Измена.Любовь (СИ)
— Куда вам? — спросил он отрывисто, ставя ноутбук на подставку перед собой. В самолете на него не насмотрелся, что ли?
— Так куда? — повторил, повернув ко мне лицо.
На долгое мгновение мы встретились взглядами. На дне его зрачков мелькнуло что-то мрачное и непонятное. Четко очерченные губы напряженно сжались. Чувствуя, как у меня странно перехватывает дыхание, я опустила глаза и торопливо пробормотала:
— Мне на Софийскую набережную, если не трудно.
— Не трудно. — холодно ответил Платон Александрович, и скомандовал шоферу:
— Витя, на Софийскую.
Машина плавно тронулась, выруливая с парковки.
— Номер дома? — это снова мне.
— Восемнадцать. — я так и не подняла на него глаза. Сидела, и как дура рассматривала свой маникюр.
— Я там живу… Жила…Буду жить. — вдруг пустилась в объяснения, поражаясь своему смущению и напавшей на меня болтливости. Похоже, потрясения последних недель неблагоприятно отразились на моей психике. Решив не сдавать позиций, я с вызовом продолжила:
— Там жила моя бабушка. Она была балериной Большого театра и эту квартиру ей подарил поклонник. А она оставила ее мне. — я все-таки подняла на Платона глаза, уверенная, что увижу на его лице насмешку и готовая ответить какой-нибудь колкостью.
Вместо этого встретилась с нечитаемым взглядом, в упор рассматривающим мое лицо.
— Значит, вы богатая наследница? — уголки его губ чуть дрогнули в подобии улыбки. — Рад за вас.
Остаток пути мы ехали молча. Платон Александрович что-то читал и печатал на своем ноуте, разговаривал по телефону и больше не обращал на меня никакого внимания. Ну и отлично, мне с ним в гляделки играть вообще не с руки.
Так что я откинулась на сиденье, удобно примостив затылок на кожаный подголовник. Закрыла глаза и принялась анализировать ту большую и толстую попу, в которой оказалась, сама не поняв как…
Глава 3
— Павлиша-а! Ты смотри, как похороше-ела! — в своей привычной манере, чуть растягивая слова, восклицала Маша, моя давняя подруга еще со школьных лет. — Нет, что ни говори-и, а жизнь в Англии пошла-а тебе на пользу.
— Это точно. Язык довела почти до совершенства и научилась есть зеленый горошек вилкой, с чопорным видом накалывая по одной горошинке. — захохотала я.
— Ой, Машк, как же я рада тебя видеть. — и мы от души обнялись.
Пока мы занимали столик в пафосном ресторане авторской кухни, который для встречи выбрала Маша, пока ждали заказанную еду и болтали о своем, девичьем, я с интересом разглядывала подругу.
За тот год, что мы не виделись, она изменилась: еще больше похорошела, добавила себе светского лоска и какой-то снисходительности в обращении.
— Ты сменила прическу, Машуль? — отметила я. — Тебе очень идет. Выглядишь как настоящая светская львица, какой ты всегда хотела быть.
— Ой, Павлиша, я теперь считай она и есть. Львица, в смысле. — легко рассмеялась подруга.
— Я тебе не рассказывала, боялась сглазить, но… — она замолчала, выдерживая интригующую паузу, и таинственно сообщила. — У меня появился мужчина.
— Маш, а что были в твоей жизни периоды, когда у тебя не было мужчины? — непочтительно фыркнула я, лишая ее заявление всякой торжественности. — Я помню моменты, когда у тебя их было и по два-три одновременно. Причем, ты умудрялась встречаться с ними так, что ни один не догадывался, что у него есть соперник. Соперники.
Подруга звонко расхохоталась. Потом, став серьезной, протянула низким, томным голосом:
— Не-ет, Павла Сергеевна. На этот раз все по-другому. Тако-ого мужчины у меня еще не было. У нас все серьезно и я жду предложения. А еще он очень, просто неприлично богат. — добавила она со значением.
— Ну-у, зная твой талант тратить деньги своих кавалеров, думаю, его богатства надолго не хватит. — пошутила я.
— Нет, Павлиша, денег у него столько, что мне за всю жизнь с таким объемом не справиться. — задумчиво проговорила подруга, глядя мимо меня прищуренными глазами. — Это мой самый ценный улов, и я собираюсь любой ценой удержать в руках эту рыбку.
