Парвеню (СИ)

— Принято, — вздохнул Грон и тяжело встал, опёршись на мою руку. — Мэтт…
— Что?
— Выживи…
— Я — Гроссновер! — усмехнулся я, взбадривая Грона и, совсем чуточку, самого себя. — Нас…
— Наболтались? — резкий удар меча по моему щиту прервал наше прощание. — Как благородно, и… — размах, удар! — тупо! Остаться одному против меня! Я думал, что ты умнее!
— На тебя хватит и меня! — крикнул я, уменьшая размер щита так, чтобы она перекрывала мой силуэт. Так тратится меньше Эфира, и плотность щита увеличивается. Я же сам прикрыл собой Форда, с кряхтением торопящегося к выходу. — Ну что, Стэмфорд, разберемся как джентльмены, один на один, лицо к лицу?
— Сколько пафоса! — граф из рубящих ударов перешёл на тычки острием пламенного меча. Устал или расслабился? Мне без разницы, в принципе. Сейчас уже можно показать всё, чему я научился и что умел.
Щит у кончика моего пальца скукожился до размера колеса от машины.
Кто сказал, что щитом можно только защищаться? Если много Эфира, то со своим спеллом я могу делать всё, что захочу. И сейчас я, наконец, в реальной боевой обстановке изучу свои умения. У кончика указательного пальца сформировался еще один щит, размером с первый. Затем, оба щита перетекли на предплечья, наконец, став тем, чем назывались, настоящими выпуклыми щитами. Еще немного уменьшим размер, но добавим прочности, и щиты превратились в баклеры, подобие маленьких крышек от кастрюль, висящие у тыльной стороны ладоней. В теории такую сконцентрированную в одном месте защиту не сможет пробить и друид. Но, на всякий случай, начнём проверку на мастере.
Моя ухмылка графа лишь позабавила. Ну да, мои воздушные щиты невидимы, в отличии от его огненной плёнки.
— Что, внушили себе, что справитесь, Виллис?
— Конечно, граф. Но хватит разговоров, теперь моя очередь атаковать! — с этими словами я прыгнул и на лету ударил по щиту Стэмфорда. 
Граф инстинктивно махнул мечом, но я отбил лезвие вторым щитом. И мои два щита отчётливо проявились на месте соприкосновения с огненными спеллами Стэмфорда. Он сперва опешил, но всё же быстро взял себя в руки.
— Ясно… А я ведь до конца и не верил, Ваше Высочество, что вы — настоящий потомок рода Гроссновер… 
Ну-ка, ну-ка, интересно…
— А сейчас?
— А сейчас вижу, что вы тоже из этих монстров, называющих себя «Истинными», и мне придётся вас убить!.. — на ходу заканчивая фразу, граф бросился в атаку. И сейчас он уже был полностью сконцентрирован на бое. Я же наоборот, медленно отступал, раздумывая над новой информацией, только отбивая огненное лезвие Эфирными баклерами. Граф в курсе об Истинных, и по его реакции понятно, что он — один из Ордена Тринадцати. Я кровожадно оскалился, поняв это. Один из членов ООО попал мне в руки! 
Отбиваю огненный меч левым щитом и правой снова бью по защите, вложив всю концентрацию на кромку своего невидимого баклера. Дома, на тренировках, получалось перерубать металлические прутья, неужели не справлюсь с тонкой плёнкой? А сам же продолжил непринуждённую беседу, продолжая бить в одну точку и отмахиваться от меча.
— Ваш орден так испугался смерти графа Честера, что спрятались настолько глубоко! — хихикнул весело я, уходя перекатом под мечом, и встав, обвёл руками подземное помещение. — А сейчас мне попадаетесь вы!
— Что? — граф пропустил несколько мгновений застыв, воспользовавшись тем, что я отошёл достаточно далеко. 
— Я вас ищу-ищу, а вас нет, говорю, — продолжаю я, — что я уж и забыл о вас!
— Подожди… Разве ты не знал? — серые глаза Стэмфорда расширяются от удивления.
— Нет! — улыбнулся я ему весело. — Поэтому быстрой смерти ты не дождёшься, Слим, пока не расскажешь всё о вашем ордене, охотящемся за детьми!
Резкое приближение, удар, прикрылся щитом от размашистого удара мечом снизу-вверх. Еще пара бесполезных ударов по защите графа, и я отскакиваю назад, чтобы перевести дух. Граф тоже застыл, даже меч опустил.
