Спасенная инопланетным воином (ЛП)

Вместо этого я киваю.
— Я Бэт.
— Спасибо, что помогла вернуть Зарикса домой.
Мои глаза наполняются слезами, и я смаргиваю их.
— Я частично в ответе за его ранение, — говорю я. — Это самое меньшее, что я могла сделать.
Он приподнимает одну бровь, движение неожиданно элегантное. Я ожидала, что он будет двигаться грубо и неотесанно, но, когда приближается, он крадется, как леопард. Свет падает ему на глаза, и я вдруг вспоминаю зеленое небо на этой планете в час захода солнца.
— Сейчас я попытаюсь поговорить с Зариксом, — говорит он. — Информация, которой он располагает, имеет решающее значение.
— Могу я пойти с вами?
Он кивает и жестом указывает мне идти впереди него. Мы перебираемся в шатер, который гораздо больше, чем показался снаружи. На первый взгляд я насчитала десять кроватей, и целители окружили Зарикса, который лежит без рубашки на самой дальней от входа кровати.
Вдоль верхней части груди и плеч тот же мерцающий сине-зеленый узор на коже, который я заметила на воине в разорванной рубахе в лесу. Отсюда он определенно выглядит как чешуйки, и у меня возникает сильнейшее желание провести по ним пальцем.
Мысли трезво, Бэт. Бедняга на пороге смерти.
— Он пока в сознании, катай, — говорит один из лекарей, и Дексар делает шаг вперед. Я следую за ним по пятам, когда он приближается к кровати.
— Зарикс, — говорит он, и воин приоткрывает глаза.
— Первой целью будет племя Текара, — выдавливает он. — Но этой информации нельзя доверять. Теллу отвернулся от нас.
Глаза Дексара угрожающе темнеют, и я вздрагиваю.
— Только Теллу? Или все его люди?
Брови Зарикса опускаются в глубоком хмуром взгляде.
— Все. Они верят, что под вуальди им будет лучше. На их людей не охотятся ради мяса, поэтому они решили рискнуть и стать союзниками вуальди.
Дексар кивает.
— Что-нибудь еще?
Зарикс смотрит на меня.
— Ее нога. Ей нужен целитель. — Он вздрагивает от того, что делают с ним целители, и я делаю ровный вдох, заставляя себя не сводить глаз с его лица.
Не думаю, что Дексар имел в виду именно это, но он кивает.
— Поправляйся, Зарикс, — говорит он. — Ты нам понадобишься.
Дексар делает знак одной из целительниц, браксийке с длинными темными волосами, и она улыбается мне.
Я не хочу отходить от Зарикса, но его глаза уже закрылись. Я подавляю желание прижаться к нему, взять его за руку и прошептать на ухо ободряющие слова.
Ого, я, очевидно, так устала, что соскользнула на территорию сумасшествия.
— Меня зовут Эллиз, — говорит целительница.
— Я Бэт.
Я поворачиваюсь и следую за Эллиз, которая укладывает меня на другую кровать. Она начинает осторожно снимать повязки сделанные Сонис с моей ноги, и я закрываю глаза, когда ее руки все еще касаются моей ноги.
Да, я думаю, что зрелище не очень хорошее.
Мои глаза горят от слез, когда я лежу неподвижно. Она делает что-то, что заставляет меня вскрикнуть, и, когда с кровати Зарикса раздается низкое, яростное рычания, я поворачиваю голову, открывая глаза.
Целители хмурятся и смотрят на меня.
— Извините, — говорю я, подавляя вопль, когда Эллис делает что-то еще причиняющее еще более мучительную боль.
Я встречаюсь с ней взглядом, в котором читается сочувствие, когда она смотрит мне в лицо. Затем она льет что-то на мою рану, и я теряю контроль над собой, когда из моего горла вырывается крик.
Я корчусь от боли, пытаясь дышать сквозь агонию. Суматоха на другой стороне палатки заставляет меня повернуть голову, и я открываю рот, когда Зарикс внезапно садится, рыча.
Целители кричат, отпрыгивая от него, и я задыхаюсь, когда сине-зеленые чешуйки на его груди становятся такими темными, что кажутся почти черными.
— Дай ей что-нибудь от боли! — рычит он, и Эллис вздрагивает. Я не возражаю. Во- первых, я близка к истерике, и, судя по ярости на лице Зарикса, он не успокоится и не позволит целителям работать, пока я не сделаю то, что они скажут.
Эллис протягивает мне чашку, и я глотаю горькую жидкость. Очевидно, на этой планете нет фруктовых подсластителей и ароматизаторов, и я зажимаю нос, когда отпиваю еще немного.
 
