Вниз по течению 2 (СИ)

— Для тебя и такого ответа достаточно.
Хадар кривовато ухмыльнулся, показывая: выёживайся, выёживайся — всё равно будешь делать по-моему.
— Что же, — сказал, как ни в чём не бывало: — Не забудь, отправляешься сегодня.
Вишневский развернулся, пошёл к двери. Проходя мимо гобелена, дёрнул его так, что сорвал. Рывком распахнул дверцу потайной комнаты. Даяна испуганно вскрикнула, взглянула на Хадара. Он развёл руками.
— Можешь выходить, — сказал ей Вишневский.
Она так растерялась, что, кажется, впервые в жизни не нашлась, что ответить. Переступив через гобелен, лодочник вышел из кабинета и хлопнул дверью.
— Откуда он узнал? — спросила Даяна, выбираясь из комнаты.
— Не знаю, догадался, — раздражённо откликнулся Хадар.
Она выглянула в коридор, убедилась, что Вишневский ушёл, и приблизилась к Хадару.
— А теперь всё тоже самое, но для меня.
«Как было бы хорошо, если бы ты куда-нибудь исчезла», — подумал Старший агент.
— Про то, что девчонка может сама формировать сны и руководить ими — это была шутка?
— Нет, Даяна, это не шутка.
— Вил тебе в бок! — пробормотала она, прошла по кабинету от стола к окну и обратно, теребя пояс платья. — Что об этом думает Колдун?
— Он удивлён, говорит, что прежде с таким не сталкивался. И, — Хадар взглянул на неё исподтишка, — хочет получить её к себе в Орден.
Даяна едва зубами не щёлкнула от ярости. Она считала, что заполучить в Орден должны хотеть только её. На лице любовницы отразилась вся гамма низких чувств: от зависти и презрения до страха стареющей женщины перед молодой соперницей.
С этим нужно было что-то делать. Хадар слишком хорошо знал Даяну, чтобы не догадываться о её планах. Повлиять на исход турнира она, конечно, не может, но способна сделать так, что Мира не попадёт на турнир. В арсенале Даяны было достаточно средств, чтобы устранять неугодных: от отравленных шпилек для волос до ядовитых порошков, которые подсыпаются в воду.
— Хадар, я не понимаю, что за игру ты ведёшь! — говорила, между тем, любовница, гневно расхаживая по кабинету. — Сначала ты убеждаешь меня стать наставницей Алексы, чтобы вернуть расположение Колдуна. Теперь устранил Вишневского и сам станешь наставником его подстилки. Признайся, ты хочешь меня уничтожить?
Её голос задрожал от злых слёз.
— Нет же, королевна, нет! Я действовал и буду действовать только в твоих интересах! Ты же знаешь, как я тебя люблю, — Хадар поймал Даяну в кольцо рук, прижал к себе, чувствуя исходящий от неё пряный запах духов.
Она в смятении взглянула в его лицо:
— Тогда что всё это значит? Почему ты сказал Вишневскому, что сам станешь наставником девчонки?
— Надо же было что-то ему сказать, чтобы он, наконец, уехал в Лес! Сама слышала, на этого упрямца ничего не действовало.
Судя по лицу Даяны, она не поверила.
— Но кто, в таком случае, будет её наставником? — спросила она. — За такой короткий срок мы не сможем найти кого-то другого.
Хадар посмотрел на неё с прищуром:
— Как насчёт тебя? — спросил он.
— Меня?!
Он кивнул.
— Я не хотела быть наставницей даже для одной, а ты говоришь про двух!
Хадар погладил её по щеке, словно норовистую лошадь, ласково произнёс:
— Став наставницей для обеих, ты в любом случае будешь в выигрыше. Кто-то из девочек да победит. А в случае, если победительницей станет Мира, и её заберут в Орден, ты будешь с ней, как наставница.
Он едва не сказал, при ней, но вовремя поправился. Такого любовница бы точно не потерпела.
Он увидел, что предложение ей нравится: взгляд потеплел, на губах заиграла улыбка, руки легли на плечи Хадара.
— Ну, пожалуй, что-то в этом есть, — промурлыкала Даяна, становясь мягкой и покладистой.
«Не что-то, а твоя единственная возможность снова оказаться в Ордене», — подумал Хадар.
Он знал, что ей об этом известно, хотя Даяна скорее язык себе откусит, чем признает, что её звезда в качестве самой желанной женщины Колдуна закатилась. Теперь она может быть только бесплатным довеском к подающей надежды Мире.
— Что-то есть, — шутливо проворчал он вслух. — Ты даже не представляешь, как тяжело было втюхать Колдуну девчонку.
 
