Любовь — это не иллюзия

— Да, действительно…
Грэй лениво, медленно, оценивающе оглядел ее с головы до ног.
— Ты зайдешь в джакузи или будешь стоять так всю ночь? — В его голосе звучали веселые нотки, но глаза горели лихорадочным огнем.
У Мэрайи засосало под ложечкой.
— Я… хм, не одета.
Поднявшись, Грэй поставил стаканы с вином на край ванны, затем быстро снял рубашку и бросил ее на стул.
— Через секунду и я буду не одет. — Расстегнув кожаный ремень и брюки, он выжидающе уставился на Мэрайю.
Мэрайа резко втянула воздух, хотя ей не стоило удивляться его наглости. У этого человека скромности не было ни на грош.
— Грэй!
— Что? — Он в упор смотрел на нее взглядом, в котором восхитительно сочетались грех и невинность. — Ты же не раз видела меня обнаженным. — Брюки и плавки скользнули вниз, и Мэрайе пришлось отвернуться, но, когда он заходил в ванну, краем глаза она заметила гладкое мускулистое тело и изгиб его тугих ягодиц.
— Ух! — Грэй с наслаждением вытянул руки по краям ванны. — Отлично. Твоя очередь.
Но Мэрайа не испытывала острого желания устраивать для него шоу.
— Закрой глаза.
Негодяй только рассмеялся низким горловым хохотом.
— А я думал, что давным-давно избавил тебя от смущения.
Так оно и было. Поначалу ее коробило то, что он делал с ней. Но со временем она обрела достаточно уверенности, чтобы полностью использовать свою чувственность и желания. Но это было раньше, когда она считала, что у них впереди будущее…
— Закрой глаза, Николс.
Он заворчал, но подчинился.
— Ты обещал не смотреть!
Грэй провел мокрой рукой по подбородку.
— Ну и дурак я был, что пообещал тебе это! — воскликнул он, когда Мэрайа быстро села напротив него, скрыв тело под горячей водой. — Ты хоть понимаешь, как давно я не видел тебя обнаженной? С тех пор, как мы занимались любовью? Действительно занимались любовью? — Его голос звучал глухо.
В объятиях ласковой воды Мэрайа почувствовала, как ее соски затвердели и начали побаливать. Она могла назвать ему точные даты, часы и минуты, когда они занимались любовью.
— Понятия не имею.
— Слишком много времени прошло, не думаешь?
Она пожала одним плечом.
— Я совсем не думала об этом, — слукавила она.
Он сделал глоток вина.
— Ричард будет спрашивать, где ты проводишь эти выходные? — мрачно спросил он.
Ей стало жаль Грэя.
— Мы с Ричардом больше не встречаемся.
Она услышала вздох облегчения, хотя лицо Грэя оставалось мрачным.
— Почему же?
Мэрайа вытянула ноги и коснулась его ступни. Потому что он не ты. Потому что ты удерживаешь душу и сердце. Потому что я не могу забыть тебя, даже когда очень стараюсь.
— Тебя это не касается.
Грэй поймал ее ногу и поставил ее ступню на свое напрягшееся бедро. Мэрайа вздрогнула.
— Расслабься, дорогая. Я хочу только помассировать твою ступню.
Было слишком приятно, чтобы противостоять массажу. Она слегка расслабилась, пытаясь не думать о близости ее ступни от его…
— Ричард был не очень хорош в постели, да? — резко спросил Грэй.
Она чуть не подавилась смехом.
— Мы не зашли так далеко!
— Отлично. — Его большой палец нажал на впадинку под коленом. Блеск удовлетворения в его глазах начал гаснуть. — Кто следующий в списке подходящих холостяков?
— Никто.
— А в списке твоего отца?
Мэрайа улыбнулась и, глубже опустившись в воду, положила голову на край ванны. Напряжение постепенно отпускало ее.
— Ты думаешь, что я не могу сама найти себе кого надо?
— Уж ты-то можешь. Просто я знаю твоего отца, когда дело доходит до его незамужних дочерей.
Чтобы он помассировал и вторую ступню, Мэрайа храбро поставила ее на другое его колено, пошевеливая пальцами.
— Знаешь таким, какой он есть сейчас?
— Ага. — Под бурлящей водой его палец медленно скользнул между пальцев ее ног, лаская нежную кожу. — Помнишь, как мы познакомились?
