Любовь — это не иллюзия

Мэрайе пришлось обдумать ответ, потому что она не собиралась лгать или зря обнадеживать его.
— Честно, я не знаю, изменит ли это что-нибудь сейчас, но, возможно, я бы поняла, почему ты не веришь в любовь и бледнеешь при слове «брак».
Он не отвечал, только смотрел на нее. В нем происходила внутренняя борьба. Он не хотел выставлять на свет всю мерзость, связанную с его воспоминаниями. Мэрайа не могла заставить его заговорить, как и не могла продолжать односторонних отношений.
На этот раз, когда она уходила, он не остановил ее.
— Ты скоро закончишь, Джон? — Мэрайа стояла в арке прохода, ведущего в столовую Грэя. Она наблюдала, как фотограф делает снимки комнат, богато обставленных мебелью красного дерева.
— Через полчаса. — Джон зарядил свежую пленку.
Остановившись в мраморном фойе, Мэрайа посмотрела на золотые часы. Она хотела выбраться из дома Грэя к пяти и избежать встречи с ним. Уже половина четвертого, а Джон, скорее всего, закончит снимать и уложит аппаратуру к половине пятого. Грэй обычно не уходил с работы раньше шести. Когда Мэрайа в это утро взяла ключи у Джини, секретарша сказала, что шеф будет на заседании большую часть дня.
Мэрайа не видела Грэя больше недели с того дня, когда они вместе «бегали трусцой». Она разговаривала с ним по телефону, чтобы договориться о времени посещения дома. Ей удалось поговорить с ним быстро и сдержанно, несмотря на его попытки завести беседу в более интимные сферы.
Мэрайа прошла через несколько разрывов с мужчинами, но она никогда раньше не испытывала такой боли и чувства потери. Интересно, пройдет ли когда-нибудь эта боль.
Мэрайа поднялась по винтовой лестнице на второй этаж. Она помнила размер, форму и дизайн каждой комнаты, поскольку была там раньше много раз, когда строился дом, когда завершалась внутренняя отделка и ввозили мебель. Она вложила в этот дом столько сердца и души, потому что к этому побуждал ее Грэй, и она глупо верила, что когда-нибудь он будет их общим домом.
На втором этаже было только три комнаты: спальня хозяев, спальня для гостей и небольшой тренажерный зал. Пройдя мимо спальни Грэя, она зашла во вторую комнату и мгновенно представила себе совсем не то, что в настоящий момент находилось в комнате. Вместо королевских размеров кровати под балдахином она в своем воображении видела белую детскую кроватку.
Поток чувств захватил ее. Они с Грэем никогда не создадут семью, у них никогда не будет детей, она больше не будет лежать в его объятиях. Эта мечта неосуществима, но Мэрайа никак не могла отказаться от нее.
Ей так хотелось поверить, что Грэй сумеет полюбить ее. Что он полюбит также и их будущих детей. Но Мэрайа чувствовала, что его мучают какие-то воспоминания и тайны, которыми он отказался делиться, которые являются препятствием для их совместной жизни.
— В чем дело? Комната не нравится?
Мэрайа вздрогнула. Резко обернувшись, она столкнулась лицом к лицу с Грэем.
— Я стоял здесь около трех минут, наблюдая за тобой и ожидая, когда ты обратишь на меня внимание.
— Я просто глубоко задумалась.
— Ну и над чем ты так задумалась?
Она не могла сказать ему правду.
— Дом выглядит просто великолепно.
— Благодаря твоему таланту. — Он оглядел комнату, словно видел ее в первый раз. — Дом весь наполнен тобой. Куда бы я ни посмотрел, везде вижу тебя. — Его напряженный взгляд притягивал ее, словно магнит. — Обои, кушетки, кровать… Мы все искали вместе.
— Окончательное решение принимал ты сам, Грэй.
— Не во всем, — мягко произнес он, словно поглаживая ее своим голосом. — Только в отношении кабинета. В отношении других комнат я соглашался с твоими предложениями.
— Ты сожалеешь об этом?
Он улыбнулся немного грустной улыбкой. Протянув руку, он нежно провел ладонью по ее шелковистой щеке.
— Я сожалею только о том, что тебя нет рядом.
Мэрайа сделала шаг назад, избавляясь от его прикосновения.
— Грэй…
— Никогда не чувствовал себя таким одиноким, — продолжал он, признаваясь в большем, чем она от него ожидала. — Я приезжаю домой с работы, ожидая, что ты встретишь меня чудесной улыбкой, но этого не происходит. Я могу поклясться, что слышу твой голос, твой смех. Я хочу, чтобы ты была здесь. Последние месяцы, когда строился дом, я только об этом и думал.
 
