Выход в воды (СИ)

Подготовив брикеты, я немного подшаманил печь, которая хоть и осталась с прошлого раза идеальной, но не обошлось без трещин. Наломал кучу дров, борясь с желанием тупо всё продублировать, после чего перешёл к долгожданному триумфу. Раскочегарив печь добела и оперативно подкидывая квадратное топливо, я по-быстрому накидал в прошлый глиняный макет шариков, забив его доверху и отправил внутрь. Ожидание плавки только на секунду показалось вечностью, но видимо хрен знает какая попытка что-то расплавить уже начало приносить пользу. Поэтому я немного посуетился, стараясь вертеть вентилятор как можно сильнее, а потом перешёл на стабильный и равномерный темп, будто всю жизнь только этим и занимался. Спустя минут 5 непрерывного кручения шарики наконец-то сменили свою форму на нечто гелеобразное и я изъял форму дабы оценить готовность последующей порки.
Я не кузнец, никогда даже рядом не стоял близко с таким видом ремесла, однако это мне не помешало оценить по достоинству полученный слиток. На счёт того, нужно ли прямо сейчас бить по металлу или же лучше поджарить его ещё немного я не знал, поэтому в дальнейшем действовал сугубо на ощущениях. Изредка из прочитанной литературы и различного рода образовательного видео я сталкивался с таким понятием, как ковка и закалка металла, но как обычно это бывает — всегда пропускал самое «интересное». Каюсь, тогда меня больше интересовали способы заработка, а не детали подобных ремесел, поэтому мои сегодняшние потуги были чистой воды «движением на ощупь».
Поначалу я загорелся желанием прямо сейчас пустить молот в бой, расплющив металл в несколько раз, но отложил это дело. Немного остудив слиток и оценив его на твёрдость, я решил не повторять учесть железного порошка, погрузив заготовку обратно в печь. Вторая прожарка длилась не долго и я в больше степени наблюдал, чем крутил вентилятор, дожидаясь «особого момента». Его так и не наступило, слиток сам себя не отхерачил, не лопнул и не растаял, поэтому мне показалось, что бело-жёлтого цвета будет достаточно для начала. Играть в угадайку и дальше не пришлось, я тупо выложил новоиспечённый ураниум на камень и начал херачить. Это возымело успех, слиток не сломался от первого удара и даже не деформировался, что говорило об его «нормальных» железных свойствах.
Не скажу, что работать каменной кувалдой весом под 5 кг было просто, но это однозначно было эффективно. Если первые удары шли в молоко и больше отскакивали от пылающего металла, то все последующие начали методично превращать его в лепешку. По началу я просто его бил — нагревал — бил — нагревал и так по кругу, пока квадрат не стал заготовкой под итальянскую пиццу. Когда до меня дошло, что так я далеко не уеду, пришлось внести коррективы. Обратно вернуть былую форму металла было бы слишком трудоёмко, так что я не придумал ничего лучше, кроме как согнуть его камнями пополам и продолжил начатое.
Удивительно, но мои действия никак не тревожили моего внутреннего критика, поэтому я сделал вывод, что так и надо. Когда металл был согнут порядка 3-х раз, у меня не только отсохло обе руки, но и полученная линия вышла как раз под мои планы. Немного передохнув и сходив на последний подход, получилось вернуть слитку прежнюю форму, как будто ничего и не было сделано. Однако я был с этим не согласен и куча выведенного чёрного шлака, которое скопилось под ногами — было явным доказательством. Результатом я был доволен, так что оставил упрочнённый и очищенный прямоугольник рядом с печью, чтобы остывание было не резким, после чего пошёл в воду.
