Ворожея из Загорья (СИ)
— Мир твоему схрону, ворожея, — перед ней стояла Лёгкая Смерть, раскуривая трубку одной рукой, другой, она уже зацепила пирожок. — Ну что, хреново тебе? Как в Арагоре мор начался, так ты все запасы мухоморовки уничтожать начала со своим мелким прихвостнем и извращенцами.
— Здрава будь, Аглая, ты какого моха меня в этот сраный город отправила? — Любава приподнялась на локтях, даже не думая вставать с удобной кроватки. — Я как вернулась из путешествия по тёмному царству, где мне Гостомысла как муху пришлось ловить, так этот клятый мор и начался, Аглая, я что-то притащила с сбой? Если я всему причина, гори всё траханным огнём, попрощаюсь с родителями и попрошу тебя отрезать мне косу, тоже хочу Смертью стать, только какой у вас там порядок? Я хочу быть светлой смертью! И ещё надо будет Колючку и Шишка убедить служить моим любимым извращенцам. И ещё надо будет знак ворожеи оставить на видном месте, а то чего доброго вместе с ним хоронить будут, а с ним нельзя…
— Заткнись, девка! — рявкнула Смерть. — Заткнись и слушай. — Добавила Аглая уже миролюбиво.
— У тебя есть семь дней, ты сама пришла в темницу, очертила мечом круг и попала в свой любимый схрон не просто так, верно? Вспоминай, что тебе про Светлое Озеро силы рассказывали?
Любава, как заворожённая смотрела сквозь силуэт смерти и вспоминала…
***
"Будет у тебя случай, когда понадобится вся твоя силушка, сейчас то в тебе и четверти её нет, — добрые глаза Лукерьи смотрели сейчас особенно проникновенно, словно открывая великую тайну. — Да, Любушка, и четверти, а ты вон уже одной рученькой можешь деревья валить.
— Ты сама поймёшь, когда наступит это время, в схроне твоём, за шкурой, есть маленький лаз, мечом своим поддень дверцу и поднимайся вверх. Запомни! Там две лестницы, одна ведёт вверх, другая вниз, тебе — вверх! Перед тем как идти, полностью разоблачись, в печке за пирожками возьмёшь маленькую крынку, зачерпни из неё взвар натри им и лицо и тело…
— И волосы?
— Волосы не трожь! Распустишь косу, наденешь кокошник, что висит над печкой, да, да, да, тот самый, который я тебе не разрешала надевать на маковку твою мелкую. Просто так даже не примеряй его, сломаешь к лешему, а это твой родовой омулет.
— Бабуль, а нельзя было амулетик попроще сделать, браслетик там какой-нибудь, пряслень опять же…
— Цыц! Будешь мне тут безделушки от СветлойЛады выбирать, что дали, то и возьмёшь!
Любава на мгновение отвернувшись от бабушки, показала язык кокошнику, и скривила рожу.
— Тебе дадут оружие, уж не ведаю какое, им и будешь отбиваться от тёмных сил, что захотят твоего "золота" "
***
— Любава, ты вспомнила? — Лёгкая Смерть влупила ей пощёчину. — Очнись уже, времени мало, а тебе ещё к бою нужно подготовиться.
Любава резко подскочила с кровати и начала торопливо снимать с себя одежду, во все стороны полетели наручни, кольчуга, наножи, оружие всех видов, штаны, рубаха, исподнее. Торопливо сгрудив всё в скомканную кучу, ворожея спешно расплела косу, предварительно выплетая пряслень.
— Девка ты что творишь?! Голой собралась тёмных побеждать? — Аглая наблюдала за ворожеей, прибывая в шоке.
— Сама просила, вспомнить, подай-ка мне взвар из печи и давай думай, какое там оружие мне дать должна?
— Серп я тебе должна дать, что ещё Смерть дать может? Косу не могу, всё таки табельное оружие, а серп в лёгкую! Ты, кстати, не о чём не хочешь спросить?
— Хочу! Я туда приду, увижу тёмных, начну пускать их на крошево, доберусь до источника, мне его, что весь испить? И что дальше? Я стану, похожа на водяного, а как дальше то сражаться, если в брюхе будет сплошная водичка?
— Истеришь? Понимаю. Подойдёшь к Озеру и поймёшь, сколько тебе его надо, это твоё "золото", вот и распоряжайся! — Смерть чуть помолчала и выдала. — Любава! Ты будешь сражаться долго, по меркам светлого мира семь дней, я буду тебя ждать здесь, ты обязательно вернёшься! И ещё… Не ты виновна в этой хворобе! Это сестрица Тёмного, стосраная Мирра наделала. Ей нужна твоя душа, твоё "золото", вот думала через чувство вины к тебе подобраться.
