Колизион. Купол изгнанных

– То есть все дело в том, кто я. Будь я человеком, ты бы отнеслась к моим чувствами иначе, так? – медленно произнес Ковбой, а потом с вызовом спросил: – А кто я? Андроид? Пришелец? Порождение ночных кошмаров? Я такое же живое существо, как и ты!
– Такое же, ну конечно!
– Да, такое же, – с нажимом повторил Ковбой. – У меня все те же пять органов чувств. Я тоже ощущаю тепло и холод, – продолжил он, взял Графиню за руку и провел пальцем по коже, а потом положил ее ладонь себе на грудь. – Я тоже из плоти и крови, и у меня в груди бьется сердце. Я испытываю те же чувства, что и все остальные. Единственная маленькая разница между мной и другими – это то, как я появился в этом мире.
– Да уж, маленькая, – буркнула Графиня, вырвала руку и отступила на шаг назад. – Эта и тот незначительный факт, что ты живешь уже сколько? Четыре века? Или больше? – Она прочистила горло и официальным тоном продолжила: – Итак, у тебя есть информация о том, как мы можем найти «Обскурион».
– Есть, – ответил Ковбой, сдавая этот бой, и тоже отступил на шаг. – Каждый цирк оставляет след, и его можно взять.
– Хочешь сказать, нам нужно завести собаку?
– Да. Но не простую собаку, а гончую.
– Гончую? Но разве для этого не подошла бы лучше охотничья собака? Или одна из тех служебно-разыскных овчарок, которые есть у полиции?
– Но это же не обычный след, который можно унюхать обычным носом, – усмехнулся Ковбой. – Нет, нам нужна гончая. Не гончая собака, а Гончая.
– Ты имеешь в виду… – Графиня не договорила и побледнела, а потом бросила тревожный взгляд за спину, словно где-то там, вдалеке, раздался призрачный вой.
– Да, – кивнул Ковбой. – След другого цирка могут взять те самые Гончие.
– Но как заставить их это сделать? Последний раз, когда мы с ними сталкивались, они не походили на хорошо натренированных собачек, готовых реагировать на команду «Сидеть!».
– Для этого нужен Дрессировщик. Он есть в каждом цирке, надо его только разбудить.
– И ты, конечно же, знаешь, как это сделать, – недовольно вздохнула Графиня.
– Конечно, – улыбнулся Ковбой.
* * *
Ввалившись в свой трейлер, Мануэль раздраженно плюхнулся на кровать и тут же наткнулся на насмешливый взгляд Дэнни.
– Чего уставился? – буркнул он.
– Да вот, смотрю на шпиона «Обскуриона» и гадаю, почему ты все еще с нами, ведь всю важную информацию ты должен был уже передать при личной встрече, на которой так настаивал. Почему Джордан не забрал тебя с собой?
– Нечего на меня все стрелки переводить! – ощетинился воздушный гимнаст. – Если кто тут и шпион «Обскуриона», так это ты; обстоятельства твоего появления у нас крайне подозрительные!
Дэнни улыбнулся так ласково, что это заставило воздушного гимнаста заскрежетать зубами от злости.
– Можешь играть перед ними, – кивнул он на соседей по трейлеру, – но передо мной строить из себя святую невинность бессмысленно. Я слышал твой разговор с Джорданом по телефону. Прямо здесь, после того как ты так тщательно прятал в мусорке свой одеколон.
– Да перед кем мне тут играть? – презрительно фыркнул Мануэль, скрещивая руки на груди в неосознанном жесте защиты. – Перед этими, что ли? – тоже кивнул он на соседей. – Фамильяр, шпион Наблюдателей и потомок инквизиторов. Не трейлер циркачей, а сборище предателей и чужаков, честное слово!
– Как мило, что ты причисляешь себя к предателям, – со сладкой улыбкой заметил Дэнни, а потом оглядел трейлер и посерьезнел. – А кстати, где он?
– Кто? – спросил до сего момента молча наблюдавший за перепалкой Вит.
– Фьор.
Вит пожал плечами. Ковбой и вовсе не отреагировал, он просто продолжал небрежно жевать соломинку, уставившись в окно, и выглядел возмутительно невозмутимым.
– Испугался разоблачения и сбежал, – сделал вывод Мануэль. – А ты? – Он ткнул пальцем в Вита. – Кто такие эти Наблюдатели?
– Ты всерьез ждешь от меня признания? – спросил тот. – И потом, разве мы не решили отложить разборки до того момента, как вернем Крис и Апи?
– Лично я ничего не решил! А то, что решила Графиня, это ее личное дело, она мне не начальница.
 
