Разочарованные (СИ)

– А показывать эти… проклятия, – Поттер сделал акцент на последнем слове, – будете Вы?
– Очевидно, – усмехнулся Снегг. Гарри громко расхохотался.
– Подумать только, – Гарри отбросил перо, которое все это время нервно теребил в руках, – года два назад с точно такой же речью перед нами выступал другой профессор по защите от Темных искусств. Он показывал нам Непростительные, да и вся учебная программа была… своеобразной, – парень перевел дыхание. – А сейчас нам снова меняют школьную программу, и это, конечно, не Непростительные, но я полагаю, тоже одни из запрещенных или не рекомендованных, – Гермиона ахнула и закрыла уши руками, понимая, к чему клонит Гарри. – В прошлый раз это был Пожиратель Барти-Крауч-младший, сейчас вы, профессор, и я считаю, что Дамблдор допустил ошибку, потому что не бывает бывших Пожир…
– Замолчите, мистер Поттер! Немедленно!
– Но разве я вру? – Гарри поднял на профессора свои зеленые глаза. Снегг словил несколько воспоминаний из прошлого, но даже не моргнул под пристальным вниманием учеников.
– Ничего нового, мистер Поттер, вы нам не смогли рассказать, а только показали свою глупость и невоспитанность, – поджал профессор губы. – Если вы чем-то недовольны, думаю, Альбус Дамблдор всегда найдет время для своих любимчиков.
– Конечно, – согласился Гарри, впиваясь в лицо бывшего зельевара.
– Но я вынужден вас оштрафовать на двадцать очков, мистер Поттер.
– Вынуждены? – улыбнулся Гарри. – Мне кажется, вы и дня не проживете без этого.
– Минус еще десять!
– Не удивлен, – прокричал Гарри.
– А еще каждую среду вы будете помогать мне проверять конспекты и самостоятельные работы. Также мне нужно навести порядок в двух кабинетах.
– Без проблем, – Гарри снова теребил в руках перо.
– Каждую среду до конца учебного года, – уточнил профессор.
– Год обещает быть интересным, профессор, – перо сломалось пополам. Снегг продолжал что-то говорить, но Золотое Трио его уже не слышало.
– Вот сукин сын, – шепотом возмутился Рон, а Гермиона даже не сделала ему замечание. – Он оставил у нас всего двадцать баллов, – с трепетом прошептал Уизли.
– Поверь, и это заберет, – нервно выдохнул Гарри.
– Гарри, – робко позвала Гермиона. – Каждую среду у тебя занятия с Дамблдором.
– Вот черт! – выругался Поттер. А потом почесав подбородок, выпалил: – Я думаю, он знает, поэтому и назначил по средам.
– Совпадение, Гарри, – попыталась успокоить друга Гермиона.
– Нет, это не совпадение. Профессор Дамблдор слишком сильно ему доверяет, – горько произнес Гарри. – И это доверие ему авадой в спину и вернется.
– Гарри! – всплеснула руками Гермиона.
– Вот увидишь, – Гарри облизнул губы. – Так и будет.
– Зато должность у Снегга проклятая! Это точно будет его последний год, – порадовался Уизли.
– Ох, если бы, – простонал Гарри.
– Тебе надо поговорить с Дамблдором, чтобы Снегг перенес наказание на другой день, – сказал Рон, блеснув своим интеллектом.
– Снегг в жизни не передвинет наказание, – пожал плечами Гарри. – Скорее всего наши занятия с директором будут по другим дням. – Чертовы Пожиратели! – в сердцах прошептал парень. – Их слишком много в нашей школе.
–Ты опять начинаешь! – шикнула на него Гермиона.
– Но ведь Снегг Пожиратель, мы же все это знаем, – пожал плечами Гарри.
– А если Гарри и тут прав, то и Малфой тоже, – подхватил мысль друга Рон.
– Это… Это… – Гермиона не могла подобрать слова. – Вы неисправимы, – девушка запустила руки в свою шевелюру в жесте отчаяния. – Я не могу с вами бороться.
– А ты не борись! – улыбнулся Гарри. – Просто прими это.
– Факты, Гарри, нам нужны факты.
– Факты потом будут, – заверил ее Избранный.
– Это уже будет не то. Мы будем факты подгонять под нашу теорию, а надо…
– Гермиона такая Гермиона, – улыбнулся Рон, и Гарри дал ему пять.
– А теперь вы разобьетесь на две шеренги, – донесся до ребят голос Снегга, – и попытаетесь применить заклинание контроля мыслей. Мне все равно, что это будет – замедлите ли вы их мыслительную деятельность или заставите кукарекать, я хочу увидеть результат. Гриффиндор направо, Слизерин встает налево.
 