Любава размазала последние капли взвара, тело наполнилось невиданной силой и лёгкостью. А когда она надела упомянутый кокошник и вовсе почувствовала невероятную мощь, будто руки налились энергией тысячи богатырей.
— Давай оружие, очень хочу в бой — звонким голосом потребовала Любава
— Запомни, пока ещё в памяти, со своей энергией, как выберешься из схрона, потребуй господаря отвезти на центральную площадь там и очистишь Арагор.
— Глупый вопрос, но всё же: царица твоя Морана, вернёт жизнь умершим? Не убедила ты меня, что моей вины в том нет.
— Не думаю, — Лёгкая Смерть слегка потеряла невозмутимость. — Ей то, что? Закон есть закон, всё что погибло или умерло, принадлежит только ей.
Ворожея молча кивнула, взяла серп, и свой любимый меч. Подойдя к пологу из шкуры, резко дёрнула его, и легко поддела мечом утлую дверцу. В схрон ворожеи хлынули потоки света и тот час же появилось две лесенки, одна вела вниз, другая вверх.
— Ну бывай, Аглая моя, хорошая ты, до сих пор не понимаю, что заставило тебя стать Смертью. Ежли вернусь, научишь меня курить свою трубку и расскажешь про свой неведомый выбор, — ворожея в последний раз обернулась к своей необычной подруге, крепче сжала меч в левой руке, серп в правой и шагнула вверх.
***
Хорошо под чёрным пологом, хоть не вылезай из-под него никогда, да только лютый холод надоедает, вспоминаются и запахи лесные и свет солнышка и поля бескрайние. Беспечные Светлые боги то здесь, то там, оставляют свои источники, порой забывая про них, а что им сделается? Всё одно ни одной капли светлой энергии тёмному не выпить, такой закон установил Сварг после заточения Тёмнобога в глубоком озере Бездна, он знал, что Чёрнобог, пытается вернуться. По-разному называли его создания, но Сварг помнил его забытое имя — Смаргл, нареченный Мораны. Создатель всех тёмных, вещавший о нужном равновесии, говоривший, что без тёмных, создания не смогут понять прекрасного в светлых. Смаргл тыкал в Сварга палицей и орал, что создания уже рождаются не абсолютно светлыми, что всегда найдутся и полностью тёмные, и они тоже нужны мирозданию в обмен на равновесие…
Любава аккуратно ступала по скошенной траве, прислушиваясь к малейшим звукам
— Сссссветлаааая, пришшшла к сссвоему оззззерцу? — раздалось шипение под ногами. Тут же, не разбираясь кто это, Любава резанула серпом мелькнувшую чёрную субстанцию.
— Сссука! — заверещало существо. — Сссссюдаааа, "золото" пришло!!!!
И началось светопреставление. Чистый горизонт почернел от надвигающегося тёмного племени.
Первыми прибыли летающие упыри, закружили, заугугукали и кинулись вниз, пить "золото". Любава одним взмахом своего меча приложила семерых летучих: кому крыло резанула, а особо жадным по горлу прошлась. Внизу зашуршали змеи-кровохлёбки, в щедром поклоне ворожея познакомила гадов с обоюдоострым серпом Смерти, полегло разом с десяток ползущих. Приближались гиганты тёмного мира Толы, высокие твари с членистоногими лапами, кровь которых уже сама по себе была ядом для любого, кто просто осмелится их поранить. В высоком прыжке отчаянная воительница разрубила первого Тола, спускаясь на своём мече вниз по туше. Как по маслу вошёл меч в тушу монстра, чёрный яд крови залил всю Любаву, только ей ничего не сделалось, словно живая, кровь Тола сбежала с тела ворожеи. Отвратительный рык раздался в ушах девушки, второй Тол думал добраться до неё сзади и остался стоять на своих внутренностях, вторая часть туши с хлюпаньем облила часть тёмной орды да опала, подмяв под себя половину оставшихся кровохлёбок.
Вскочив на валяющуюся тушу Тола, Любава оскалилась, встречая бледныхмавок Какие-никакие, а всё таки особы женского полу "тёмного мира", они окружили её безумным хороводом, запели свои страшные песни, от которых мозги текли в обычной-то жизни, а уж в ментальном мире, подавно.