Волчица. Возрождение (СИ)

Ажин с тихим грудным смехом обвила мою талию своими длинными стройными ножками. Я впился в ее рот, проводя рукой линию от бедра до талии, на которой немного задержался, принялся ласкать небольшую грудь, спустился к животу, а затем снова подразнил сосок. Содержанка выгнулась от ласки, обхватывая руками шею.
– Знаешь, – прошептала она, а я в это время занимался мочкой ее правого уха, продолжая ласкать ее грудь. – Я рада, что ты ко мне приехал, – женщина впилась своими острыми коготками в мои плечи, когда я принялся за ее длинную шейку. – Значит, врут все эти слухи, что ты там развлекаешься со своей спящей пленницей.
И тут я просто замер. Желание, которого было и так мало, вовсе улетучилось. Что забыл в кровати этой прелестницы? Я резко поднялся с кровати, освобождаясь от цепких объятий, и принялся собирать свою раскиданную одежду по спальне, тут же надевая.
– Прости, прости, – бросилась ко мне Ажин. – Просто я ревную, – она принялась целовать меня, но я лишь бесцеремонно отстранился от нее. – Тебя так давно не было, – женщина опустилась передо мной на колени. – А тут эти слухи всякие, что ты забавляешься не только с ней, но и с молоденькими подопечными, – но заметив мой сердитый взгляд, Ажина поспешно добавила. – Но я же тебя знаю, ты на такое не способен. Я больше так не буду, – она схватила меня за руку. – Умоляю, не уходи!
– Меня ждут срочные дела, – ответил я ей, выходя из спальни.
Уже через пять минут я сидел в карете. Ее слова оказались мыслями всего общества. Ко мне пришло осознание серьезной ошибки. Теперь непременно требовалось вывести детишек в высший свет, чтобы прекратить подобные слухи. Ох, и хитер же старый хрыч! Вне всякого сомнения, это проделки дяди.
Запустив левую руку в волосы, я ухмыльнулся. Зря я все-таки так грубо обошелся с Ажин. Да, она больше не возбуждала меня. Чего скрывать, с тех самых пор, когда в моем доме появилась Волкика. Златовласая мечта… Она казалась недосягаемой, а теперь тут, совсем рядом, в соседнем крыле особняка, и все равно далекая.
Я тряхнул головой. Надо будет завтра отправить Ажин какое-нибудь новое украшение. Мимо мелькнула витрина известного ювелира, чьи творения разбирали за считанные часы после выставки на продажу. Я вспомнил об одном браслете, о котором она трещала в предпоследнюю встречу. Вот его и отправлю. Пусть думает, что это извинение. Нельзя с любовницей расставаться. Иначе зашевелиться дядя.
Домой вернулся раньше намеченного. Выходя из кареты, заметил, что свет в спальне Волкики горел. Вот же настырные засранцы! Я взбежал по лестнице, распахнул двери, промчался мимо Саймуса, который приготовился снять пальто с меня, поднялся на второй этаж, прошел по коридору и с шумом отворил дверь.
Так и есть. Мальчишки сидели на полу, а девушки – на постели. Волчата снова экспериментировали, чтобы привести в сознание наставницу. От них тянулись магические жилы синего, красного, желтого, фиолетового и зеленого цветов.
Дети не ожидали такого шумного прихода. Они вздрогнули и уставились на меня. Иргид взирал с прищуром. У Олана бегал взгляд по комнате. Маирита сжалась и задрожала. Ее обняла Эрбель, метавшая взором молнии. У Тихана глаза приобрели фиолетовый оттенок. Как же меня достали их мысленные разговоры! Пора прекращать угрозы и переходить к решительным, жестким мерам.
– Завтра. Волкика. Отправляется. В лекарский. Дом! – рубленными фразами выдал я им, едва сдерживая злость.
– Нет! – воскликнул Иргид, вскакивая с пола и преграждая путь к наставнице.
За ним последовали и остальные мальчишки. Даже Бель сплела атакующее заклинание. Маирита накрыла своим телом Волкику. Концерт по заявкам.
– Вы не посмеете, – повторился Иргид.
– Значит так, – я зашел в комнату и отошел от входа. – Начнем с того, что это, – обвел руками вокруг себя. – Мой дом. Вы здесь гости.
– Скорее уж плен…, – буркнула Эрбель.
– Вы сами поставили себя в такое положение, – оборвал я ее на полуслове. – Не забывайте договор, который вы подписали. Кровью.
Это был еще один момент, который я не мог до сих пор себе простить. И как я умудрился его прошляпить? Договором занимался граф де Лагарди, так что ничего удивительного. Старый интриган. Чтоб его!..
 