— Маш, он что, старый и уродливый? — с подозрением спросила я, откинувшись на спинку кресла, пока официант расставлял тарелки на столе. — Или денег, и правда, так много, что ты готова изменить своим привычкам?
— Много, подруга, очень много. — она вытянула руку, демонстрируя изящный платиновый браслет, украшенный сверкающим ручейком бриллиантов. — Подарок на день рождения. Понимаешь теперь, какой там уровень?
— И он совсем не старый. Наоборот, молод и красив. И я его очень люблю. Так что, извини подруга, но знакомить тебя с ним я не буду. По крайней мере, пока не выйду за него замуж.
— Маша, ты о чем? — напряглась я. — Я что, когда-то уводила у тебя парней?
Подруга изящным движением отправила в рот листик салата и принялась жевать. Затем качнула головой:
— Нет, подруга, специально ни разу не уводила. Но… Помнишь Антона?
Я кивнула, не понимая при чем здесь ее давний ухажер, с которым она крутила роман как раз в то время, когда я вышла замуж за Грега.
— Ну так вот. — не глядя на меня, подруга поднесла к губам бокал с вином, — Ты как раз уехала со своим мужем. А Тоша меня бросил. Меня бросил, понимаешь?
— И что? — я все так же недоуменно смотрела на нее, забыв про еду. Почему-то мне казалось, что сейчас я услышу что-то очень плохое.
— И то, что Тошик заявил, что встречался со мной только для того, чтобы быть поближе к тебе, моей подруге. Он, оказывается, в тебя влюбился с первого взгляда, но боялся признаться. Поэтому стал крутить со мной, в надежде, что однажды ты обратишь на него внимание. А как ты слиняла к мужу, он слинял от меня.
Маша поставила бокал с вином на стол и с вызовом глянула на меня:
— Вот так, подруга. У меня к тебе никаких претензий, конечно. Тебе Антон нафиг не был нужен. Но факт, как говорится, имел место быть.
Я отодвинула от себя тарелку с салатом — есть резко расхотелось. На душе сделалось погано, словно меня только что макнули носом в грязную лужу.
— Маша, ты же понимаешь, что это какая-то глупость? — я во все глаза смотрела на подругу, не веря, что она говорит это всерьез. — Обвиняешь меня в том, что по моей вине рассталась с любовником. А ты не думала, что Антон просто идиот и нужно сказать судьбе спасибо, что отвела от тебя неадеквата?
— А я и сказала. И тебе говорю спасибо. — взгляд подруги вдруг сделался холодным и жестким. Такого я у нее никогда раньше не видела. — Но сейчас я не хочу рисковать, вдруг прецедент повторится.
— Какой прецедент, Маша? Я бы никогда не стала у подруги мужика уводить. — тоскливо произнесла я. У меня было чувство, что прямо в эту в эту минуту умирает наша многолетняя дружба.
— Павлиша, не обижайся. — Маша подалась вперед и ласково накрыла ладонью мои крепко сцепленные, побелевшие от напряжения пальцы. — Просто я стала такая суеверная. Нервничаю ужасно. По всем приметам Платон давно должен сделать мне предложение, а все не делает. Поэтому я переживаю и дую на воду, обжегшись на молоке.
— Платон? — машинально повторила я. Лицо внезапно опалило жаром. — Его зовут Платон?
— Да-а, ему очень идет его имя. — подруга, кажется, пришла в себя и снова стала игривой и улыбчивой. — Но хватит обо мне. Рассказывай, почему ты так неожиданно приехала и даже не предупредила меня. А кстати, как поживает твой душка Грег? Он прилетел с тобой?
— Грег? — переспросила я. Вздохнула, и поперла щеку рукой, словно собравшаяся жаловаться на жизнь кумушка. Да я себя такой и чувствовала. И забыв о том, что буквально минуту назад подруга обвиняла меня черт знает в чем, призналась — С Грегом я развелась три дня назад. Потом купила первый попавшийся билет на самолет и с пересадкой через Сибирь вернулась в Москву.
— Развелась?! — Маша даже рот приоткрыла от удивления. — Почему? У вас ведь такая любовь была? Красивая, словно сказка…
— Угу, была любовь. Сказочная и прекрасная. А недавно я обнаружила в его постели другую любовь. И тоже офигенно сказочную.