Осторожно: попаданка! или Мужья в беде (СИ)
И такая красочная картина нарисовалась перед глазами, что, не выдержав, я завизжала во всю силу легких.
Знаю, глупо. Куда благоразумнее с моей стороны было бы притвориться дохлым опоссумом или, на худой конец, использовать дикаря в качестве щита между мной и усатой угрозой. Но не так-то легко контролировать реакции организма.
Словом, я закричала. Я кричала оглушительно и самозабвенно секунды три, а потом киса прыгнула. Тут-то голос у меня и пропал. От страха горло перехватило спазмом, из распахнутого рта не вырывалось ни звука. Я остолбенела. Не могла пошевелить и пальцем. И пока я так стояла онемевшей статуей, сверху, оскалившись, на меня летела мохнатая смерть.
Время замедлилось. Я успела заметить, как киса изящно оттолкнулась задними лапами от ветки дерева, как распрямила передние, как сильное гибкое тело вытянулось в прыжке. Зрелище жуткое и завораживающее.
Разум вопил, готовя меня к ужасной боли, но тут произошло нечто странное. Я бы даже сказала, нечто, не поддающееся осмыслению. Короче говоря, случилась какая-то сверхъестественная хрень.
Когда меня и кисины зубы разделяло около метра, воздух перед моим лицом подернулся рябью, а в следующую секунду прозвучал глухой удар: это хищник со всего размаха врезался в невидимую преграду, как если бы между мной и зверем внезапно возникла стеклянная стена. На землю посыпались голубые искры, а вместе с ними с грохотом рухнула вниз и киса.
Что за?..
Завороженная, я вытянула руку, и мои пальцы на фалангу погрузились в загадочную эластичную субстанцию, спасшую мне жизнь.
— Бла-бла, — раздалось над ухом. Не успела я повернуть голову к незнакомцу, как была подхвачена сильными руками и перекинута через мощное плечо.
— Эй! Что ты творишь?
— Бла-бла.
Исчерпывающий ответ.
— Немедленно поставь туда, где взял!
Конечно, меня не послушали. Даже не поняли. Вот они — печальные последствия языкового барьера. Вместо того чтобы вернуть мне вертикальное положение, местный дикарь сиганул в чащу леса. Со мной, болтающейся на плече, как мешок с картошкой.
Впрочем, возражала я недолго. Ровно секунду, в течение которой киса находилась без сознания. Когда леопард поднял с земли усатую морду, а потом и всего себя, я решила, что Тумба-юмба знает, что делает.
Вскрикнув, я отчаянно заколотила руками по мускулистой спине:
— Быстрее! Быстрее! Она нас догоняет!
Дикарь бежал с нечеловеческой скоростью. С легкостью перепрыгивал глубокие овраги и поваленные древесные стволы. Задницей в салатовом платье я ощущала жар широкой мужской ладони. Тумба-юмба успевал не только виртуозно уворачиваться от колючих веток, но и лапать мою пятую точку, а еще что-то шипеть сквозь зубы в адрес настырного хищника. Я, конечно, ни слова не понимала, но решила, что дикарь ругается. Вряд ли, потный и запыхавшийся, он пел дифирамбы моей исключительной красоте или декламировал стихи. Скорее всего, матерился по чем зря на своем странном бла-бла-бла-языке.
Голова моя моталась из стороны в сторону. Периодически я билась лбом о крепкую поясницу беглеца. Но неудобство передвижения было, несомненно, меньшей из бед. А бо́льшая из бед — повисла у нас на хвосте пятнистой тенью, перемещаясь по сучьям деревьев огромными прыжками.
В очередной раз подняв голову и вглядевшись в тень раскидистых крон, я не увидела позади преследователя.
«Фух, оторвались», — мелькнула мысль.
Но не тут-то было! Сверху, совсем близко, раздался голодный рык.
Ебушки-воробушки! Аж сердце в пятки ушло. Ужас прокатился вдоль позвоночника ледяной волной: шерстяная машина для убийств скакала с ветки на ветку прямо над нами. Над нашими головами! Среди листьев мелькал белый пятнистый живот.
Зверь нас настиг.
В панике или желая подстегнуть дикаря, заставить его передвигаться быстрее, я впилась ногтями в обнаженные мужские ягодицы. Тумба-юмба зашипел и резко куда-то свернул. Посветлело. Не сразу я поняла, что деревья расступились и мы выбежали на свободный участок пространства.
Да это же озеро!