Как могла она забыть тот памятный день, когда она заглянула в его золотисто-карие глаза и сразу же стала горячей последовательницей теории любви с первого взгляда.
 
— Да, помню. Мы познакомились на деловой встрече.
— Твой отец свел нас. Как только я упомянул, что строю дом, он объявил, что его дочь самый лучший дизайнер по интерьеру в южной Калифорнии. Поэтому я согласился встретиться с тобой.
Мэрайа любила и обожала отца и не стала обвинять его в маленьком сватовстве.
Он провел рукой по ее лодыжке, сжал икру, затем начал разминать ее.
Мэрайа вспомнила, как в первый вечер он преднамеренно уводил разговор от дела к более личной теме, например, встречается ли она с кем-нибудь.
В Грэе никогда ничего не было целомудренного. Ни в том, как он настойчиво начал преследовать ее, ни в том, как он первый раз занимался с ней любовью.
Этот мужчина был мастером соблазна. Он уничтожал ее сопротивление с помощью поцелуев и интимных ласк, пока она не сдавалась — сердцем, телом и душой.
— Грэй, ты нечестно играл.
— Я с ума сходил по тебе, — мягко, но внушительно произнес он. — И все еще схожу.
У нее перехватило дыхание, и она посмотрела в сторону, в глубину темного леса вокруг домика Марка. Мэрайа верила Грэю. Их разрыв нельзя было считать окончательным. Да, он сходил с ума, но любил ли он ее?
Устав от попыток понять свои чувства к Грэю, она попыталась было встать, но тут же села назад и попросила его подать полотенце.
Грэй кивнул, зная, что они уже близки к тому, чтобы изменить свои существующие отношения. И он не хотел заканчивать такой вечер спором. И Мэрайа, очевидно, не хотела этого.
Пока она смотрела в сторону, он вышел из ванны и быстро вытерся полотенцем. Одевшись, он вручил полотенце ей.
— Думаю, тебе не нужна помощь, сама вытрешься?
Взяв полотенце, она коснулась его руки, и в глазах ее вспыхнуло желание.
— Да, думаю, я справлюсь сама, спасибо.
Грэй усмехнулся и отвернулся.
Образ ее тела, поблескивающего капельками воды в лунном свете, дразнил его, и ему пришлось приложить немало усилий, чтобы устоять на месте.
— У тебя есть рубашка, в которой я могла бы спать?
Грэй решил, что можно повернуться. При взгляде на нее он замер. Она была как ночная нимфа… видение чистоты и невинности, которое пленило его. Влажные распустившиеся волосы вокруг ее лица, пылающая кожа покрытая капельками воды, струйкой стекавшей с ее шеи в ложбинку между грудями. Он жаждал провести языком по этой водяной дорожке, ощутить вкус ее кожи, грудей, живота…
— Грэй?
— Ах, да, в чем спать тебе, — как во сне, произнес он. — Я купил тебе ночную рубашку в том бутике, около которого остановился. — Он выключил джакузи.
— Ты купил ее ради моего удобства или своего удовольствия?
Грэй рассмеялся.
— Иди и посмотри сама. Я вел себя лучше некуда.
Она последовала за ним в дом. Он нашел в сумке то, что искал, и протянул ей простую ночную сорочку.
— Ни кусочка шелка или кружева, а край даже ниже колена. Одобряешь?
Она осталась довольна.
— Иногда ты удивляешь меня, Грэй. Она великолепна. — Взяв рубашку, Мэрайа пошла в ванную.
Грэй наблюдал за колыханием ее бедер, думая о том, что бы она сказала, если бы узнала, что он также купил ей красную шелковую кружевную рубашку, о предназначении которой гадать не приходилось. Улыбка тронула его губы. Он приберег ее на то время, когда она, наконец, придет в себя и поймет, что они принадлежат друг другу.
Мэрайа вышла из ванной.
— Где я сплю?
— Ты прекрасно знаешь то место, где я хотел бы, чтобы ты спала.
В его объятиях, свернувшись, словно теплый довольный котенок. Дыхание ее щекочет его грудь, благоухание, смешанное с чисто женским запахом, окружает ее. А среди ночи руки ее начинают исследовать его тело, ласкать его живот, вниз по бедрам, пока не коснутся его набухшей плоти…
— Мы не заснем, — проговорила Мэрайа хрипло, прочитав его мысли.