Ворожея из Загорья (СИ)
— Почему Шишок? — грустно заинтересовался малыш.
— Похож больно на шиш, что другим кажут. Ты уж не серчай.
Лешачок кивнул, шмыгнул носом и вдруг разревелся. Подошедшая Колючка с интересом рассматривала всхлипывающего бедолагу. Любава вздохнула, вскочила в седло, свесилась и ухватила Шишка за пояс. Он взмыл в воздух и приземлился на вороной круп.
— Держись за пояс, домой отвезу.
— Нет у меня дома, мать с отцом умерли давно. У добрых людей жил, да им самим тяжко, без меня, — отозвался лешачок. — В лес вези, авось не пропаду.
Девушка тронула Колючку коленями, и та потрусила вперёд. Шишок прижался доверчиво, сопел в спину, подпрыгивая. Так и въехали во двор терема. Шедшая навстречу Добронега всплеснула руками и покачала головой.
— Где это ты, доченька, такого заморённого нашла? Да тише ты, он спит вон. Смешной какой, будто шиш!
— Не гневайся, матушка, это теперь мой дружок. Будет помогать, как ворожеей стану. Положен помощник, помнишь ли?
— Хорош помощник! Самому нос утирать нужно! Вечно ты придумаешь…
Шишок остался, прижился и втянулся. Прижился в уютной пещере Лукерьи. Постепенно ведунья обучала его нехитрым полезным заговорам да травоварению.
— А это что за гриб? Ты в прошлый раз говорила, да я запамятовал.
— Подзатыльник поможет запомнить? Это запри-гриб. Если животом маешься, сорви и ешь.
— А, он запор вызывает?
— Правильно понял. Сначала вычистит тебя досуха, а потом неделю сходить не сможешь.
— А это что за травка? Пахнет, будто анчутка в лапоть наложил, а ты не заметил и месяц носил, не снимая.
— Это очень опасная вещь, особливо для мужчин. Поднесёт какая молодуха отвара с твердоцветом, так добрый молодец до утра от неё не уйдёт, огуливая.
— Как же такое, извиняюсь, благоухание не заметить?
— А вот поднесут тебе, тогда поймёшь. Только сам не пробуй, не то всю ночь глаз не сомкнёшь, трудясь не покладая рук.
— А вот в горшочке у тебя что? Пахнет будто знакомо.
— А горшочек поставь и не трогай! Рано тебе мухоморовку пробовать!
Любавка с Колючкой были частыми гостями у Лукерьи с Шишком, тут тебе и пирожки, и вкусное варенье, и яблочки и рассказы про старинных героев, а зимой — тёплая печка!
Так и стали неразлучниками эти трое, а старая ведунья провидица — только помогала укрепить троицу своими советами и обучением.
Глава 8
Он вернулся в свой мир, в свою стихию. Но обычно молчаливый сгусток энергии на месте, где у смертных было сердце, в этот раз полыхал и разрывался. Какая мощь, сила, красота, какая она — прекрасная! Этот изумрудный взгляд, источавший лютое бешенство, это рыжее пламя волос! Как, стихия побери, она смогла включить режим Берсерка?! Как смогла победить его пусть и не совершенное, но очень сильное творение? И главный вопрос: когда он сможет увидеть её снова?
Чёрный Хозяин раздвигал сгустки пространства, пытаясь унять несвойственное для него волнение. Веками он проникал в соседние Светлые Миры и никогда не мог долго в них оставаться: желалось темноты. Хозяин заключал нехитрые сделки с мирянами, забирая затем продавшихся в свои чертоги и питая ими магму своего мира. А желающих было полным полно, кто славы пожелает, кто вечной молодости, кто богатств несметных. Магма переполнялась, пришлось даже ритуал вызова немного усложнить.
За многовековое существование ему встречались боевые ворожеи, кого-то он забрал себе, кто то выдерживал его колдовство, и Хозяин вынужден был отступить. Но эта девушка! Великое Мироздание, ему нужно было выплеснуть воспоминания о ней. Чёрные, горящие глаза скользили по любимым наложницам, возлежащим на тёмных шелках. Вот Агния, тонкая блондинка с ясными голубыми глазами и точёными бёдрами, а там Джина, сочная брюнетка с янтарными очами уже ощупывает свои груди, понимая желания Хозяина. Он провел ладонью по волосам Агнии, и вот она уже рыжая. Припал к желанным губам и тут же отбросил наложницу, как ненужную вещь. Не она! Не её энергия, не её сила и запах, не её тело…
Как послушные котята девушки начали любимую игру хозяина, лаская друг друга.
