Тайна шести подков (СИ)

Полли задумалась. Идея Дилби была вполне разумной. Мисс Трикк протянула констеблю подкову.
— Вы могли бы все выяснить у вашего кузнеца для меня?
Дилби ошарашено уставился на нее.
— Вы хотите?.. Чтобы я?..
— Именно. Думаю, мне не помешает помощь. — Полли глянула в глаза констебля. — Я знаю, что вы не такой, как Кручинс и прочие фли… гм… констебли. Вы из тех, кому не безразлично, что происходит в Саквояжне. Нужно найти похищенных и остановить похитителя, пока жертв не стало больше. Вы согласны?
— А сержант Кручинс?
— Полагаю, он не особо настроен искать кого бы то ни было. Полиции было известно о пропажах уже почти неделю назад, но что-то в вашем этом Доме-с-синей-крышей никто и не думал шевелиться. Думаю, не ошибусь, если предположу, что Кручинсу это дело всучили против воли. За какую-то провинность или что-то в том же духе.
Младший констебль кивнул: все примерно так и обстояло.
— Итак, мистер Дилби, вы готовы объединить усилия?
— Я… я с радостью! — с горячностью закивал констебль. Он крепко сжал в руке подкову, и его форменная белая перчатка перепачкалась в саже. — Мы можем отправиться немедленно: мистер Бонтер сейчас в своей кузне.
Полли покачала головой.
— Боюсь, вам придется отправится к вашему кузнецу в одиночку, а я пока попытаюсь выяснить что-то о похищенных. У меня есть ниточка…
— Что за ниточка?
— Не спешите, мистер Дилби, — уклончиво сказала Полли, — я не вполне уверена, что она к чему-то приведет. Отправляйтесь к кузнецу, а потом, скажем, в восемь часов, мы с вами встретимся и обменяемся всем, что узнаем.
— В «Колоколе и Шаре»?
Полли поглядела на него, как на сумасшедшего.
— В полицейском пабе? Ни за что! Вы знаете паб «Слюнявый Крилби» неподалеку от Странных Окон?
Констебль кивнул.
— Значит, в восемь, в «Слюнявом», — подытожила Полли. — Не подведите меня, мистер Дилби.
— Ни за что!
— Я очень на вас рассчитываю… — и тут Полли совершила сугубо женскую подлость: — Джон.
Услышав свое имя из уст мисс Трикк, констебль уморительно засопел, как суслик, перед которым открыли банку бобов.
— Я все разузнаю! Даже если мне придется умереть, я вас не подведу.
О, она в этом не сомневалась.
* * *
Когда дверь за последним посетителем закрылась, аптекарь Лемюэль Лемони позволил себе испустить вздох облегчения.
Ну наконец-то! Этот долгий день за стойкой закончился… Осталось кое-что доделать и можно позволить себе чашечку чая.
Аптекарь запер дверь и повесил на нее табличку «Закрыто. Приходите утром», после чего вернулся за стойку, подровнял стоявшие на ней склянки с сиропом от кашля, заменил бобину бинта на валике и заполнил лоток с упаковками ваты. Повернувшись к стеклянным шкафам, он открыл одну за другой все дверцы и прошел вдоль них с тетрадью, делая пометки и напевая под нос: «Пиннетки, пилюльки, порошочки от чесотки, чихоты, чахотки…»
Отметив все лекарства, которые нужно было пополнить, аптекарь закрыл шкафы и склонился над кассовым аппаратом. Дернув за рычажок сбоку, мистер Лемони уставился на окошко с ячейками-цифрами, которые тут же начали быстро сменяться. Механизм принялся подсчитывать дневную выручку, и это не заняло много времени — сегодня в аптеке было не так уж много посетителей.
Аппарат звякнул, и ячейки составили: «154 п.ф. 75 п.п.»
Лемюэль грустно покивал: его конкурент, господин Медоуз из «Аптеки Медоуза», столько выручает за пятнадцать минут. Когда-то «Горькая Пилюля Лемони» была единственной аптекой в Тремпл-Толл и дела у нее шли не в пример лучше нынешних, но с тех пор прошли годы, и амбициозный и безжалостный господин Медоуз сделал все, что мог, чтобы вытеснить старинное семейное дело Лемони из жизни Саквояжного района. Это было несложно, учитывая, что «Горькой Пилюлей» сейчас управлял Лемюэль, у которого не было той предприимчивой жилки, которой славился его прадедушка…
— Ах да, прадедушка! — воскликнул мистер Лемони. — Чуть не забыл…
Аптекарь вытащил из бокового ящика кисть, выбрался из-за стойки и открыл шкаф-витрину, примостившийся возле дверей.