Голозадый с разбегу бросился в воду, а поскольку я по-прежнему висела перекинутая через его плечо, то в лицо мне полетели холодные брызги.
— Эй, ты, Тумба-юмба! Это плохая идея! — закричала я, уставившись на темную муть перед глазами. Дикарь погрузился в озеро уже по бедра, и мое положение вниз головой становилось все более опасным. — Притормози коней! Отпусти меня! Я ж захлебнусь.
Для большей убедительности пришлось снова пустить в ход кулаки.
Патлатый что-то пробурчал, но послушно замер, вглядевшись в лесную чащу, — туда, откуда мы прибежали.
— Слушай. Ты напрасно надеешься, что вода нас защитит. Леопарды отлично плавают. Я по «Дискавери» видела.
Вопреки моим опасениям, появившийся на берегу хищник не спешил кидаться за добычей в озеро, — злющий, он метался вдоль кромки воды и рычал в бессильном гневе. Боялся замочить даже лапу.
Похоже, смерть отменялась. Аллилуйя!
Поставив меня на ноги, дикарь разразился самодовольной тирадой в адрес леопарда, пожирающего нас глазами. Даже показал ему неприличный жест: сложил вместе три первых пальца и несколько раз резко постучал ими по носу. Выглядело это как ругательство.
— Бла-бла-бла-бла.
— Ну ты дурень. Что ты пытаешься сказать кошке? Она же ни слова не понимает. Глупо говорить с тем, кто тебя не понимает.
— Бла-бла, — ответил дикарь.
Взглянув на кису в последний раз, он осторожно подтолкнул меня вперед — плыви, означал этот жест.
— Что? Туда? — я ткнула пальцем в сторону противоположного берега, где под ветром шелестели и раскачивались высокие сосны. И лихорадочно замотала головой: — Нет-нет-нет. Не умею.
Дикарь задумчиво прищурился, покусал нижнюю губу, а потом прижался ко мне близко-близко, плотно-плотно, так, что животом я ощутила его голое мужское достоинство. Твердое.
Только не говорите, что Тумба-юмба был возбужден!
— Эй, что ты творишь?
Без лишних слов голозадый подхватил меня под бедрами. Чтобы не упасть, я была вынуждена обвить руками его шею, а ногами — торс. От таких манипуляций платье, естественно, задралось, и внушительная «гордость» дикаря уперлась мне в трусики. Вот прям туда и ткнулась! В самое сокровенное.
С берега донеслось сердитое рычание. Краем глаза я заметила, как лихорадочно заметался туда-сюда леопард. Он решительно подошел к озеру, сунул лапу в воду, но сразу же испуганно отпрянул, будто прикоснувшись к огню.
— Варг, — неожиданно сказал Тумба-юмба. Это было первое, что я услышала от него, помимо бесконечного бла-бла-бла.
— Варг, — повторила я, наблюдая за тем, как зрачки дикаря расширяются и затапливают радужку.
— Ва-а-арг, — кивнул мужчина и двинул бедрами.
О, ежички! Твердая головка члена проехалась по моей промежности под водой.
Н-да, ситуация… Я неизвестно где, непонятно, мертвая или живая, в своем уме или не очень, обнимаю ногами возбужденного незнакомца, а на берегу нас караулит голодный хищник. Оба — и хищник, и мужик — меня хотят. Один — сожрать, другой — судя по взгляду, тоже сожрать, но в несколько ином смысле. Единственный способ спастись от первого — пересечь озеро. А плавать я умею только на корабле, максимум на надувном круге. Спастись от второго — задача еще более сложная. Дикарь вцепился в меня как клещ и многозначительно терся о мои трусики вставшим членом.
— Варг, — повторил он и ткнул пальцем в мою грудь.
Похоже, Тумба-юмба пытался общаться. Что ж, такое начинание было грех не поддержать.
— Варг, — ответила я.
Мужчина нетерпеливо затряс патлатой головой.
— Варг, — показал на себя, потом на меня и вопросительно вскинул бровь.
Меня осенило:
— А-а-а, это твое имя? Варг? И ты хочешь узнать мое?
Тумба-юмба пожирал меня глазами, черными от расширившихся зрачков. Ноздри его жадно раздувались, втягивая воздух.
«А он красивый», — мелькнула мысль.
Сухой, поджарый, с четким рельефом мышц. И лицо под стать. Тонкие губы. Высокие острые скулы. Прямой нос. Глубоко посаженные глаза. Внешность хищная и выразительная. Длинные волосы, конечно, на любителя, но в целом не мужчина, а порномечта.