Невинная для бабника (СИ)

– Мы с тобой давно знакомы. Ты знаешь, что я парень ответственный, серьёзный, – начал разглагольствовать Рон. – Наши родители хорошо общаются и…
Я подняла руку, останавливая  монотонную речь.
– Рон, – тяжело вздохнув, обратилась к нему,– ты очень милый, симпатичный, но ты меня совершенно не привлекаешь, как мужчина. Прости! – тут же извинилась, боясь задеть чувства скромного блондина. – Давай, все оставим как есть? Мы ведь неплохо общаемся, – добавила с надеждой на то, что парень сменит тему.
Рон нахмурился, явно не довольный тем, какой оборот принял наш разговор. Он сильно сжал руль, от чего вены на его руках вздулись.
– Хорошо, как скажешь, – напряжённо ответил парень.
В эту секунду в окно машины постучались. Оглянувшись, я встретилась глазами со своей подругой Кэйтлин. Она так же, как и я поступила на ветеринара. Подхватив свой рюкзак, благодарно улыбнулась однокурснику:
– Прости ещё раз, Рон. И спасибо, что подвёз! – и, повернув ручку двери, выпорхнула наружу.
– Мэдисон? – окликнул меня Рон, но я, захлопнув дверь, попала прямиком в объятия Кэйтлин.
Блондинка с курносым носом и пытливыми зелёными глазами радостно завизжала, сжимая пальцами мои плечи.
– Мэдиии! Эти каникулы мне показались самыми длинными за всю мою сознательную жизнь! Соскучилась по тебе, подружка! – заверещала Кэйтлин, радостно размахивая руками.
Девушка была высокой и слегка полноватой. Один раз в супермаркете нас даже приняли за маму с дочкой, но нас с подругой это ничуть не смутило.
«Господь создал нас всех разными. Значит, так надо и так тому и быть», – вспомнила я фразу, что так любил повторять мой отец.
– Как прошли твои каникулы? – поинтересовалась Кэйтлин, шагая  по узкой дорожке рядом со мной.
Я поправила рюкзак на плече, прежде чем ответить:
– Честно? Умирала со скуки, – солгала подруге, воспоминания как ночи напролёт сидела укутавшись в плед и лила слёзы под мелодрамы, оплакивая недолгие, но такие яркие отношения с Дэймом Престоном.
Кто бы мог подумать, что он окажется таким козлом?! Это ещё надо уметь – так вклиниться в доверие! Я негодующе пнула небольшой камень, что встретился мне на пути.
– А этот Дэйм? – поинтересовалась подруга. – Так и продолжает названивать?
– Каждый день, не менее двадцати раз, – кивнула я, прикусив губу.
Подруга сбилась с шага и ошарашено посмотрела на меня, заставляя остановиться посреди дороги.
– Серьезно? Это просто обалдеть, Мэдисон! Вот это я понимаю – настойчивость! – в голосе Кэйтлин послышались нотки восхищения.
Я поморщилась, совсем разделяя восторга подруги.
– Он оказался такой же, как и все, если даже не хуже.
Кэйтлин легонько ткнула меня в бок.
– Мэди, прорвёмся!
Мне ничего не оставалось, как кисло улыбнуться в ответ.
– А Рон что? – подруга с любопытством заглянула мне в глаза. – Столько ухажеров! – неожиданно выпалила подруга. – Все же, ты счастливица. Мне бы так… – мечтательно вздохнула она.
Я приподняла бровь и покачала головой.
– Нашла чему завидовать. Рон уж точно не герой моего романа! – заметила я, доставая жвачку из кармана своей форменной жилетки. – Одного боюсь: родители уж больно к нему благосклонно относятся.
Кэйтлин поджала губы, насупившись.
– Ну, сейчас же двадцать первый век, а не четырнадцатый! Ты в праве сама выбирать, с кем тебе быть.
Я пожала плечами, соглашаясь с подругой. В ее словах была доля истины.
– Все очень сложно, Кэйт! Твои родители тебя просто отдали в католическую академию, как ты сказала – это была их блаж. Мои же… ну, ты в курсе, что мой отец пастырь. У нас в семье действуют совсем другие законы, – сказав это, я неожиданно почувствовала себя несчастной.
Так иногда хочется побыть обычной студенткой. Прийти к подруге с ночёвкой, сходить в кино на ночной сеанс… Но мне это не положено, даже такие мысли под запретом.
  
