Поглощенные обманом (ЛП)

То есть, если осталось, что нужно восстанавливать.
От этой мысли меня пробирает дрожь, и я становлюсь калекой до костей.
Как только мы добираемся до дома, Адриан выходит первым, а за ним Борис.
Коля впервые в жизни немного отстает, не горя желанием идти за своим боссом по пятам.
— Что? — спрашиваю я, когда он продолжает пялиться.
— Ты… не должна была этого делать.
— Что делать?
— Использовать Джереми, чтобы заставить его. Так поступала его мать. Она использовала Босса, чтобы его отец делал все по-своему. Излишне говорить, что он ненавидит это.
Дерьмо.
Просто, когда я думаю, что делаю вещи лучше, они в конечном итоге становятся намного хуже.
Глава 8
Адриан
Адриан проводит остаток дня взаперти в своем кабинете с Колей.
В этом нет ничего удивительного.
Однако, в отличие от прежнего, я не сижу и не жду. Я не устраиваю вечеринку жалости к себе, сдерживая боль от того, что мной пренебрегают, или хандрю из-за того, что он не приходит за мной.
Что Лия была убита у подножия той скалы.
Возможно, я и не стала нормальной после падения, но теперь я хорошо знаю, кто я такая.
Что-то изменилось во мне после той ночи, и я приму эту перемену. Может, это и не самое лучшее, но все же лучше, чем было раньше.
Я жду, пока Джереми ляжет в кровать, а затем читаю ему историю, которая заставляет его хихикать. Он обнимает меня за талию, борясь со сном своими металлическими глазами, когда они опускаются.
— Не оставляй меня, мамочка.
— Никогда, мой ангел. — Я целую его в макушку.
Вскоре после этого он проигрывает битву за сон. Я осторожно высвобождаю его пальцы от себя и укутываю его одеялом, прежде чем встать. На мгновение я остаюсь здесь, наблюдая за ним и замечая, насколько он вырос.
Такое чувство, что он родился вчера, и нам пришлось спасаться бегством, спасая свои жизни. Мой мальчик был жизнерадостным с самого начала.
Оставив его с незнакомой женщиной, даже при обещании воссоединиться с ним, ухудшило мое душевное состояние. Теперь я это понимаю. Вот почему я использовала информацию, которую узнала от Уинтер о потере ее собственного ребенка, и смешала ее с пустотой, которую я испытывала из-за того, что со мной не было Джереми. Затем я придумала совершенно другую личность.
Мне нужно навестить доктора Тейлор, потому что я должна предотвратить повторение этого. Ощущение себя другим человеком, незнакомкой, в компании моего сына и мужа было худшим опытом, который мне когда-либо приходилось терпеть.
Хуже, чем быть запертой в черном ящике в детстве.
Хуже, чем конец моей карьеры.
В тот момент я видела себя самозванкой, которая крадет семью другой женщины, и, помоги мне Бог, я хотела украсть ее.
Я хотела такой жизни. Я хотела, чтобы Джереми и Адриан были полностью моими.
Это иронично, учитывая, что я потратила много усилий, пытаясь убежать от себя. Я никогда не знала, как сильно привязана к своей жизни, пока чуть не потеряла ее.
Пока Джереми и Адриан не перестали быть моей семьей.
Оказывается, они всегда были моей семьей. Или, по крайней мере, Джереми. Мне нужно что-то сделать с Адрианом, чтобы он не обращался со мной как с незнакомкой.
И лучший способ сделать это — узнать некоторую информацию, прежде чем встретиться с ним лицом к лицу.
К счастью, я знаю подходящего для этого человека.
Поцеловав Джереми в лоб в последний раз, я выхожу из его комнаты и спускаюсь вниз. Я накидываю пальто и выскальзываю из главного дома.
Морозный воздух пробирает до костей, и я плотнее закутываюсь в пальто, пересекая расстояние до гостевого дома.
Борис и еще один охранник стоят у входа, курят и разговаривают по-русски. Увидев меня, они бросают свои сигареты, и Борис спешит преградить мне путь.
Он примерно того же телосложения, что и Коля, но у него злые черты лица с тонкими губами и острым носом.
— Добрый вечер, Борис. — говорю я самым приветливым тоном.