– С завтрашнего дня вы начинаете готовиться к выходу в свет, который состоится через две недели, – проинформировал я детей. Мой взгляд остановился на девушках. – Гардероб закажите в одном из лучших ателье. Там вам помогут подобрать аксессуары и прочие мелочи. Адрес вам назовет Саймус. Тоже касается и вас, молодые люди. А теперь разошлись по своим комнатам. Отныне у вас комендантский час. В десять часов вечера вы должны быть в кроватях.
Да, договор, подписанный кровью, возымел больше действия, нежели все мои увещевания. Волчата метали в меня злобные взгляды, но молча подчинились и покинули спальню Волкики. Последней уходила Эрбель. Она так сильно хлопнула дверью, что штукатурка посыпалась с потолка и стены.
Я прошел вглубь комнаты и сел в кресло. Взор не отрывался от нее. Веки закрыты. Губы сжаты. Тело полностью расслаблено. Казалось, она просто спала. Если бы…
– Знаешь, я не представляю, как ты с ними справлялась, – я так устал, что начала говорить с почти мертвой женщиной. – Они всегда делают все наперекор. Вот и сейчас, более чем уверен, они будут лежать по своим кроватям, но при этом будут мысленно общаться. Как ты их не поубивала, пока учила?
– Скорее уж они едва не уложили меня на лопатки, – раздался хриплый голос с постели.
– Мало того, что ты, Бран, разговариваешь с женщиной без сознания, так тебе еще чудится как она тебе отвечает, – проговорил я в полголоса сам себе. – Интересно, как называется это психическое расстройство?
– Если ты немедленно не расскажешь мне, где я нахожусь и что вообще происходит, тебе никакие лекари не помогут. Даже некромантам поднимать нечего будет, – златовласая голова на подушке повернулась в мою сторону, и на меня уставились серо-голубые глаза, в зрачках которых горело солнце.
Привидится же такое! Я протер глаза и поднялся с кресла, намереваясь покинуть спальню. Кажется, кто-то засиделся. Пора отдыхать. Не успел я взяться за дверную ручку, как позади закричали:
– ТЫ СОВСЕМ СБРЕНДИЛ?! А НУ ВЕРНИСЬ!
Женский голос перешел в настоящий визг. Он-то меня и оглушил. Я медленно развернулся и несколько раз моргнул. Видение не исчезло. Только теперь в серо-голубых глазах, смотревших на меня, плескалась до боли знакомая ярость. Не может быть!..
– Почему я не чувствую ног, рук? – прошипела она. – Я совсем не чувствую тела..., – уже совсем тихо проговорила Волкика.
Гнев во взгляде сменился шоком, перешедший в растерянность. Я хотел было ей пояснить, но в коридоре послышался дружный топот ног. Едва шагнул в сторону, освободив дорогу, как дверь с громким хлопком открылась. В комнату ввалились волчата.
– Очнулась! – заверещали радостные дети.
В ушах от их воплей зазвенело. Ребята бросились к наставнице. Они кружили вокруг нее, спрашивали на перебой, что той хотелось или требовалось, поправляли подушки, одеяло. И только Маирита замерла на входе. Ладонью она зажала рот, сдерживая рвущийся крик. А вот слезы сдержать юная целительница не смогла. Они ручьем потекли по все еще пухлым щечкам.
– Да, она не может двигаться, – подтвердил я ее наблюдение.
– Как же я не додумалась до этого, – ошарашенно проговорила она.
– Никто не может определить этого, пока человек без сознания, – попытался я успокоить ее, но слезы хлынули пуще прежнего.
– Что вы сказали? – переспросил у меня Иргид, взглядом приказывая остальным замолчать.
 
В комнате воцарилась звенящая тишина.
– Мое тело парализовано, – как гром среди ясного прозвучали слова Волкики.
– Это легко поправить, да, Рита? – с наигранной улыбкой уточнила Эрбель.
– Нельзя восстановить то, чего нет, – тихо сказала целительница. – Никто не сможет помочь.
В один миг враг стал другом. Волчата с надеждой уставились на меня. А что я? Я не бог. Чудес не творил.