Глава 2
 
Первая пара, а настроение такое, что хоть… Ай! Впрочем, я знала, на что иду! Препарировать лягушку – не самое страшное в жизни. Утешая себя мысленно, я чувствовала, как дрожат сжимающие холодную сталь скальпеля пальцы. Не сдамся! Не для этого в школе зубрила биологию и химию, не для этого впервые жизни поставила ультиматум отцу, что если он не даст мне поступить на ветеринара, уйду к тете Норе.
 
Между прочим, она настоящая хиппи. Из тех, у кого куча косичек на голове, а в доме неприятно пахнет травами и засушенными грибами. После этих слов отец сразу же «переобулся» заявив, что быть врачом – это очень уважаемо и престижно. Он даже помог выбрать учебное заведение, радостно сообщив, что сын его друга-пастора учится в нем.
Собственно, сыном оказался Рон. Рон… Надо что-то с ним делать. Парень уже начинает раздражать своими намеками. Прикусив губу, я нерешительно надавила на кожицу лягушки.
– Мэди, сильнее нажимай. Вооот! Потом, в будущем, спасённые тобой щенки и котята скажут «спасибо»! – подбадривала меня Кэйтлин, наблюдая за движениями пристально и оценивающе.
Всё-таки Кэйт умница, из неё выйдет настоящий специалист. Я прикусила язык от усердия.
– Мэдисон!
Подняв голову, посмотрела на преподавателя.
– Все делаешь верно. Посмелей, девочка!
Кивнув, продолжила «операцию». Группа у нас была не большая, всего пятнадцать человек, но это даже лучше. Можно сказать, индивидуальный подход к каждому. Как только прозвенел звонок, все засуетились, направляясь к выходу. Мы с Кейт, конечно же, не стали исключением. Пройдя через длинные коридоры, вышли из корпуса, направляясь в столовую.
Воздух был насыщенный ароматами. Особенно приятно пахло жимолостью, что росла на территории университета. С наслаждением вдыхая полной грудью, я краем уха слушала незамысловатую болтовню подруги. В глубине души надеялась на то, что обед в столовой будет сносный, а не то, что было в прошлый раз. Я чуть не задохнулась, когда услышала слова подруги:
– Дай шанс этому Дэйму! Я не могу видеть, как ты мучаешься!
Я удивлённо уставилась на Кэйтлин.
– О чем ты?! Я вполне хорошо себя чувствую, – раздраженно смахнув с лица прядь волос, ворчливо добавила. – Я совсем не думаю об этом бабнике.
Кэйтлин покачала головой, всем своим видом показывая, что не верит ни единому слову.
– Это очень даже романтично!
Я споткнулась от ее слов и возмущённо пробормотала:
– Куда уж романтичнее? Должно быть, у нас разное представление об отношениях, – подколола я Кэйт.
Подруга фыркнула и мечтательно закатила глаза.
– Невинная для бабника! Ты знаешь, ты как трофей – красивая, милая, не порочная. Не удивительно, что твой баскетболист влюбился по уши!
– Ну, ты скажешь! – фыркнула я, сделав равнодуший вид. – Наверняка, в городе у него по три-четыре таких трофея.
Кэйтлин подтолкнула меня локтем в бок и, поигрывая бровями, заявила:
– Не думаю, что он всем названивает целый месяц, не получая ответа.
Наконец, засмеявшись, я согласно кивнула:
– Скорее, это наглые девицы обрывают ему телефонный провод.
– Ну, вот я тебя и расшевелила, – радостно потерла руки подруга, поправляя светлые волосы, – мисс недотрога! Ох, и сложно же парню придётся, – посмеиваясь, заявила Кэйт.
В этот момент я увидела вдалеке высокого парня. Он стоял спиной к нам и что-то рассказывал стоящей рядом брюнетке. Все мое тело напряглось в ожидании. Ну, повернись! Спустя мгновение брюнет обернулся, и я с облегчением и долей разочарования поняла, что я обозналась. Кроме роста и цвета волос, они были совершенно разными. Вот как мое живое воображение сыграло  со мной злую шутку.
«Ты скучаешь, – запищал противный внутренний голосок. – Признай это, Мэди.»
– Да, замолчи ты уже! – разозлилась я на мучающие меня мысли.
Кэйтлин обижено рядом засопела.
Я приподняла бровь, удивляясь, что вызвало ее недовольство.
– Могла бы и сказать, что тебе не интересно слушать про леди Гагу.