Зарикс напряженно смотрит на меня, и я неуверенно улыбаюсь ему. Он ложится обратно, и целители медленно возвращаются к нему, все еще с широко раскрытыми глазами. Я чувствую укол раздражения и чуть не рявкаю на них. Ради бога, он всего лишь мужчина. А они ведут себя так, будто он чудовище.
Эллиз ждет, пока мои плечи не коснутся кровати, и мир начинает вращаться вокруг меня ленивыми кругами. Затем, когда мои глаза закрываются, она возвращается к работе над моей ногой.
Глава 9
БЭТ
Должно быть я проспала всего несколько часов, потому что, когда я открываю глаза, в палатке все еще темно.
Я вздрагиваю, когда встречаюсь взглядом с Зариксом. Он стоит рядом с моей кроватью, его лицо сурово, когда он смотрит на меня сверху вниз.
— Ты смотрел, как я сплю? — спрашиваю я хриплым голосом.
Он молча кивает, и я чувствую, как мои глаза расширяются.
— Это жутко, чувак. — Я шучу, но он игнорирует меня, все еще изучая мое лицо.
— Ты спасла мне жизнь, — говорит он.
— Да, — говорю я, и мои губы кривятся, когда я отвожу взгляд. — Но давай будем честными — я одна из причин, по которой ты пострадал.
Он качает головой, и я моргаю, глядя на него, когда он наклоняется ближе. У меня перехватывает дыхание, когда наконец узнаю выражение его лица.
Желание.
Он реально хочет меня.
Он наклоняется ближе, и момент тянется невыносимо долго, пока мы смотрим друг другу в глаза.
Наконец, я срываюсь.
Я поднимаю руку, обнимаю его за шею и притягиваю к себе.
Он встречается с моими губами, и я стону, запуская руки в его волосы, когда его губы прижимаются к моим. В этом нет ничего робкого. Ничего нежного. Ничего милого. Просто чистая потребность.
Мои губы приоткрываются, и его язык проникает внутрь, дико заявляя на меня свои права. Я издаю стон, и он напрягается, все его тело дрожит. Я тянусь к нему, когда он отстраняется, но он просто проводит рукой по моему лицу, смотрит на меня еще одно долгое мгновение, а затем поворачивается обратно к своей кровати.
Оставив меня рычать от отчаяния.
Я сжимаю руку в кулак и смотрю в его сторону, но он уже закрыл глаза.
— Ты же не спишь, большой обманщик, — бормочу я. Но закрываю глаза и тут же проваливаюсь в сон.
Когда я просыпаюсь в следующий раз, я вздыхаю, когда что-то прохладное касается моего лба. Я приоткрываю глаза, морщась от яркого света.
Эллиз серьезно смотрит на меня.
— Насколько все плохо? — мой голос хриплый. Как долго я была в отключке?
— Однажды ты будешь ходить без хромоты, — говорит она, и я чувствую странное желание рассмеяться. И это все?
Она наклоняет голову в ответ на мое молчание.
— Я перевязала рану, а также дал тебе отвар от лихорадки.
Я поднимаю брови. Инфекция. Она говорит о предотвращении инфекции.
— Спасибо. Я правда ценю это. Как долго я спала?
— Три дня, — говорит бархатный голос, и я поворачиваюсь на звук голоса Зарикса.
Он все еще лежит на той же кровати, хотя кто-то переодел его в другие штаны. Я смотрю вниз. На самом деле кто-то так же переодел и меня. Я пахну намного лучше, чем раньше.
Я краснею. Кто-то определенно вымыл меня губкой.
Эллиз подкладывает мне под голову еще пару подушек, пока я смотрю на Зарикса. Его лицо все еще бледно, но уже не похоже, что он скоро умрет.
— Три дня? Где Джавир?
Зарикс кивает в сторону другой кровати, и я сдерживаю улыбку. Джавир свернулся калачиком, сжимая нож в маленьком кулаке.
 
— Этот маленький сопляк украл у меня нож, — говорю я, когда сопляк открывает глаза и ухмыляется.
Эллиз улыбается мне и уходит, и мгновение спустя рядом со мной оказывается Джавир.