– Перехватываешь инициативу? – лениво поинтересовался Ковбой. – Тактика «хочешь избежать обвинения – обвиняй первым» в действии!
– Только перед фамильяром я еще не объяснялся! – презрительно бросил Мануэль.
Казалось, Ковбой продолжал все так же расслабленно сидеть на своей койке, но в следующий миг он каким-то непостижимым образом оказался возле воздушного гимнаста и, приблизив к нему лицо почти вплотную, процедил:
– Вот именно. А был бы опыт общения с фамильярами, пять раз подумал бы, прежде чем решаться его злить.
В глазах Ковбоя что-то вспыхнуло, что-то очень глубоко спрятанное и опасное. Что-то такое, что увидел только Мануэль и от чего по его телу прошла видимая волна дрожи.
Ковбой как ни в чем не бывало вернулся на свою койку. Мануэль с усилием сглотнул и бросил быстрый взгляд на свидетелей своего позора. Дэнни откровенно скалился, а Вит настороженно следил за Ковбоем, словно ждал от него следующего хода.
– Расслабься, – бросил Виту тот, не отрывая взгляда от окна. – Не собираюсь я тебя ни о чем расспрашивать. По тебе и так видно, что ты просто пешка и ничего не знаешь о своих нанимателях. – Ковбой перевел взгляд на собеседника и слегка улыбнулся. – Ну и Графиня просила отложить разборки на потом. Может, для кого-то она, конечно, и не начальница, но в отсутствие настоящего директора я предпочитаю слушать того, кто был им раньше. Во избежание хаоса.
Вит едва заметно выдохнул, и в его позе исчезло напряжение.
Мотор глухо заурчал, трейлер мягко покачнулся и поехал.
– Эй, погодите! А Фьор?! – воскликнул Вит, а затем огляделся и добавил: – А куда делся Дэнни? Он же только что был здесь!
Все как один уставились на кровать шута.
Та пустовала.
 
Глава 3
 
Автобус подбросило на какой-то кочке, и Кристина проснулась. Или, вернее сказать, пришла в себя.
Огляделась. Вокруг царила полутьма, в которой она легко разглядела уже знакомую обстановку автобуса Джордана.
Уф, так это было не по-настоящему?
От облегчения снова закружилась голова. Кристина обмякла в глубоком кресле и позволила себе насладиться этим приятным ощущением, когда понимаешь, что пережитый ужас всего лишь сон.
Правда, если подумать, сон был уж слишком необычным и куда больше походил то ли на видение, то ли на какой-то очередной мистический сверхъестественный опыт, но об этом Кристина думать не собиралась. Во всяком случае, прямо сейчас. Сейчас надо было что-то предпринимать. Слишком часто в своей прошлой жизни, сталкиваясь с ситуациями, которые ей не нравились, Кристина просто ждала.
На этот раз она ждать не собиралась.
Автобус мерно покачивался. Прямо как в начале того сна… Брр! Кристина отбросила неприятные ощущения и так же решительно откинула закравшееся сомнение по поводу того, что происходящее сейчас тоже может оказаться очередным сном, и она – в ловушке.
Итак, автобус ехал. Значит, кто-то сидит за рулем. Кто-то, у кого можно попробовать получить ответы на самые простые вопросы. Или на ком можно сорвать злость.
Кристина поднялась, повернулась к креслу водителя и сразу поняла, что ее незатейливый план невозможно привести в исполнение: кабина была отгорожена от салона плотной перегородкой, а под потолком мигала камера, через которую за ней сейчас наверняка наблюдали.
Понимая всю бессмысленность своих действий, Кристина все равно подошла к кабине и побарабанила по перегородке, но вяло, без энтузиазма, делая это скорее для проформы, чем из искреннего желания, ведь выражение недовольства при отсутствии возможности видеть оппонента приносит куда меньше морального удовлетворения.