Я не влюблюсь в тебя снова (СИ)

— Я переодел тебя. Мне кажется, платье с корсетом - это очень неудобно. Я же не…
Он не успел договорить, потому что в него полетела подушка, запущенная мной. С точностью снайпера я попала ему прямо в лицо, от неожиданности он не успел среагировать. Он скинул её на пол, как и все остальные, которые лежали между нами. Зачем он сбросил все подушки на пол?
— Я ничего не видел, — заверил он меня, закрывая свои глаза руками, но при этом в щелки между пальцами я видела его довольный взгляд.
Я не знала злиться мне или плакать, а может вовсе стоит посмеяться. Я представила себе эту картину: Чимин переодевает меня с закрытыми глазами.
Как он смог развязать корсет?
Я смотрела на его невинное личико и практически поверила в чистоту его побуждений, пока он не пробубнил:
—А у тебя очень красивое тело…
Моя рука потянулась к подушке, чтобы кинуть в него, но все они были на полу с его стороны. Осмотревшись по сторонам, я поняла, что мне нечем в него швыряться.
Предусмотрительный гад…
В дверь постучали, и я замерла: это был голос Ханны, она попросила, чтобы я открыла дверь, которая была закрыта на засов изнутри.
— Минутку…
Я шикнула на Принца и затолкала его под кровать, а сама пошла открывать дверь. Я поторапливала Ханну, чтобы она, как можно быстрее, закончила меня собирать, а после потянула за собой с предлогом позавтракать в оранжерее, чтобы Чимин покинул мою комнату без свидетелей.
***
Утро Чимина, как обычно, началось с просмотра писем и, когда он открыл очередное, нахмурился — это было приглашение на день рождения Пенелопы Элфорд, но это приглашение отличалось от обычных и больше напоминало любовное письмо, что очень сильно его раздражало . Он не собирался идти на этот банкет, пока не узнал, что Аделисия тоже там будет, и решил, что обязательно сопроводит её.
Пока он был погружён в мысли о своей невесте, в кабинет бесшумно вошёл парень-неведимка и отдал отчёт о проделанной работе — найти отравителя. Но это оказалось намного сложнее, чем себе представлял принц. Его расследование никуда не привело, как будто все свидетели провалились сквозь землю. Если быть точнее все улики указывали на него самого, но он не причастен, и дворецкий, кому был отдан приказ о цветах, не знает откуда ядовитые цветы взялись в комнате Аделисии.
Чимин также не исключил возможности причастности к отравлению и своих бывших любовниц. Но они были абсолютно чисты, даже та, которая больше всех была привязана к нему. Его люди десять раз перепроверяли всю информацию и каждый раз заходили в тупик и приходилось начинать с чистого листа.
И сейчас, с приглашением на день рождения Пенелопы, под его подозрения попала и она, но обдумывая это, Чимин понял, что если подозревать каждого встречного, то это ещё больше запутает расследование. Казалось, у Пенелопы был мотив, но Аделисия была уже отравлена на момент появления Элфорд во дворце. Кто из дворцовых будет помогать приёмной дочке графа из соседнего государства? Никто.
Если так хорошо замели следы, значит это кто-то очень влиятельный. Как я или могущественней.
В Восточном государстве таких было немного: герцог Мин, Король, Королева и Минджун. Первые трое изо всех сил стараются поддерживать мир, а вот Первый Принц…
Но какой у него был мотив? Насолить мне? Обвинить меня в смерти невесты?
Чимин приказал следить за братом сутками и доставлять полные ежедневные отчеты о всех его действиях, даже самых незначительных, а сам отправился в Западное государство, свалив всю остальную работу Наследного Принца на своего помощника.
Чимин приехал и разместился у герцога Уилтшир, впервые в жизни. Ему было интересно, как проводит свои дни Аделисия, она была единственной за кем не наблюдали его люди: он хотел сам видеть и наслаждаться её красотой. И каждый раз ему приходилось с усилием сдерживать себя: он безумно хотел её поцеловать, познать её тело на вкус, услышать сладкие стоны и как её тихий голос шепчет его имя. Он желал её всем телом и душой. Но любовь ужасная штука, она загоняет в рамки даже самых порочных.