Слизеринцы сразу построились, только гриффиндорцы оттягивали момент практического занятия, как могли. Даже Гарри с Роном встали и уныло спустились вниз. Только Гермиона осталась сидеть на своем месте, подобно статуе.
– Вам нужно особое приглашение, мисс Грейнджер? – ехидно поинтересовался Северус Снегг, выжидающе глядя на гриффиндорку.
– Простите, профессор, но чем это заклинание отличается от Империо?
– Неужели вы не знаете? – скривил губы в подобие улыбки Снегг.
– Я не понимаю, где проходит грань, – честно призналась девушка.
– Данное заклинания ограничено по времени, три-пять минут, – пояснил профессор, – оно не требует максимальной концентрации, потому вы не истощаетесь физически. Также под этим заклятием невозможно совершить убийство, – добавил Снегг. – Обычно его используют, чтобы внушить противнику идти другой дорогой или еще что-то, чтобы выиграть несколько минут или секунд для себя.
– А если человек окклюмент, это будет… совсем по-другому, да?
– Верно, мисс Грейнджер, а теперь встаньте в шеренгу, – и Гермиона приткнулась к кому-то, поспешно вскочив со своего места. – А теперь, мисс Грейнджер и мистер Малфой, покажите, как вы владеете своим разумом. Выйдите в круг, – велел Снегг. – Сначала вы, мисс Грейнджер, попробуете обезоружить Драко, предварительно законтролить его разум, а потом наоборот, все ясно? – Ребята кивнули.
– Мисс Грейнджер, – Снегг сделал приглашающий жест.
Гермиона и Драко стояли друг напротив друга, держа палочки в боевой готовности. Поскольку она должна была обезоружить слизеринца, Драко ухмыльнулся, опустив палочку. Она смотрела на парня и не понимала, как это – законтролить его разум? Чем? Наслать на него что-то страшное? Или что? Разочарованно выдохнув, Гермиона резко начертила нужную руну в воздухе, и взмахом палочки отправила заклинание в Малфоя. Но Драко даже не шелохнулся, тогда она повторила руну – безуспешно. Он был словно камень. Но с каждой ее отчаянной попыткой его улыбка становилась шире.
– Да как же так? – сквозь зубы прошептала девушка. Смирившись с тем, что у нее не получится, она просто взмахнула палочкой, надеясь, что Малфой ждет от нее контролирующее, а она кинула в него Экспеллиармус. Но он, даже не поднимая палочку, сделал вокруг себя щит, который отбросил Гермиону назад.
– Браво, мистер Малфой, – сухо сказал Снегг. – Пять баллов Слизерину. Мисс Грейнджер, вернитесь на место, сейчас ваша очередь обороняться.
Гермиона встала на место и высоко подняла голову, направляя кончик палочки слизеринцу в грудь. Она была готова ко всему. Она не позволит еще раз ее… сломать. Да еще и на виду у всех. Рука, направленная на него, начала дрожать, поэтому Гермиона вцепилась в древко двумя руками. Малфой ухмыльнулся. Как обычно. Она посмотрела ему прямо в глаза и пошатнулась. Мощной струей и яркими красками в мозгу заиграли воспоминания. Но это были не ее воспоминания!
Вот его прохладные руки уверенно ползут вверх по ее ногам.
Вот он говорит – “Трофей”.
Вот она смотрит на него затуманенными глазами и просит “Еще!”
Вот она сама встает на мысочки и тянется к нему, зарывшись в его шелковые волосы.
Вот он усадил ее на стол в библиотеке, и она недвусмысленно кладет руки на его выпирающие части тела.
Гермиона отчаянно трясет головой, пытаясь выкинуть эти картинки из своей головы, но ничего не получается.
– Уйди из моей головы, – кричит Гермиона, роняя палочку. И все тут же прекращается.
 
– Великолепно, Мистер Малфой! – Снегг удовлетворительно кивает. – Плюс десять очков за то, что заставили оппонента без магии выкинуть свою палочку. – Слизеринцы довольно захлопали, гриффиндорцы неверяще качали головой. Гермиона направилась к своим ребятам в шеренгу, но Снегг ее окликнул: