Женская магия или Вызов для попаданки (СИ)

… Собираясь к морю поздним утром (Лиза каждый день плавала по часу, стараясь привести тело в форму, к которой она привыкла), она услышала, как ее зовет Инара. Спустившись, Лиза с изумлением обнаружила в гостиной Беору, ту самую орчанку, владелицу медальона. Девушка стеснительно топталась у окна, прижимая к груди потертый ридикюль. 
— Вы?! — хором сказали Лиза и Беора. 
Беора тоже узнала мисти, проявившую к ней сочувствие в гостинице и, к радости Лизы, явно повеселела. 
Выяснилось, что девушка пришла по объявлению в газете. В гостиницу она так и не вернулась (помявшись, орчанка призналась, что пребывание там было слишком дорогим для нее удовольствием) и не узнала, что ее искали. 
Лиза немедленно отдала ей медальон. Выражение лица орчанки в тот миг, когда тяжелый кругляш лег ей на ладонь, доставило Елизавете огромную радость. В нем промелькнуло недоверчивое удивление, сменившееся облегчением и нескрываемым счастьем. 
А Лиза почувствовала, как много магии накопил артефакт – теплое, уютное, расслабляющее волшебство. 
— Это единственная вещь, которая досталась мне от мамы, — задыхаясь от эмоций, объяснила Беора, — и родовой талисман нашей семьи. 
На ее лицо вдруг набежала тень, но она тряхнула густыми волосами и с оптимизмом продолжила:
— Как только увидела ваше объявление, сразу поняла – мне сюда дорога. Я очень сильная и работать люблю. Готова выполнять все, что скажете. 
Лиза кивнула.
— С удовольствием возьму вас на испытательный срок, — улыбнулась она. — Надеюсь, вам у нас понравится. 
Но когда Марша предложила Беоре пройти на кухню, Лиза внимательно осмотрела девушку с ног до головы. Что-то смущала ее, и она быстро поняла, что. На орчанке было слегка потрепанное, но некогда элегантное, добротное платье, не похожее на одежду прислуги. Она держала осанку, говорила грамотно и без особого выговора простолюдинов, хотя в речи проскальзывал легкий акцент. 
На кухне Беора огляделась, как почудилось Лизе, с легкой растерянностью. Марша познакомила новенькую с правилами работы в Эре-дуне. Орчанку поселили на чердаке. 
Горничная по секрету рассказала Лизе, что Беора совершенно искренне радуется комнатке под крышей, теплой постели и возможности есть, сколько влезет.
— Сдается мне, мисти Лиз, жизнь ее в последнее время не баловала, — важно качая головой, поделилась Марша. — И пальчики у нее нежные. Думаю, она хорошо жила, а потом случилось, видно, что. Недавно это было, иначе кожа на руках потрескалась бы. И плачет она часто, по малейшему поводу. Вот как по приезду узнала, что батюшка ваш помер, рыдала, бедная.
Лиза продолжала присматриваться к девушке. Она заметила, что Беора подает одни и те же блюда, словно не умеет готовить ничего другого. 
Марша выяснила, что новенькая не знает, с какой стороны подойти к камину, чтобы очистить его от золы, и орчанка объяснила это тем, что на прежнем месте работы занималась только кухней и садом. Она чуть не испортила платье Инары, перегрев утюг, и только Эрин была довольна – Беора умела плести чудесные косички, где все пряди переплетались между собой в сложный узор. 
У Елизаветы накопилось множество вопросов, и в один из вечеров, что с каждым днем наступали все раньше, она вызвала Беору на откровенный разговор. 
— Ты ведь раньше не работала прислугой, — предположила Лиза, — верно?
Беора густо покраснела и кивнула, опустив голову. 
— Вы меня теперь уволите? — тихо спросила она.
На погрубевшие за последние дни руки, сложенные на коленях, закапали крупные слезы.
— О боги, нет! — воскликнула Лиза. — Просто объясни, что вынудило тебя обмануть нас! И подумаем, как решить твою проблему. 
К Лизе присоединилась Инара. Она смотрела на орчанку с присущим ей сочувствием. Видя в хозяевах искреннее участие, Беора взбодрилась и начала свой рассказ. 
— Я никогда не была служанкой, — призналась она. — Но мама многому меня обучила. Простите, что обманула вас. Мне нужны были деньги. И… мне необходимо было кое-что выяснить. 