 
— Госпожа Волкова, — приветствует он в ответ с грубым русским акцентом.
Внезапная дрожь проходит через меня при этом имени. Когда я думала, что я Уинтер я ненавидела это, потому что ревновала ее — себя. Но когда я была Лией, я отказывалась признаваться, как сильно мне нравилось, когда эта фамилия была привязана ко мне.
— Мне нужно увидеть Яна, Борис.
Он прочищает горло.
— Это невозможно. Приказ босса.
— Ты собираешься применить силу, чтобы остановить меня?
Его и другого охранника глаза расширяются от этого предложения.
— Конечно, нет. Босс убьет нас, если мы прикоснемся к тебе.
— В таком случае, впусти меня.
— Мне придется доложить ему об этом.
— Тогда сделай это. Скажи ему, чтобы он сам пришел и остановил меня. — И с этими словами я проскальзываю мимо Бориса, немного напуганная, немного взволнованная тем фактом, что Адриан может прийти за мной.
Но до этого я должна получить необходимую мне информацию.
Комната, в которой отдыхает Ян, находится на первом этаже, но я смотрю на лестницу. Уинтер там, наверху, и, вероятно, была в течение последних двух месяцев. Она — еще одна загадка, которую мне нужно разгадать.
Если Адриан с самого начала знал, что она не я, почему он причинил ей боль? У меня сжимается грудь при мысли, что я подвергла ее опасности.
В то же время, клянусь, я видела, как она смотрела на нас, когда мы с Адрианом играли с Джереми в саду в то время. Было ли это тоже плодом моего воображения?
Покачав головой, я иду в комнату Яна и тихо стучу в дверь.
— Войдите, — говорит он усталым голосом.
Я толкаю дверь, затем захожу внутрь и сажусь на стул рядом с его кроватью. На тот, который занимал бы Коля, будь он здесь. Для стоического чувака Коля заботится о Яне и показывает это на деле, хотя, вероятно, никогда не признается в этом на словах.
Ян сидит в постели, одетый в синюю толстовку с капюшоном. Его длинные волосы распущены, падают на шею и придают лицу более мягкий оттенок. Цвет его кожи вернулся к нормальному, и призрак смерти медленно отступил от его черт.
Он просматривает телевизионные каналы, не фокусируясь ни на одном из них. Увидев меня, он выключает телевизор и откидывается на многочисленные подушки, окружающие его.
— Ты в порядке?
Он поднимает плечо и морщится.
— Если сходить с ума означает, что я в порядке, тогда, конечно, я думаю, что я в порядке.
Легкая улыбка окрашивает мои губы. Его отношение — это что-то другое, клянусь.
— Кстати, как ты сюда попала? Я думал, что Борис стоит, как адский стражник, у входа в мою тюрьму.
— У меня свои способы.
— Свои способы? Ты снова втянешь нас в неприятности, не так ли?
— Разве это того не стоит?
— Черт, нет. Мне все еще нужна моя шея, большое спасибо.
Я тихо смеюсь, затем делаю паузу, когда он затихает.
— Эй, Ян
— Да?
— Я вспомнила.
— Ты… вспомнила?
— Да. Я перестала думать, что я кто-то другой или что-то в этом роде.
Его губы приоткрываются, прежде чем он делает долгий вдох.
— Наконец-то, черт возьми. Я думал, что мне придется начать загонять информацию тебе в глотку.
— Почему ты этого не сделал?
— Ты забыла ту часть, где мне все еще нужна моя шея? Босс уже получил задание разрезать меня на куски и выставить их в вестибюле. Мне не нужно давать ему больше стимулов. Кроме того, главный психиатр сказал, что ты диссоциируешь, и навязывание тебе информации будет иметь прямо противоположный эффект и может ухудшить твое состояние.
Я придвигаюсь ближе.
— Так вот почему Адриан позволил мне жить жизнью Уинтер?
— Именно.
— Полагаю, он наблюдал за мной издалека?
— Мы все это делали. Ты не представляешь, каким сварливым он был в тот период — я имею в виду, больше, чем обычно. Вашему покорному слуге пришлось принять его гнев. Он избивал всех во время наших ежедневных тренировок.