— Прекратите! Спать обеим, на глаза мне не попадаться! Василиса! Ты мне нужна, — он что то бросил в чашу с еле горящими углями, и в дверях тут же появилась статная богатырша.
— Расскажи мне Василиса, как можно получить не только преданность, но и любовь боевой ворожеи?
Ничего не выражающее лицо девушки тронула кривая улыбка
— Да ты пропал, Хозяин, любовь ворожеи не сможет заполучить никто! Только суженый, определённый Сваргом, будет с ней. Ворожею можно сбить с пути, можно подчинить, как ты это провернул со мной, но её любовь ты не получишь никогда.
— А если я хочу попробовать, без колдовства, без договора, неужели у меня нет шанса?
— Не знаю, Хозяин, я уже давно не была в миру, может быть, что то новое появилось. А может, как было, так и осталось
— Василиса, я отправлю тебя в мир, более того, я освобожу тебя от договора! У тебя одна задача: добудь мне секрет любви этой ворожеи! — Тёмный Хозяин бережно вытащил из груди руну Любавы. — Будь ей верным другом, будь ей защитницей, соратником. Дай мне хоть одну подсказку и будешь свободна!
Глава 9
— На что ты готова ради своего ребёнка?
Будто ожившая тьма стояла перед молодой женщиной. Плащ струился, мерцал отблесками чистого мрака, тёк по длинным полам вверх, к капюшону, наполовину скрывавшему лицо пришелицы. Сложенные на животе руки с длинными пальцами, покрытые морщинами, казались костяшками скелета. На указательных пальцах сияли фиолетовым блеском два перстня с замысловатыми рунами, обрамляющими крупные камни.
— Я готова на всё! — преодолевая страх, отозвалась женщина и с трудом устояла на месте, увидев, как под капюшоном тонкие губы растянулись в хищной усмешке.
Страшная фигура кивнула, повернулась и вошла в комнату, где лежала заболевшая дочка. Услышав детский крик, полный страдания, молодая женщина упала на колени и заплакала.
***
Хруст яблока разносился по лесу сочным эхом. Колючка раскусывала сладкий плод крепкими зубами, перемалывая мякоть с семечками. Любава на ходу кормила любимицу, покачиваясь в седле и вполглаза обозревая окрестности. Рядом на своей мохноногой кобылке семенил Шишок, старательно обгрызая мелкими зубками выпрошенное яблочко. Он мусолил крупный жёлтый бочок уже довольно долго, старательно объедая сочную плоть вокруг огрызка. Колючка и Любава насмешливо косились на помощника ворожеи, но тот делал вид, что ничего не замечает.
— Что-то к нам Невезуха привязалась, — лениво проговорила девушка. — Работы нет, интереса тоже скоро не будет.
— А что ты хотела, госпожа? Лето кругом, неохота лютовать. Лежит себе, бока греет на солнце, лелеет планы свои чёрные. Только мы с тобой ездим из города в город как упорные труженики!
— Ты прав на этот редкий раз, надо бы и нам где полежать и полелеять. Первый же город содрогнётся от дикого загула ворожеи Любавы!
Шишок не успел обидеться на ехидный укол и обрадоваться перспективе незапланированного возлияния, как на дорогу перед ними выкатилось что-то крупное, шлёпнулось в пыль и заголосило:
— Ой, не оставь, матушка! Не брось в беде чёрной! Спаси нас от напасти, от поветрия морового!
— Опять поветрие, — сморщился ещё больше, чем обычно, Шишок. — Ну почему не упырь, не оборотень какой, не летучий шнырь, наконец! Снова вонь, струпья и невозможность помыться!
— Сирые мы бедолаги! Горемычные, обиженные да обездоленные!
Любава запустила яблоком, прерывая поток жалоб. Существо поднялось, вытирая текущую со лба мякоть и судорожно всхлипывая. Перед путниками стояла дородная баба, облачённая в мешковатую кофту и цветастую юбку. Круглое лицо с бегающими зенками заставило Шишка закатить глаза.
— Так, уважаемая, по порядку рассказываем, что случилось. Без сирых и убогих! — сурово высказалась ворожея.
— Как же, матушка! Мы люди простые, красиво баять не обучены! — баба увидела новое яблоко и собралась с мыслями. — Смерть пришла в деревеньку нашу! Ходит по домам да детей забирает! Повсюду плач и крики, аж сердечко разрывается!