Укроти меня, или Грани раскола
Можно было бы подумать, что она днем провела время с семьёй, а потом ударилась в бурную ночную жизнь… Но я также припомнил краем уха услышанный в тот день разговор моего отца с кем-то из наших коллег: «– Кларксон так и не объявилась? – Никак нет, так с утра и ищем!..». Тогда я не придал этому значения, потому что голова моя была забита другим, и я ускакал как раз в сторону намечающейся грандиозной вечеринки. А сейчас… Сейчас в моей голове активно крутились шестерёнки в попытке сложить пазл. Моя голова уже гудела от напряжения после мощной ментальной атаки.
Что же в тот день с тобой произошло, Лори? Почему ты не стала отмечать свое совершеннолетие в кругу семьи, как у вас, Кларксонов, всегда принято отмечать Дни рождения? Почему сама искала со мной встречи, а потом попыталась стереть мне память? Чего ты испугалась?
Она и сейчас смотрела на меня испуганно, напряженно. Вглядываясь в меня в попытке понять, что у меня в голове.
Что ж… Выдыхай, Лори. Ничего ты не прочтешь на моем лице, если я не захочу это показать. А сейчас нужно было расставить приоритеты и заняться первоочередными задачами. К тому же, я пока не понимал, что за странный магический контакт произошел между нами, когда Лори коснулась меня… еще и без перчаток. Это следовало изучить поближе и обдумать как следует.
– Ты в порядке? – спросил я у нее как можно более спокойным голосом.
Она медленно кивнула, все еще не сводя с меня напряженного взгляда.
– А ты? – спросила тихим надтреснутым голосом.
Она виновато посмотрела на свои руки и вновь перевела испуганный взгляд на меня. Да, Лори, твои смертоносные ручки вреда мне не причинили. Было у меня подозрение, почему… Но это я хотел обсудить с отцом.
– В полном. Голова только жутко болит, но это временное явление, слишком большой выплекс энергии был, и колдовство далось сложно. Нужно поспешить прочь из леса, необходимо доставить профессора Дитро лекарям, давайте все сейчас сосредоточимся на этом.
Лора охотно кивнула и вскочила на ноги, направляясь к сокурсникам. Она чуть ли не вприпрыжку побежала впереди меня, а потому не видела, какая широкая коварная улыбка расплылась на моем лице.
Милая наивная Лори… Ладно, побудь немного в розовом облаке, пока я выжидаю более подходящего момента для откровенного разговора… и не только разговора.
Глава 10. Два-один
[Лорелей]
Руки все еще мелко дрожали от напряжения, когда я пыталась подлечить раны Мии. Эльфийке досталось больше всего, потому что она кинулась защищать Полли от летящих в нее капель яда керналов, когда те пересекли черту защитного купола. Полли успела запульнуть в пасть керналов метательные ножи с антидот-чарами, и Мию, к счастью, не парализовало полностью. Но яда на нее попало много, и все мышцы болели, и руки-ноги слушались плохо. Вдобавок ко всему у нее на бедре красовались большие порезы от когтей кернала, который успел-таки зацепить лапой.
– Идти сможешь? – спросила я.
Миа кивнула. С моей помощью она кое-как встала на ноги и поморщилась, но не стала ныть о том, что ей больно, что никуда она не пойдет и так далее. Все мы сейчас были не в той ситуации, чтобы ныть, сражение с керналами даже ворчливого Кеса заставило умолкнуть.
С помощью парочки заклинаний из числа черномагических я немножко подлатала эльфийку, постоянно проклиная себя за то, что за всё время обучения в академии не удосужилась выучить какие-то более серьезные лекарские чары, относящиеся к черной магии. Просто даже не считала нужным их изучать, потому что, ну, зачем они нужны, если есть сотни прекрасных заклинаний, относящихся к светлой магии? На которой как раз и было построено всё обучение в академии – с упором на светлую магию и с аккуратным знакомством с тёмной магией. Да и не было у нас никогда необходимости углубляться в изучение черной магии относительно себя. Зачем, если наша задача – борьба против нечисти? Которую чудесно рубит именно светлая магия.