Со стороны могло показаться, что особого труда подобные манипуляции мне не предоставили, но это лишь на словах. В реальности же мои руки продолжали трястись, как у законченного алкоголика в течении оставшихся суток, количество потерянной сквозь пот и слёзы влаги дважды намекали счётчику калорий начать стремительно уменьшаться, ну а несколько десятков ожогов первой степени вдоль рук явно говорили про мои последующие подобные замыслы. Всему виной таких страданий было чистой воды упёртость и нежелание заканчивать начатое, так что в конце концов «я» был всем доволен. Правда, потом пришлось обратно браться за кувалду и по новой нагревать металл, но это уже совсем другая ист…
 
Ага, конечно. Нет, ну я конечно ещё тот баклан. Какая была моя изначальная цель? Крючок? Так какого хрена я решил, что всё закончено на обычной полоске? В общем, превозмогая усталость и слёзы, я начал всё заново. Нагревал-гнул-долбил-нагревал. В качестве крючкообразной формы никаких заострённых носов как у наковальни у меня не было, так что в дело шла обычная деформация металла при сбросе напряжения. А если не «по-умному», то я тупо бил камен в середину полоски, металл сам собой загинал концы и так продолжалось до тех пор, пока с крючком было не покончено. Вышло топорно, грубо и неотёсанно, но на большее моё «я» было не способно, поэтому я счёл дело окончательно завершённым и отправился на заслуженный отдых.
Весь следующий день был посвящён борьбе с болью во всём теле, так что ни о какой пробе крючка даже речи не шло, хотя очень хотелось. Единственное, на что хватило сил, так это сделать из одной железной поделки сразу две, а также продублировать все мои прочие расходники. Угольные брикеты, изделия из глины, золотые крючки и много чего ещё другого. Казалось бы, на золоте после достижения заветного металла можно ставить огромный крест, но лично я с этим был категорически не согласен, продолжив его дупликацию. Дальнейшего проку от него не было никакого, но и отказываться от халявного золотишка было как-то не по «нашему». Поэтому я не постеснялся выделить под него отдельный уголок, после чего начал складировать мою прелесть. Дальше жадности дело не пошло, в какой-то момент боль всего тела мгновенно вернулась и я оставил очередную блестяшку до следующего раза, но Лепрекон внутри меня продолжал жить, впуская в разум грандиозные планы об золотой застройке. Разумеется, такого рода инсинуации я задавливал ещё в зародыше, повторять учесть золотого Эльдорадо мне было как-то не к месту, так что я посчитал это всё обычной шуткой. Прелесть прелестью, но даже дурачиться надо в меру.
***
Боль во всём теле не прекратилась и на следующий день, но столько ждать и гадать, что да как было уже слишком. Я и так два дня мучился, гадая что же обитает на этом чёртовом дне океана в 50-ти метров от берега, ждать ещё больше не было никакого смысла. По сути, открытие таких огроменных морских обитателей прельстило мне быстрой прокачкой способности, а с ней и новые возможности. Это был слишком лакомый кусочек, чтобы откладывать его хотя бы на секунду дольше.
В общем, хоть прошлый день и прошёл «просто», в действительности всё было несколько сложнее. Закончить металлический стержень для бревна у меня бы физически не вышло, так что я сконцентрировался на утолщении верёвки и корректировки выкованного крюка. Всё прошло без особых сложностей, как-никак дупликацию я теперь использовал практически в каждом своём действии. Единственное, что не было мною утеряно, так это мысль, что железный крюк будет жалко потерять поломкой удилища, но тут я был непреклонен. Второй экземпляр уже был полностью в работе, обещая меня обрадовать пополнением на следующий день, так что следовало на это пойти сугубо из самых «не сомнительных» побуждений.
Немного позанимавшись для проформы и чтобы привыкнуть к боли после работы с молотом, я был готов к предстоящей Рыбалке. Сперва решил проверить прочность и эластичность крючка на практике поимки ихтиозавров, дабы точно быть уверен в грядущем успехе. Оседлав на него крабового ковбоя и забросив сударя подальше от пирса, спустя каких-то 50 секунд, рыбка была на крючке. С подтягиванием каната, аналогична как и в первый раз вышли сложности в управлении, но всё приходит с опытом. Так и тут, только я успел разогреться, имитируя своими плясками «родео», всё было уже кончено. Рыбка в этот раз попалась помельче, да и особого «характера» за нею не следовало. Сегодня я был предусмотрительней, поэтому к умерщвлению моего будущего ужина подошёл несколько лаконично. В прошлый раз попасть поглощением ровно в тело, а не по верёвке или крюку было чистой воды везением, потому здесь и сейчас я использовал старый «дедовский» способ. Просто херачил палкой.