Разочарованные (СИ)

– Не хочу нагнетать обстановку, но нам жопа, – подытожил Гарри.
– И что ты предлагаешь?
– В жопу этот крестражем. Валим.
– Нет, нам надо… Черт, Гарри, вот же он!
– Да где?
– Прямо под лапой дракона!
– Черт! – повторил за девушкой друг. – Что же делать?
– Придерживаемся плана.
– Но у нас его нет!
– Гарри, это наш шанс! Пока Пожиратели после нашей вылазки охраняют Министерство Магии, мы должны…
– Да, но… я не знаю, как это сформулировать, – схватился Поттер за голову. – Слушай, а огонь дракона может уничтожить крестражи?
– Не знаю.
– Ты ведь говорила, что адский огонь…
– Но это дракон!
– Чем тебе не адская зверушка?
Они могли еще переговариваться и переговариваться, но возня по ту сторону привлекла их внимание.
– Что значит “ключ”? – вопил кто-то. – Это мое хранилище, пустите!
– Надо валить, – первым пришел в себя Гарри. – Того гоблина не хватит надолго. Уверен, она и без палочки его уговорит.
– Но тут чаша!
– И если ты не заметила, напоминаю, огромный огнедышащий дракон!
– Смотри, он весь в шрамах, – замечает Гермиона.
– Ой, ни горячо, ни холодно.
– Я думаю, его специально дрессировали и натаскивали.
– Именно, это машина для убийства. Надо уходить.
– Но за дверью настоящая Белла, – напоминает Гермиона.
– И?
– Думаю, мы украсим собой все газетные полосы, – хихикнула девушка. – Отойди! – она оттолкнула Гарри.
– Стой, – Гарри потянул ее назад, когда увидел, что та направляется к дракону.
– Я знаю, что делаю.
Гермиона вытащила из мантии волшебную палочку, и дракон недовольно зарычал.
– Они этим тебя пугали? – Гермиона указала глазами на древко. И дракон грустно на нее посмотрел, словно понимал. – Я не такая, смотри, – Гермиона сломала волшебную палочку через коленку и кинула половинки к своим ногам. – Можно, я тебе помогу? – девушка осторожно поднимает руки вверх.
Медленные шаги навстречу к монстру. Гермиона даже не дышит, настолько страшно. Но вот дыхание дракона опаляет ее лицо. Нервное сглатывание слюны. И вот она коснулась его морды ладонью.
– Я тебе помогу, – обещает девушка. – Доверься мне.
Быстрые пальцы гладят грубые чешуйки, замечая каждый шрам, каждый порез.
– Как они посмели это с тобой сделать? – шепчет гриффиндорка. – Ты же прекрасен. Такой мощный. Как сама природа, – восхищенно бормочет девушка. – Почему ты не улетел?
Дракон поднял лапу, и Гермиона только сейчас разглядела цепь.
– Живодеры!
Это было глупо, но она все равно подергала цепь в разные стороны, словно ее силы бы хватило.
– Гарри, дай палочку.
– Чтобы ты и ее сломала?
– Дай.
Возня за дверью становилась все громче и громче, а это значило, что время непросто поджимает, а его вообще нет. Но они успели. Секунда в секунду. Когда служащие банка и сама Лестрейндж ворвались внутрь, их в прямом смысле слова смыло золотой рекой. А сами Гарри и Гермиона сидели на широкой спине дракона, крепко держась за выпирающие чешуйки.
– Ты понимаешь, что мы это сделали? – кричит Гермиона, когда дракон сносит очередную стену на пути к свободе.
– Попали на обложку Пророка? – пытается Поттер перекричать шум.
– Нет, – смеется Грейнджер.
– Добыли чашу Пенелопы?
– Нет.
– Что тогда?
– Ограбили банк, – звонко смеется девушка.
– И украли дракона, – вторит ее смеху Гарри.
Было глупо и дальше лететь на драконе. Гарри, конечно, подшучивал над Гермионой, дескать, метла не ее уровень, за что получал толчок локтем в бок. Но это чувство легкой свободы и дикой эйфории закончилось, когда они, взявшись за руки, спрыгнули.
Конечно, Гарри, ведь у него была палочка, замедлил их падение. А практически у самой земли они использовали порт-ключи.
В следующее же мгновение они оказались на какой-то поляне.
– Ты это сделала, – Гарри восхищенно посмотрел на нее.
– Мы, – Гермиона поправила его, а затем убрала за ухо все еще черную прядку волос. Зелье должно было спасть с минуты на минуту.
Возможно, это уже такая традиция, отмечать страстным поцелуем мини победу, выплескивая адреналин. Но Гарри сам не понял, кто к кому потянулся первым. Оба признали тот факт, что сейчас они были практически одного роста.
 
