Дороги и Тропы (СИ)

Следующая песня, яркая, решительная, пробуждающая в душе что-то отчаянно смелое, почти их не взволновала. Возможно, потому что все это у наставника и ученицы уже было? А вот Даррен, похоже, понял и принял ее всем сердцем. Его лицо, обычно рассеянно-задумчивое, стало жестче и старше, зеленые глаза потемнели, а улыбка пропала. Далю, наблюдавшему за ним, даже померещились крылья у чужака за спиной: золотые с прозеленью, сверкающие яркой чешуёй…
Каждый унес с этого не слишком обычного концерта какое-то знание, и хорошо было бы понять, что теперь с ним делать. Гай, уверившись, что связь между ними так никогда не разрушится до конца, хоть и превратится в невообразимо хрупкую ниточку, радовался и ликовал. Ни позвать, ни поддержать будет не возможно, да и прислушиваться придется только ему, так что ж с того? У него станется память, которую никто не отнимет. Тайри убедилась, что ни один человек в ее жизни не появился случайно, судьба связала с зеленоглазым чужаком надолго, если не навсегда, только зачем ей все это? Ее сердце и мысли рвались к другому, бесконечно любимому человеку, а замыслы неведомых сил, сталкивающих и разлучающих людей, вызывали, попросту говоря, бешенство, о которого юная леди только что не рычала. Зачем ей нужен кто-то еще, зачем их тащат в разные стороны, зачем ей подсунули эти объяснения, лучше бы подсказали, как отвоевать Гая из лап его старых ошибок и долга! О чем узнал и что по этому поводу думал зеленоглазый Даррен, никто не знал. Сам он не рассказывал, а гадать — дело пустое. Глубокие раздумья бредущей по аллее парка троицы нарушил догнавший их Даль.
— Простите, до того заслушался, что просьба брата вылетела из головы. Он хотел вас видеть. Всех троих.
— Я, разумеется, весьма польщен, — улыбнулся Даррен, — но зачем его величеству понадобился чужак, который…
— Который, во-первых, видел то, чего не может увидеть император, а во-вторых, умеет ходить по Тропе, а значит, может рассказать еще больше, — ответил граф Изар. Понятнее Даррену не стало, и он, ожидая пояснений, повернулся к Тайри.
— Ты просто мало слышал о нашем императоре. Те, кто знаком с его величеством достаточно близко, знают, насколько он любопытен и как сильно его интересуют иные миры. В силу неких непреодолимых причин государь не имеет возможности совершать подобные путешествия. Поэтому пользуется любой возможностью узнать, что творится вне границ его родного мира.
— О, тогда я очень хорошо его понимаю. У нас тоже крайне редки люди, способные путешествовать тонкими путями, даже не выходя за границы… А узнать, что там и как, хотят почти все.
— В таком случае, вам совсем не трудно будет ответить на вопросы государя.
— Когда его величество пожелал нас увидеть?
— Послезавтра малый прием, на котором ждут всех нас. Кстати, истинную цель мой брат явно умолчал, видимо, замыслил нечто грандиозное. — "Снежный Льофф" только что руки не потирал в предвкушении.
— Боюсь, не в этот раз, Даль, — искренне огорчилась Тайри, — придется ему посылать других разведчиков, или обходиться без нас. У меня скоро защита.
— На которой брат, кстати, намерен присутствовать. Милорд Ректор нашей замечательной Академии все уши ему прожужжал, что будущие магистры в этом выпуске исключительно достойны пристального монаршего внимания.
— И его величество, разумеется, не упустил удобный случай?
— А когда он поступал иначе? На испытания боевых магов и мастеров защиты он любил посмотреть и раньше. Флотские его волнуют мало — там сразу ясно, пригоден или нет. Целителей ярких давненько не случалось. А теперь появилась ты, да еще и в такой области, за которую никто с роду не брался.
— Ну и слава Создателю, — с явным облегчением выдохнул ваюмн, — в присутствии государя наши воинствующие доброхоты из Высокого Жюри и прочие оппоненты не позволят себе лишнего.
— Но протокол-то вряд ли изменят.
— Это уже не страшно. Тайри справится.
Малый прием у императора мало походил на что-то скучное и чопорное. Много новых лиц, никаких заросших мхом родовитых старцев и убеленных сединами желчных капризных магов. Из придворной знати — две младших сестры его величества, трое его же племянников возрастом не более 17 лет, несколько никому не известных магов, тоже достаточно молодых. Из гостей — его высочество князь Гьятты в сопровождении троих не то охранников, не то советников, кто их горцев, разберет: двух мужчин и одной дамы. Разумеется, присутствовала вся команда разведчиков: граф Изар со своей рыжей леди, Тром с необыкновенно похорошевшей Кеми ор Оклен. А еще — полтора десятка валлиров, сопровождавших троих тиншельтов — явно не для очередного концерта. За драпировками и ширмами чувствовалось присутствие мастеров защиты. Его величество кого-то сильно опасался? Или старался уберечь гостей?
 
По началу, пока приглашенные непринужденно болтали ни о чем за бокалом вина и легкими закусками, леди Даллет старалась как можно лучше разглядеть князя Гьятты и его свиту. Как-никак старый верный друг государя и почти легендарный воин. О нем ходила масса разнообразных слухов, и сколько из них могло оказаться правдой, сказать невозможно. Доподлинно было известно лишь о том, что его высочество до сих пор не женат и официального наследника не имеет, несмотря на добрый выводок бастардов. И еще то, что Эрик де Гьяттар — один из самых сильных магов континента, воспитанный последними мастерами древней школы.
Вблизи князь вполне оправдывал все байки о его внешней привлекательности. Правитель Гьятты просто притягивал взгляды своей необычной, диковатой красотой. Высокий, прекрасно сложенный, гибкий, точно хищные кошки, что живут в лесах его княжества. Он и двигался, и смотрел, точно барс или ягуар — вроде бы плавно и вальяжно, почти сонно, но все это было обманчиво. На умном, с резкими чертами, лице, играла улыбка, но глаза смотрели цепко и настороженно, теплея только в ответ на слова императора. Подобный солнечному свет магических ламп играл на крутых завитках густых иссиня-черных волос, оттеняющих светлую кожу. Он о чем-то смеялся с мужчинами, отпускал изящные комплименты дамам, но не забывал внимательно присматриваться к каждому из гостей. Что-то они с императором задумали, зачем-то нужен был Рикарту ор Льоффу не совсем посторонний, но внимательный и непредвзятый взгляд.
Охранявшие его воины смотрелись точно богатыри из легенд — выше своего господина больше чем на голову, гораздо массивнее и шире в плечах. Оружия при них не было, но они и без него вполне могли справиться с небольшой армией. Тайри отметила, что эти двое не маги, а вот леди… Леди из свиты князя Гьятты была особенной. Такой тип внешности юной герцогине уже встречался. Тонкие хищные черты, темные волосы заплетены в тяжелую косу, раскосые янтарные глаза смотрят мудро и насмешливо, на высоких скулах играет румянец. Дама едва доставала до плеча своему князю, но при всем изяществе казалась куда опаснее рослых витязей. Тайри готова была поспорить, что невысокая воительница принадлежит к тому же племени, что и синеглазый Скайяр.
Валлиров и тиншельтов мало кто видел ближе, чем на сцене. Наверное, именно поэтому все внимание было отдано им. Те же принимали это терпеливо, отвечали на вопросы и находили особые слова для каждого, кто в них нуждался. Вот и к мастеру Гайдиару скользнула невесомая фигурка в дымно-сером плаще.
— Рада, что вы откликнулись на приглашение, мастер, — тонкие руки убрали глубокий капюшон, открывая бледное узкое девичье лицо, слишком правильное, чтобы быть человеческим.
— Кем бы я был, если бы отказался, — улыбнулся собеседнице ваюмн, — какой у вас чудесный голос, миледи. Серебро и хрусталь.
— Спасибо, мастер, — вот как, оказывается, может смеяться солнечный свет. А у тумана, как ни странно, появляется румянец, если он живой и выглядит, как молоденькая девушка, — Его величество еще не говорил вам, зачем собрал всех нас?
— Я, конечно, догадываюсь, что не просто приятно провести время. Государь заинтересовался человеком, которого мы привели с собой по Тропам. Сейчас ему пытается помочь леди Даллет…