— Её способности не такие уникальные? — спросила она со злорадной улыбкой.
— Гораздо скромнее твоих, королева.
Это было именно то, что Даяна хотела услышать. В её глазах появилось хорошо знакомое ему блядское выражение. Благодарить Даяна умела только одним способом, Хадара он вполне устраивал. Женщина медленно сняла с него френч, на мгновение задержалась взглядом на прикреплённом к запястью чехлу со стилетом, но сделала вид, что не заметила его. Хадар подтолкнул Даяну к столу, сжал в ладонях её упругие ягодицы.
— А что произошло на Острове Серой Хмари? — спросила она, отступая шажок за шажком, пока не упёрлась в столешницу.
Меньше всего Хадару хотелось сейчас разговаривать. Повернув Даяну к себе спиной, он перегнул её на стол и поднял лёгкие многослойные юбки. Женщина упёрлась плечом в фигурку Первого хранителя, хотела смахнуть её со стола, но Хадар приказал:
— Не трожь!
Даяна с усмешкой покосилась на него через плечо, однако, почувствовав, что он серьёзен, убрала руку от фигурки. Хадар овладел любовницей по-походному быстро, затем достал из растрепавшейся причёски цветок хризантемы. Даяна разогнулась, пробормотав «Мужлан!» опустила юбки, развернулась. На столешнице осталось влажное пятно от её дыхания. Хадар с улыбкой протянул ей цветок.
— В знак моей любви, — сказал он.
— Очень смешно! — фыркнула Даяна, но цветок взяла.
— Я сейчас подумала, что если победит Алекса? — спросила она через мгновение, вертя в пальцах хризантему.
— У неё есть шансы?
— Физически она сильнее, а на ристалище это многое значит, — Даяна начала обрывать у цветка лепестки. — Больше всего меня бесит, что мы не можем повлиять на исход турнира.
— Давай будем решать проблемы по мере поступления, — Хадар взял из её рук хризантему и воткнул в корсаж платья.
Он уже знал, в какую сторону заработала её мысль: повлиять на ход турнира нельзя, но можно поменять участницу. То, что она планировала для Миры, теперь перенеслось на Алексу. Он взял её за подбородок, строго сказал:
— Даже не вздумай! Слишком мало времени осталось, за девчонками пристально наблюдают. Если турнир пройдёт не так, как хочется старику, заподозрят в первую очередь нас.
Она потупилась, изображая саму Покорность, но Хадар по опыту знал, что в этой хорошенькой головке, будто в счётной машине, уже прокручиваются различные комбинации устранения Алексы и оцениваются риски.
— Кстати, милая, ты отметила, как Вишневский на собрании отбил твой довод с заменой мокрозявы.
— А? — рассеянно откликнулась она, погружённая в свои мысли.
— Ему известно печальное положение дел с мокрозявами.
— Он блефовал, — беспечно отмахнулась Даяна.
— Исключать такую возможность, конечно, нельзя, но, полагаю, он действительно в курсе.
— Откуда? — она полностью вернулась в реальность. — Хочешь сказать…
— Среди послушников завелась крыса.
Даяна с уверенностью отмела эту мысль:
— Невозможно.
— Почему?
— Хадар, ты просто не понимаешь, о чём говоришь. Ты привык к продажным агентам и лодочникам, в Ордене всё не так!
Её благородная вспышка была настолько неожиданна и даже искренна, что Хадар только изумлённо моргнул. Для Даяны, этой элитной высокомерной дряни, есть что-то важное, кроме собственных сисек?!
— Никто, слышишь, никто из магов не мог стать информатором Вишневского, — уверенно заявила Даяна.
— Ну… У каждого правила есть исключения. Может он или травница, с которой он сейчас живёт, оказали какую-то услугу…
 
В глазах Даяны сверкнула догадка.
— Да! — торжествующе воскликнула она.
Хадар вопросительно поднял брови.
— Берта, моя служанка. Я слышала, она лечит мужа у этой… травницы. Так она мне говорила, когда однажды её видели возле дома Магды.