 
И, когда эти рамки были разрушены самой Аделисией, внутренний зверь вырвался наружу и хотел поглотить её полностью, без остатка. Чимин наслаждался каждым прикосновение к её коже и телу, это было несравнимо с теми с кем он проводил ночи без любви — там он просто утолял свои потребности.
Он был уже на пределе, когда нёс её на кровать, но, когда его будущая жена сказала, что не готова, он замер, не желая причинить ей боль, не потерять то, что уже имел, он затолкал зверя обратно в клетку. Ему пришлось нелегко, и поэтому он решил подразнить Аделисию.
Он знал, что она откажется спать с ним, и ,когда она заснула, он тихо перенёс её обратно. Ему пришлось переодеть её: он аккуратно стянул с неё платье, а когда дело дошло до корсета, он нервно сглотнул и стиснул зубы, развязывая его. Он любовался её телом, боясь прикоснуться к ней. Его тело вновь начало разогреваться и твердеть, тогда он незамедлительно снял с себя рубашку и надел на неё.
У неё крепкий сон.
Чимин лег рядом и уснул, обнимая Аделисию.
***
Вчера мне пришло приглашение на конную прогулку от Фредерика Остин. И, естественно, Чимин поехал со мной, не обращая внимание на то, что его никто не приглашал. Я ещё не простила его за то, что он раздел меня пока я спала, а он всеми способами пытался загладить вину, и когда он узнал что я собираюсь на прогулку с другом, он сказал, что давно мечтал прогуляться со мной на лошадях. Я пыталась слегка намекнуть ему, что это встреча друзей, но он как будто меня не слышал и я сдалась: какой же он упрямый.
— Аделисия, привет… Ваше Высочество? — Фредерик посмотрел на меня вопросительно, он не сразу заметил Чимина, который стоял за деревом, а я в ответ лишь пожала плечами.
Прости… Я не виновата.
— Меня пригласила МОЯ НЕВЕСТА, чтобы я составил вам компанию.
Он выделил «моя невеста», как будто Фредерик претендовал на моё сердце, а Чимин напомнил ему, что я помолвлена. Я же безмолвно открывала рот, как рыба выброшенная на берег: моему возмущению не было предела. А мой друг отреагировал на это спокойно.
— Я очень рад, что Вы составите НАМ (хорошим друзьям) компанию, так будет веселее, — Фредерик улыбнулся, говоря эти слова.
Кажется, я поспешила с выводами…
Несмотря на это прогулка вышла замечательной, освежающей… Хотела бы я так сказать… Всю дорогу чувствовалось напряжение между этими двумя, их беседа напомнила мне мой разговор с Викторией.
Домой я вернулась уставшей с дёргающимся глазом, а я так мечтала отдохнуть и расслабиться перед подготовкой к моему дню рождения. Осталось всего десять дней и я сама начала составлять меню и руководить подготовкой гостиной и спален.
В это время ко мне никто не подходил без надобности, даже Чимин. Во всём особняке царила суматоха: горничные носились туда сюда; дворецкий, обычно спокойный, кричал; садовники по линейке обрезали кусты; а на кухне во всю кипела работа с пробными блюдами, и именно тут я проводила больше все времени, пробуя и выбирая блюда.
Всё было закончено за три дня до даты моего взросления, и в этот день приехал Юнги. Я ждала его около входа, переминаясь с ноги на ногу, в нетерпении увидеть его. Я не обращала на Чимина и отца внимание, которые тоже вышли встретить его, и молча смотрели на мои «танцы».
Наконец на территорию поместья заехала карета с гербом герцога Мин на дверях и вскоре остановилась. Забыв весь этикет, я сорвалась с места и бежала на встречу к другу с распростёртыми руками, никто не стал останавливать меня. Приближаясь, я увидела нежную улыбку Юнги, и, в ответ на мои действия, он тоже расставил руки в стороны. Мы столкнулись, а он поднял меня как пёрышко, покрутил вокруг себя и поставил на место, а после похлопал по голове, как послушную девочку.
Я развернулась на приближающиеся шаги и невольно посмотрела в лица мужчин: лицо отца было холодным, как всегда, а Чимин слегка улыбнулся и после герцога пожал Юнги руку.