 
На одной из полок, среди баночек с противоядиями, стоял побуревший от времени череп в лимонном парике. Прадедушка при жизни был отъявленным франтом, таким же он остался и после смерти: формой парик походил на луковицу и пах полынью и кардамоном — правнук не забывал регулярно осенять череп парфюмом и следить, чтобы волосы не поникли.
Лемюэль принялся аккуратно, дотошно и со всем возможным почтением чистить череп от пыли кистью. Не пропуская ни одного зуба, прошелся по челюсти, широкими «мазками» стер пыль с лобной кости, взялся за глазницы…
— Все идет своим чередом, прадедушка, — сказал аптекарь. — Люди болеют или думают, что болеют, и приходят за лекарствами. Сегодня заглядывала парочка любопытных посетителей: у одного мистера время от времени вспыхивают волосы — буквально загораются! Согласен: это просто поразительно. Я выдал ему раствор от изжоги — поглядим, вдруг поможет. Если нет, придется что-то придумывать. — Мистер Лемони всунул кисточку в носовую полость черепа, прочистил ее и, перейдя к волосам, продолжил: — Еще была дама, которая сбрасывает кожу, как змея. О, тебе бы такое понравилось: ей лет семьдесят, но выглядела она не больше, чем на двадцать… беда в том, что несчастная испытывает сильное жжение всякий раз, как «обновляется» — доктор прописал ей «Антижгин Перре». Что? Побочные эффекты? Ну разумеется, я помню о побочных эффектах. Куда ж без них…
Помимо того, что старый господин Лемони (прадедушка Лемюэля) был модником, он еще и обладал гением — не только в изобретении лекарств, но и в том, как заставить людей покупать больше этих лекарств. Какой-нибудь бездарь на его месте попросту стал бы добавлять в состав пилюль вещества, вызывающие привыкание, но старый господин Лемони придумал кое-что… интереснее. Он намеренно снабдил все свои лекарства побочными эффектами — не сильными, но крайне неприятными и зачастую весьма непредсказуемыми. К примеру, лосьон от выпадения волос вызывал у больного бессонницу. Капли от бессонницы, в свою очередь, заставляли его непроизвольно грызть пуговицу на манжете. А пилюли от неврозов с «пуговичным эффектом» приводили к неконтролируемому слюноотделению. И так далее… По сути, господин Лемони в корне изменил аптекарское дело и подсадил весь город на постоянное лечение от различных и нескончаемых напастей — недаром с тех пор говорят: «Здоровых людей в Габене нет. Есть те, кто пока не купил первое лекарство в аптеке».
— К слову, сегодня в обед приходил один джентльмен с очень странным побочным эффектом: всякий раз, как он принимает пилюли от аллергии на плохие новости, к нему слетаются вороны. «Обратный эффект пугала» — не представляю, что его вызывает… Нужно проводить исследования, но это что-то новенькое…
В окно раздался стук, и аптекарь едва не подпрыгнул на месте от неожиданности. Поймав выскользнувшую из пальцев кисточку, он испуганно повернул голову.
— О, мисс Трикк! — воскликнул Лемюэль Лемони, и тут же зажал рот рукой: если мадам Клопп, его ворчливая теща, услышит, ему несдобровать.
В любом случае это было не радостное удивленное «О! Мисс Трикк! Как хорошо, что она решила заглянуть: может, эта приятная молодая дама даже принесла что-нибудь вкусненькое к чаю!» Нет, это было досадливое и раздраженное «О-о-о… Мисс Трикк! Проклятье! И за чем она заявилась на этот раз? Теперь точно хлопот не оберешься!»
Глядя на него через окно, Полли Трикк ткнула пальцем в сторону двери и со значением приподняла бровь: мол, мистер Лемони, не соблаговолите ли открыть?
Аптекарь бросил испуганный взгляд на дверку за стойкой, но мадам Клопп сейчас, по всей видимости, уже сидела в своей комнате, опустив ноги в тазик с пиявками.
Мистер Лемони затворил створки шкафа и, насилу отодрав себя от того места, где стоял, подошел к двери. Рукой заглушив колокольчик над притолокой, он отодвинул засов и приоткрыл дверь: мисс Трикк не стала дожидаться, пока та откроется пошире, и проскользнула в щель.