– Не понял, – донесся до них голос, и они тут же отпрянули друг от друга, судорожно ища палочки.
– Рон? – удивленно спросил Гарри. – Что ты тут делаешь?
– Понимаю, что зря катил бочку на Гермиону. У тебя же… черт, это что, правда Беллатриса?
– Нет, Рон, это я, Гермиона.
Рон не сразу понял и не сразу поверил. И вообще не принял это. Даже когда Гермиона стала самой собой, он молчал минут пять.
– Ну вы и извращенцы, – только и смог сказать Рон.
Никто не задавал ему лишних вопросов, наподобие, как он их нашел и почему решил вернуться. Они просто были рады. Трио снова стало Трио, но уже не Золотым. Потускнели.
– Ну что, Рон, не хочешь уничтожить крестраж? – спросил Гарри.
– Нашли?
– Уже второй, – горделиво улыбнулся Поттер.
Чаша лежала на траве, беззащитная. И это пугало. Гермиона порылась в сумочке и достала меч, который протянула Уизли. Тот попытался его взять, но не смог. Буквально – не смог. Но Гарри и Гермиона подумали, что ему стыдно или неловко.
– Все в порядке, – подбодрил Поттер и похлопал друга по плечу.
– Вы заслуживаете больше, – Рональд сделал несколько шагов назад.
И Грейнджер с Поттером это сделали. Еще один крестраж был уничтожен под испуганные крики птиц.
– Осталось три, – шепотом говорит Гарри.
– Уже? – удивляется Рон.
– Ну, по большому счету осталось найти диадему. Но я тут не знаю, как быть, – грустно сказала Гермиона. – Может, стоит повторить путь Сами-Знаете-Кого?
– Это вызовет много подозрений у Волан-д…
– Стой! – кричит Рон. – Не называй по имени!
– Я давно его так зову, – возражает Гарри.
– Пожиратели сделали ловушку, – сказал Рон. – Только Орден называет его так. И теперь, если кто-то произносит его имя, тут же появляются Охотники.
– Охотники? Как Охотники за головами?
– Смейся сколько хочешь, но Макгонагалл сказала, что троих не досчитались на Гриммо.
– Ясно, – эхом откликнулся Поттер.
Рон вернулся, но ничего не встало на свои места. Они словно приглядывались друг к другу, словно ожидали подвоха.
Неделя. Семь дней и восемь ночей Рон был примерным. А на восьмой день, пока Гарри был на дежурстве, охраняя их очередной перевалочный пункт, Гермиона была разбужена Роном, который решил ей все высказать.
– Ты целовалась с Гарри!
– Рон, это не твое дело!
– Я думал, у нас отношения.
– Ты бросил нас!
– А ты сразу бросилась к нему.
– Тебя это не касается, – убийственно шепчет девушка. Почему ситуация кажется ей знакомой. Знакомой до боли.
– Что ты позволяла ему, что не позволяла мне?
– Отстань, – она скинула его руку и попыталась встать, чтобы сменить Гарри. Все равно сон был уже испорчен.
– Не так быстро, – остановил Рональд девушку. Его рука, ранее сжимающая плечо, стала спускаться ниже, пока не сжала полушарие груди.
– Не смей.
– А то что, Гарри снова мне нос сломает? – ухмыльнулся Рон.
– Я тоже могу за себя постоять, Рон.
– Правда? – он чуть сильнее сжал грудь. – Тебе нравится так или вот так? – он уже стал поглаживать сосок или то место, где он находился по мнению Рона.
– Мне нравится, когда это делаешь не ты, – резким взмахом руки она все же смогла убрать ладони рыжего.
– Ты спала с ним, верно? – Она лишь отвела взгляд. – Поверить не могу, пока я за тебя переживал, ты трахалась с моим другом.
– Это было всего один раз, – ощетинилась девушка.
– Как жаль, что я испортил вам второй.
 
– Зачем ты вернулся? – Гермиона уже давно терзалась этим вопросом.
Рон долго думал над ответом, но Гермиона его не торопила. Неужели сейчас она узнает правду? Любопытство. Оно ее и сгубило. Как и острый язык.