 
Упомянув при первой встрече о том, что ее тянуло в Эре-дун, орчанка слегка исказила правду. Увидев объявление в газете и адрес нанимателей, она ни минуты не раздумывала. И вот почему: когда-то ее отец, известный ученый, вел оживленную переписку с господином Эреером. В силу юности Беора не особо вдавалась тогда в подробности, но, приехав в Эре-дун, она узнала, что мейста Тедэра уже два года нет в живых…
— Это ужасно! Когда я увидела название вашего имения в объявлении, я подумала – вот знак! Как я могла забыть о мейсте Эреере?! Быть может, он что-то прояснит! Дело в том… Мой отец… моя мама… они погибли, — призналась она, задрожав. — Остались только мы с братом. Нам просто повезло. В тот день я отправилась за Бооргом в его школу, чтобы привезти домой на каникулы. А когда мы вернулись на ферму… Мне нельзя об этом рассказывать, это опасно. Но я не давала клятву неразглашения, и сейчас понимаю, что вы должны знать ВСЁ. 
Лиза и Инара изумленно переглянулись. Лиза вся подалась вперед. Интуиция подсказывала ей, что сейчас она услышит нечто чрезвычайно важное. 
Отец Беоры, мейст Таккат, был не обычным полукровкой, а гордостью орочьей расы. Он проводил важные исследования. Его проекты получали одобрение на самом верху. Целью экспериментов были заявления альвов, сделанные ими перед закрытием порталов. 
Нельзя было утверждать, что Совет Э-лан-драка проигнорировал предупреждения альвийских Старейшин. Но слишком уж невероятными были их опасения. О каком заговоре толковали остроухие? При чем тут столкновение сфер? 
Возможно, миры действительно иногда сталкиваются, но допустить, что некоторые души могут между ними перемещаться… ! А что касаемо попыток некоторых магов наладить контролируемый переброс душ и опасных технологий – это уж совсем фантастическое предположение! Совет не поверил, что в ряды высших магов затесались предатели. 
Альвы же закрыли свой мир, «дабы не допустить проникновения хаоса». Тогда Совет запустил несколько научных проектов. 
— Отец и изучал «теорию сфер», — со вздохом сообщила Беора. — Он переписывался с вашим папой, отзываясь о мейсте Эреере как о выдающемся и очень прогрессивном ученом. В вашем роду, насколько я знаю из писем отца, имелись настоящие «странники». Современная наука относится к подобным семейным легендам с большим предубеждением, — орчанка поморщилась, — поэтому папа напрямую связался с одним из непосредственных хранителей знаний о путешественниках по мирам.
— Как погибли твои родители? — спросила Лиза. 
— Их смерть покрыта тайной, — Беора обняла себя руками, словно замерзла. — Мы жили на ферме, отец делал вид, что выводит редкий вид орхидей. Когда мы с братом вернулись, все в округе… фермеры… слуги… были мертвы… высушены до костей. Явились странные люди. Они приказали молчать всем, кто остался в живых, забрали с собой тела, свидетелей и вещи – всё, абсолютно всё, что хоть как-то было связано с делами отца или напоминало артефакты. Я смогла спрятать письма папы и медальон мамы. Мы с братом сбежали ночью, боясь, что нас задержат и станут допрашивать. По дороге в город я слышала, что крестьяне шепчутся о… спустившихся с гор бестиоидах. Они якобы видели, как ферму заволокло туманом… люди кричали… и… и...
Голос Беоры сорвался, она замолчала.
— Бестиоиды – древние твари, — со всей серьезностью пояснила Лизе Инара. — Они бестелесны и имеют форму тумана. Говорят, раньше они служили злым ведьмам. А потом, когда женская магия стала применяться лишь во благо, вымерли.
— Или не вымерли, — задумчиво проговорила Лиза. — Чем дальше, тем интереснее. Беора, письма с тобой? Отлично. Устроим мозговой штурм. Сложим все, что у нас есть, обыщем дом и теплицы. Думаю, папа занимался чем-то посерьезнее шафрана. 
«И потратил на это немыслимую сумму денег, — добавила она про себя. — Это естественно. Он был ученым до мозга костей, а высшие научные круги не признавали объект его исследований. И он решил проводить их самостоятельно».