— Тогда… В чем причина нападения на мой род? — нахмурив брови в удивлении спрашивает он. Тут уже приходит очередь удивляться мне.
 
— За нападение вашего Хейвена на мастерские, за похищение моей семьи, за оскорбление Джеймса Виллиса и Джеймса Купера, в конце концов, — внешне спокойно перечисляю я, пытаясь не показать моё реальное отношение к этим событиям. — И, чуть не забыл, ставили препоны во время лечения леди Беллы Виллис, — поднял я вверх указательный палец. — За всё это вам придётся ответить, граф Стэмфорд.
— Что?.. — граф видимо нехило так удивился, даже потерял концентрацию и его меч развеялся. Но он даже не обратил на это внимания. Сначала коротко хихикнул, вызвав удивление уже у меня, затем прыснул и рассмеялся во весь голос, держась за живот. Но вот щит, сволочь такая, не снимал. — П-ха! Ха-ха! Я и забыл об этом! И из-за такой мелочи ты напал на аристократический род? Ха-ха! Ты еще забыл про тот грузовик, который так «случайно» выехал на встречную полосу!
Что? Значит… Я стиснул зубы, стараясь не вскипеть. Если впаду в ярость — проиграю.
— Что?.. Забыл?.. Или не знал? Или был только рад, ведь после этого ты, вместо того, чтобы сдохнуть там же, стал главой этого ублюдского рода! — выплюнул Стэмфорд с безумной улыбкой. — Но да ладно! Но даже если ты выйдешь отсюда живым, то Палата Лордов отберет у тебя все титулы казнит прямо там же! — граф стал медленно обходить меня, надсмехаясь. — Хотя, ты отсюда точно не выйдешь! А Госпоже скажу, что тебя случайно убили при нападении.
— Госпоже? — переспросил я, заинтересовавшись, и так же стал кружить, не отрывая взгляда от Стэмфорда. — Вы любитель женской доминации?
— Ха, Ваше высочество, неплохая шутка для покойника! — снова огненный росчерк неожиданно появившегося хлыста, который ударившись по маленькому щиту, опутывает его и мою кисть. Боль от ожога заставляет развеять левый щит, правым же бью по хлысту, от чего тот неожиданно лопается, испустив кучи брызг, как бенгальский огонь. Неожиданно яркий свет ослепляет и меня и графа, но я успеваю им воспользоваться и ныряю под ноги графа. Барьер Стэмфорда свободно пропускает меня, и я резко пускаю весь накопившийся Эфир на щит, заставляя его расшириться. 
От толчка снизу враг отлетает назад и падает на бетонный пол. Его защита тухнет, и подвал, который, как оказалось, освещался почти только светом этого щита, погружается во тьму. Граф судорожно порывается встать, но я, ориентируясь только на звук, выстреливаю несколько раз из Дзандзары, которую достал из нагрудной кобуры. И только после этого включаю фонарь на шлеме. 
Попал! Граф стонет на полу, схватившись за бедро, но после включения света выставляет кровавую руку на меня и один за другим отправляет на меня огненные лезвия. Такие же, какими пользовался Оливер на нашей дуэли, но ярче и чуть шире.
Мой щит, снова выставленный во весь рост, спокойно принимает атаки, так что я устало подхожу на расстояние плевка к испуганному мужчине и стреляю по кисти, которой он от страха прикрывался от пистолета.
Граф высоко взвыл, прижав дырявую кисть к руке, и почти бессознательно, с расширенными от боли и страха глазами, смотрел на меня, похоже, даже не обратив внимание на то, что я целился по перстню с адуляром на его среднем пальце.
Я уселся на корточки и упёр дуло пистолета ему в подбородок.
— Вот теперь мы с тобой, граф, поговорим. Задумаешь что-нибудь, как Честер, то я убью всю твою семью, понял? — конечно же, никого я убивать не собирался, но графу этого знать не обязательно.
— Д… Д-да… — простонал он, тихо подвывая от боли. 
Вот неожиданно. Не думал, что такой человек, как граф, тем более член Ордена Тринадцати, будет таким восприимчивым к боли. Томас Честер, когда понял, что проиграл, вёл себя намного мужественнее. И ушёл, кстати, как боец. Проиграл, но не сдался. А этот?..
— Итак, граф. У меня всего несколько вопросов, от которых будет зависеть жизнь твоих близких. Знаешь, как говорится, око за око. Мне всего лишь нужно знать, что из себя представляет ваш орден, и кто такая «госпожа»? И главное, в какой норе она прячется?