Песнь для мертвых (ЛП)

Я сглотнула ком, эмоции подняли жуткую голову.
— Потому что я люблю тебя.
Судя по его лицу, он не верил мне.
— Ты не просто так говорила это?
Я покачала головой, прижала ладони к его лицу, убрала волосы со лба, и его глаза закрылись.
— Я люблю тебя. Правда. Думаю, ты моя судьба.
Улыбка медленно расплылась на его лице, и он посмотрел на меня, в меня, будто видел все во мне. Если так, он видел, что там не было тьмы, только свет. Свет для него, для моей жизни, для всего.
— Милая, я так тебя люблю, — сказал он и поцеловал меня нежно и тепло, и я ощущала энергию его любви. Он отодвинулся. — Но судьба — вредная гадина.
Я возмущенно охнула.
— Прости, что?! Когда я вытащила тебя из Вуали, ты сказал, что я была твоей судьбой. Ты — мастер — вредина.
— Мастер — вредина? — он приподнял брови, а потом особо сильно прижал ватный диск к моей руке. — Еще прозвище?
Я тихо вскрикнула.
— Не будь козлом.
Он усмехнулся.
— Порой не могу сдержаться.
Он закончил работу и перевязал мои руки и ноги бинтами.
— Вот так, — сказал он. — Должно помочь. Точно ничего не болит?
Я покачала головой.
— Я отлично себя ощущаю.
Это точно от лекарств.
Он сел рядом со мной, и я тут же забралась на его колени, оседлала его и сжала его плечи.
Он опустил ладони на мою талию, чуть не обхватил всю, и поднял меня немного, чтобы ослабить давление.
— Твои колени, — напомнил он.
— Я же сказала, я не ощущаю боли.
Он опустил меня, и я оказалась на его члене, ощущала его твердость сквозь его трусы.
Я чуть потерлась об него, и его взгляд стал пронзительным, дыхание дрогнуло.
— Что будем делать теперь? — спросила я.
— Прямо сейчас? Ты еще спрашиваешь? — его лицо медленно становилось хищным.
— После секса, — сказала я с улыбкой. — Что будем делать? Полетим домой?
Я еще потерлась об него, его рот приоткрылся.
— Не знаю, ты мешаешь думать, — сказал он, нежно гладя мою спину руками. — У меня все еще нет паспорта. Несмотря на то, что ты видела в барах, вряд ли я смогу очаровать экипаж самолета.
— Арендуем машину?
— Я куплю машину. Есть одна на примете.
— Теперь я знаю, что ты говоришь это серьезно, — я сделала паузу. — А что демоны?
— А что они?
— Вдруг они последуют за нами?
— Мишель, как ты ее зовешь, побеждена твоими стараниями.
— Да, но она пришла за тобой из ада. Другие тоже придут?
Он сжал губы, нахмурился.
— Могут. Мы будем готовы.
— Да, но… — я не знала, как сказать это деликатно. — А если ты не готов?
Он меня понял. Слабо улыбнулся.
— Я в порядке, Ада.
Я прижала пальцы к его подбородку, разглядывая его лицо.
— Ты знаешь, что я в тебе видела, да? Что ты пытался скрыть от меня. Ту пустоту. Ту тьму. Ту депрессию, Макс.
— Знаю, — тихо сказал он, отвел взгляд.
— Ты просто… сдался. И ты это знал. Ты знал, что все так кончится.
Он слабо кивнул, стыдясь.
— Знаю. Но я вернулся.
— Потому что тебе повезло получить второй шанс во втором шансе, — я глубоко вдохнула. — Я не могу указывать тебе, как тебе жить, и я знаю, что у нас разный опыт. Ты, наверное, успел испытать все, кроме картошки фри в зверином стиле из «In — N–Out». Но тебе стоит серьезно обдумать разговор об этом с кем — то. Может, лекарства. Пустота в душе — это плохо. И это давит на меня, ведь ее нужно заполнить.
— Я никогда бы такое от тебя не требовал, — твердо сказал он. — Я знаю, что это не твоя работа, — он вздохнул, сжал переносицу. — Я не знаю, с кем могу обсудить это. Какой психиатр будет слушать, как я жалуюсь на века бреда? Из — за всего, что я делал? Никто не поймет. Меня запрут в психушке.
— Ну, ведьма, которая помогла вытащить тебя из Вуали, — врач Перри, так что она — хороший вариант.
— Да? — спросил он.
Я кивнула.
