поинтересовался у растения, но ответа так и не дождался.
Ещё раз почесав голову, решил плюнуть на эту загадку. Загадка не обиделась. Либо неразумна, либо, очень осторожна и сдержанна, не поддаваясь на эмоции. Полил цветочек из кувшина, аккуратно протерев мягкой тряпочкой, чтобы блестело. Несколько раз извинился за свой неразумный поступок, с низкими поклонами. Вреда от этого точно не будет. Пожелав Аюни спокойной ночи, погасив светильник, лёг спать дальше. Надеясь, поутру всё станет, как прежде.
Как прежде, не получилось, зато стал понемногу привыкать к необычному ощущению, переставая его замечать. Раз уж ни автокукла, ни вечно спящий змей не переживали, то и мне не стоило.
По заведённому с некоторых пор порядку сначала зарядил энергией Аюни, разговаривая с ней как с живым человеком, протирая от пыли, расчёсывая, приводя в порядок одежду, попросив выполнить несколько простеньких разминочных упражнений, словом, занимался техническим обслуживанием. Моё единственное серьёзное оружие всегда должно быть в полной готовности, исправным и заряженным. Мог поручить эту работу кунан, но… как можно отдать свою прелесть в чужие руки, вдруг они её поломают. Потом шёл лёгкий завтрак, который принесла Дайя, всё ещё держащаяся по отношению ко мне настороженно. Утренние тренировки с Закиром и его малолетней бандой. Водные процедуры, на том же месте, что и вчера, за конюшней, пока никто не видит. Потом наступало время составления планов, — «Как управлять миром, не привлекая внимания санитаров».
Сегодня наши тренировки с Закиром никто не прерывал. Видимо, вчерашнего братцу Ирдис хватило, чтобы потерять ко мне интерес. Кстати, она, как и Риадин, всё ещё была сильно занята подготовкой к празднику, по случаю переезда, совмещённому с приёмом гостей, намеченному уже на завтра. Сегодня меня тоже не доставала. Даже как-то скучно без неё стало. Три дня на подготовку к такому серьёзному мероприятию считалось довольно маленьким сроком, поэтому поместье напоминало разбуженный пчелиный улей. Хотя пару раз замечал знакомую бронзовую пантеру, крутящуюся неподалёку. Такое впечатление, следившую за мной.
От лёгкого помешательства на почве подозрений, что за мной, помимо комнатного фикуса, с этого дня начали следить ещё и пальмы, цветы, декоративный кустарник, который у них за главного, спасла служанка, передав, что меня хотел видеть господин Умар. Он работал в библиотеке, за столом, заваленным грудами исписанных бумаг, куда меня любезно проводила. Библиотека у Аллмара, как и многое другое, заставила меня раскрыть рот от восхищения, позабыв, зачем сюда пришёл.
 
Высоченные, до самого потолка, секционные стеллажи, забитые книгами и документами, устанавливались на специальные роликовые платформы, позволяющие их как угодно передвигать, благодаря родовой технике Аллмара. Более того, даже квадратные плиты пола оказались передвижными, позволяя играться с ними в своеобразные пятнашки. Благодаря этому, не вставая из-за стола, Умар мог легко передвинуть себя к двери, к окну, в угол читального зала, выстроив вокруг настоящий лабиринт из стеллажей, образующих сплошные стены. Сделанные из особой древесины, не позволяющей пользоваться духовным чутьём. О том, что лестницы, без которых не достать до верхних полок, также самостоятельно могли передвигаться по библиотеке, не стоило упоминаний.
Глядя на всё это великолепие, подумал только об одном, — Хочу! Почему мне не дали духа с такой же способностью. Практически наяву представил картину, как лежу на диване, а в рот сами прыгают вареники, предварительно окунаясь в миску со сметаной. Где-то уже такое видел. Как говорится, — Что понравилось одним, почему бы не украсть другим.
Поздоровавшись с господином Умаром, последовав его приглашающему жесту, уселся на свободный стул, стоящий с другой стороны стола.
— Светлого дня Амир. Как поживаешь? — доброжелательно поинтересовался моими делами.
— Спасибо, бахи Умар, вашими стараниями, хорошо. Хотели меня видеть? Чем-то могу быть полезен славному роду Аллмара? — ответил встречной любезностью.
— Полагаю, да, — не стал отказываться. — Наверное, уже слышал, что мы устраиваем большой открытый приём по случаю переезда в столицу Закатных пустынь? Так вот, позволь от лица моего брата официально пригласить тебя на него в качестве почётного гостя. Всё же, хотелось бы сгладить тот досадный инцидент, произошедший в руинах заброшенной крепости, когда на тебя напали какие-то негодяи, прямо у нас под носом. В нашем же лагере, — расстроился. — Это заставляет нас чувствовать вину перед тобой. Так позволь её поскорее развеять по ветру. Чтобы больше ничто не омрачало нашего знакомства.
— Ну что вы, бахи Умар, — польщённо улыбнулся от повышенного внимания к своей персоне. — Вам незачем говорить такие смущающие меня слова. Я ни в коей мере ни в чём вас не виню. Напротив, считаю, клан Аллмара оказал мне множество почестей, за которые даже не знаю, как благодарить, — горячо заверил Умара. — Ваше приглашение переполняет чашу моей признательности. Не считайте это отказом принимать ваше великодушное приглашение…
Мысленно добавив, не меняя выражения лица, — «Как удачно всё складывается. На приёме наверняка будет кто-то знакомый лично с Ниссэи Рифа, или знакомый знакомого. Раз не могу подобраться к ней напрямую, попробую через кого-то».
— … но будет ли уместно моё присутствие на этом мероприятии? Не брошу ли тень на ваше светлое имя, оказавшись среди самых уважаемых лиц города? Не посчитают ли неуместным сравнение с простым бродягой, вместе с ними приглашённым на приём, без монеты за душой, не помнящим своего прошлого. К тому же, боюсь, из-за незнания простых вещей могу доставить кому-то лишнее беспокойство, — озаботился рисками, радея за благополучие моих друзей Аллмара.
Заранее поделился опасениями о возможности всякого разного. Ведь действительно мог сказать что-то не то, или сделать. Не хотелось бы, чтобы кто-то пострадал. Особенно я. Ещё стало интересно, это приглашение подразумевает свободу выбора, или же, явка строго обязательна. В зависимости от ответа, станет понятно, это жест доброй воли с их стороны или попытка решить свои интересы. Лучше, второе, поскольку, появляется поле для торга.
 
— Всё будет в порядке. Голова может забыть, но кровь помнит всё, — усмехнулся Умар. — Верю, ты не подведёшь ни нас, ни своих предков, ни себя. Будь более уверен в себе, юный Амир, — покровительственно кивнул, — мы проверили, ты, несомненно, истинный кундар, прошедший в храме полноценный обряд обретения имени. Он не даст соврать, — указал на серебряный браслет. — Нет никакого урона чести пригласить тебя на этот приём. Ты будешь равным, среди равных. Ну а непривычное поведение, привычки или стиль речи, подумаешь, знать этим не удивишь. Среди нас хватает разного рода чудаков, всех возрастов, — откровенно признал Умар, не видя в этом ничего предосудительного. — Напротив, считается чем-то полезным, особенным, выделяющим их из толпы. Поэтому сильно нас расстроишь, если не придёшь, — настоял на своём.