А вот теперь я горько жалела о такой расстановке сил. Ну, точнее, корила себя за свою беспомощность в создавшейся обстановке. И, судя по физиономиям сокурсников, у них мысли тоже были мрачнее тучи. Хотя ни у кого из них так и не получилось колдовать, темная материя сейчас немного подчинялась только нам с Калипсо. Ну как – немного…
Я покосилась на своего куратора, который сейчас склонился над профессором Дитро вместе с другими сокурсниками. Я, если честно, так и не поняла, что сделал Калипсо, как у нас получилось рубануть по нечисти такой мощной огненной волной, что нечисть не просто была отправлена в нокаут, а от нее осталась лишь горстка пепла. Хотя на такой мощный эффект мы вообще не рассчитывали изначально. Как это у нас получилось? Я понятия не имела.
– Что вы там так долго за этим защитным куполом делали? – спросил Кес у Калипсо, пока они вдвоем осматривали профессора Дитро. – Вы задержались. Еще немного, и пятилетний кернал прорвал бы оборону. Мы с Патрисией еле отбились от одного мелкого, он совсем близко подобрался.
– Объединяли ауры для точечного огненного вихря, ты же сам видел, – ровным голосом произнес Калипсо.
– Это понятно, – отмахнулся Кес. – А каким именно образом объединяли?
– Путем сложным магических манипуляций.
– Это тоже понятно, – поморщился Кес. – А ты конкретнее можешь сказать, что именно вы делали?
– Целовались взасос, блин! – зло воскликнула я на эмоциях. – Что еще мы могли делать для объединения ауры, а? Ну что за тупые вопросы ты задаешь?
Сокурсники расхохотались, сочтя мой вопль за удачную шутку, Кес возмущенно фыркнул, махнул рукой и отстал от нас с расспросами наконец-то.
А Калипсо ничего не сказал, только смерил меня тяжелым взглядом и одарил этой его фирменной загадочной улыбочкой. Мое «психанула и призналась» ему явно понравилась, он оценил провокационный выпад. Ну а что? Не зря же говорят, что лучшая защита – это нападение. А хочешь отвлечь внимание остальных от щекотливой темы – обозначь ее прямо и наезжай на собеседника погромче, тогда он точно перестанет думать в эту сторону. А мне оно и надо было.
Губы все еще горели после поцелуя с Калипсо. Да и не только губы – я все внутренне горела. Поцелуй, который ну никак нельзя было назвать просто методом отвлечения внимания. Так, черт побери, не целуют, когда просто хотят отвлечь. И что это значило, я пока не очень понимала, и выводить на чистую воду Калипсо прямо сейчас была не готова. Было у меня нехорошее предчувствие, что он либо вспомнил меня, либо вообще не забывал и только умело прикидывался все это время… Но виду он не подавал и вел себя вполне обычно, а я не представляю себе Калипсо, который смолчал бы в подобной ситуации. Наверное, у меня просто паранойя уже…
– А что, если магии во всем мире больше нет? – негромко произнесла Полли, нервно комкая край мантии в руках.
Я переглянулась с Патрисией и Мией, глянула на других ребят. По их взглядам поняла, что Полли сейчас озвучила всеобщий страх, повисший между нами. Такой лютый страх, что его боязно было даже вслух обозначать.
И впрямь, а что делать, если это конец? Если в мире попросту закончилась магия? Может такое быть вообще? И что же тогда будет?..
– Не думаю, что это так, – покачал головой Калипсо. – Иначе не работала бы вообще никакая магия. А мне же удается колдовать.
– Теневая магия имеет иную природу, – возразил Кес. – Она черпает силу не из энергии вокруг, а из изнанки мира.
– Мы с Лори колдовали не теневой магией, – покачал головой Калипсо. – Вернее, я – да, теневой, а вот Лори использовала просто очень мощный концентрат обычной черной магии. Он у нее такой сильный, наверное, вы так свою черную магию концентрировать не умеете. А Лори ее не умеет «разбавлять» светлой, давайте назовем это так. Так что я думаю, что любая концентрированная черная магия у всех спокойно работает, проблемы только с белой магией. И это, на самом деле, очень плохая новость. Если белая магия под вопросом, а жуткая тьма при этом чувствует себя фривольно, то это большой удар по инквизиторам Генерального Штаба, по Армариллису… Да по всем нам. У нас весь принцип работы сосредоточен на белой магии в первую очередь…