Грэй не был способен на цветистые речи, его признание глубоко тронуло ее. И сразу же за этим нахлынул гнев, она устала от слез и боли!
— А знаешь ли ты, о чем я думала, когда строился дом? Я представляла, что эта комната будет детской.
Грэй нахмурился, лицо его побледнело.
— Да, Грэй, — нервно продолжала она, хотя ее сердце сжалось при виде его лица. — Я представляла детей, бегающих по дому и играющих. Детей с твоими темными волосами и моими голубыми глазами. Представляла, как мы все вместе сидим за обеденным столом.
Он уставился на нее, рот его был плотно сжат.
Нет, он явно не хотел слушать о ее мечтах, а она не могла обойтись без них.
— Я думаю, у нас разное восприятие будущего, — прошептала она. Ярость ее вся ушла.
Он издал низкий хриплый вздох.
— Думаю, ты права.
— Мэрайа, я собрал оборудование, — послышался голос Джона снизу. — Пошли.
Она сделала шаг, пытаясь обойти Грэя. Когда ее юбка коснулась его ноги, он схватил тонкий материал и, потянув, остановил ее. Взгляд его метал молнии, и она в который раз прокляла свое тело за то, как мгновенно оно реагировало.
— Мэрайа…
— Мне надо идти, — быстро проговорила она. Он нехотя разжал пальцы и напряженно смотрел на ее удалявшуюся фигуру.
Его грубые ругательства жгли ее уши все время, пока она спускалась по винтовой лестнице.
— Ты потерял контроль, Николс, — пробормотал он про себя.
* * *
Усевшись поглубже в кожаное кресло джипа, Грэй ожидал, когда появится Мэрайа и он сможет осуществить свой отчаянный план. Был вечер пятницы, он припарковался рядом с машиной Мэрайи; стоянка была пуста.
Он не разговаривал с ней целую неделю с того дня, когда она ушла из его дома с фотографом. И каждую ночь с тех пор он заново проигрывал в голове беседу, жалея, что не может предложить того, о чем она так мечтает и чего заслуживает. Брак и дети.
Еще десять томительных минут, и, наконец, Мэрайа появилась на ступеньках.
Теперь или никогда. Грэй выскользнул из машины и заспешил ей навстречу.
— Грэй? — Она замедлила шаг, и взгляд ее стал усталым. — Все в порядке?
Нашла, о чем спросить!
— Ты поедешь со мной. — Взяв Мэрайю за локоть, Грэй подвел ее к джипу. — Забирайся внутрь.
Менее чем через минуту они были уже на шоссе. Они направлялись на север.
— Грэй, ты скажешь мне, что происходит?
Бросив взгляд на Мэрайю, он вдруг начал улыбаться все шире и шире.
— Я похищаю тебя на выходные дни.
  
Глава пятая
 
— Ты, наверно, шутишь.
— Я вполне серьезен, — произнес он. — Разве я лгал тебе хоть когда-нибудь?
— Но зачем похищать меня?
— Чтобы мы были одни, — объявил он.
Ну и логика! Мэрайа нахмурилась.
— Мы и сейчас одни.
Грэй увеличил скорость.
— Мне нужно побыть с тобой наедине несколько дней.
Два с половиной дня и две ночи в компании Грэя!
— Это безумие, Грэй. — От его дурацкого сумасбродства ее охватили одновременно гнев и усталость. — Ты не можешь похитить меня с улицы и увезти, никому не сказав, где я. Отвези меня назад на стоянку.
— Отвезу, — пообещал он. — В воскресенье вечером.
Мэрайа попыталась подойти к этому более рационально.
— Грэй, даже если бы я хотела… — а она этого не хотела, пыталась она доказать себе, — я не могу никуда поехать с тобой на выходные. У меня нет необходимых вещей.
— Я куплю тебе все, что надо.
Мэрайа покачала головой.
— Джейд будет беспокоиться и злиться, если я не приду сегодня вечером домой. Мы собирались пойти с ней вечером развлечься.