— Угу. Это ее идеей было, чтобы Декс захватил Перри, так что она в таком разбирается. И она уже тебя знает.
— Хорошо, — сказал он через миг. — Тогда я это сделаю.
— Нужно этого хотеть.
— Я хочу, — он посмотрел мне в глаза, его взгляд стал тяжелым. — И я хочу тебя.
 
— Всегда? — пошутила я.
— Всегда и постоянно.
Блин. Мое сердце сбивалось с ритма, бабочки щекотали живот.
А потом он добавил:
— Не смей звать меня мастером — врединой.
Я рассмеялась, откинув голову.
— Не знаю, Макс. Тебе нужно как — то еще меня убедить.
— Скажи, что нужно сделать.
Я усмехнулась и надавила на его плечи, он лег на спину. Я запела строчку из «Them Crooked Vultures».
— I’ve got a beautiful place to put your face.
Я скользнула по его телу, оседлала его, и его голова оказалась между моих ног, а моя киска была на его красивых губах.
Он сдвинул мои трусики.
Провел напряженным языком по мне.
О — о–ох.
Моя спина выгнулась, я опустилась на его язык, терлась бедрами об его губы. У него было отличное лицо для такого.
Его ладони сжали мою попу, он стал управлять, двигал меня на его широком рту, губы посасывали, язык лизал, проникал глубоко в меня.
— Боже, — вскрикнула я, пальцы сжали покрывало, я отклонилась, давая ему весь доступ. Я сжала его член, высвободила его из боксеров и крепко сжала.
Он громко застонал в меня, и мое тело было близким к взрыву.
Я едва могла продолжать движение.
Мои ноги дрожали, были слабыми.
Но я не ощущала боль.
Он — тоже.
И чем больше я гладила его, тем ненасытнее он становился, поглощал меня, пока я не стала скользить на его лице, кончая.
— Черт! — завопила я, волна оргазма захлестнула меня, и я скатилась на кровать, потому что думала, что утопила его.
О, нет.
Он был в порядке.
Я не успела перевести дыхание, он оказался на мне, перевернул меня на живот умелыми руками. Он сунул колено между моих ног, схватил меня за шею, чтобы удержать на месте.
Он быстрым движением вошел в меня, я там еще пульсировала и была ужасно скользкой.
Я вскрикнула, сжала покрывало, он крепче сжал мою шею. Я любила его грубую сторону, любила ощущение его за собой, его бедра бились б меня, и мое тело содрогалось, кровать тряслась.
Он со стоном покинул меня почти полностью, вызывая мои мольбы, а потом вонзился, погрузился еще глубже.
— Ох, милая, — сказал он, судорожно дыша. — Я так сильно хочу кончить.
Я пыталась сказать что — то остроумное в ответ, но ничего не было. Ни мыслей, ни ясности. Я давилась словами — они все равно были бредом — и вскрикивала от его жестокого ритма, он трахал меня все быстрее. Мы двигали кровать так сильно, что из соседнего номера могли уже вызывать работников отеля, жалуясь на нас.
Я улыбнулась.
Я не знала, что могло быть так хорошо.
Но мне было хорошо.
И нас ничто не разделяло, мы были соединены, связаны, и не только энергией, которая пылала. Жар его бедер, бьющихся об мою попу, ощущался как несколько атомных бомб, готовых взорваться, хриплые голодные стоны срывались с его идеальных губ как симфония.
Он двигался во мне.
Быстрее, сильнее.
Мокро.
Грязно.
Он почти выскальзывал от скорости, ритм не прерывался.
А потом он поднял меня с кровати за шею, сунул ладонь под меня, нашел, где я была набухшей и…
«Я хочу. Хочу его. Это. Больше. Намного больше».
Его пальцы были быстрыми, другая ладонь отпустила мою шею, скользнула на мою грудь, удерживала меня, дразня сосок, и — все.
Я отпустила себя.
Свободное падение.
На глубину.
Я кончила так сильно, что разум будто разорвало, я могла сойти с ума, и ничего не осталось бы. Ничего и не нужно было, кроме этого.
Я не соображала.
Потерялась.
Нашлась.
Отчаянные вопли срывались с моих губ, и я дико пульсировала вокруг него, и это довело его до грани.
— Ада! — заорал он, рычание вырвалось из него, и он кончил в меня, оргазм разносил и его на части, его пальцы впились в мою кожу, пот капал на мою спину. Еще один жестокий толчок, и он вышел из меня и рухнул на кровать рядом со мной.