Маленькая хозяйка волшебной лавки (СИ)
— Алена, что делать с теми ракушками? — передо мной появился совершенно озадаченный Форст. — Соня принесла их и высыпала в ванной на полу.
— Их нужно помыть с каким-нибудь сильным чистящим средством, а потом хорошо прополоскать и высушить. Я собиралась сделать это сама, но если ты не против…
— Я сделаю, — управляющий кивнул и, заложив руки за спину, двинулся к лестнице.
— Хочешь посмотреть оранжерею? — крикнула Наталья, выглянув из столовой.
Оранжерея… Ах, точно! Госпожа Ильстон ведь оставила мне двадцать три редких растения.
Это ненадолго отвлекло меня от мыслей о Рангорде, но я все равно время от времени замирала, вспоминая его улыбку и взгляд. Мужчина смотрел на меня с такой нежностью, какой я не видела никогда ни в чьих глазах, и это подкупало. А еще заставляло мое сердце биться чаще, ладони потеть, а улыбка не сходила с моего лица, наверное, ни на секунду.
— Алена?
Я вздрогнула, поняв, что мы уже поднялись в оранжерею, а я стою наверху лестницы и, глупо улыбаясь, смотрю в потолок.
— Вот здесь инструкция, — Наталья протянула мне потрепанный толстый блокнот в синей обложке. — Двадцать три абсолютно разных растения из разных концов Молота и даже из других миров. К каждому из них нужен свой особый подход…
Мансарда была наполовину стеклянной, что позволяло солнечному свету проникать в каждый уголок помещения. Кадки с растениями стояли на невысоких постаментах, над каждым из них в воздухе кружились сияющие огоньки. Здесь же неподалеку стояла пузатая бочка с прохладной водой, садовые принадлежности в деревянном ящике, перчатки и распылитель.
— Например, вот это, — Наталья указала мне на высокое пышное растение с фиолетовыми листьями, — галисин, растение из далекого мира Вайдерлот. Говорят, что того мира уже и нет вовсе, но это лишь слухи. Растение привез один из немногих Путешественников, который смог оттуда выбраться.
— Что-то не так с тем миром?
— С ним все не так, — усмехнулась женщина, бережно протирая тряпочкой сиреневый лист. — Это мертвый мир, где веками длится противостояние добра и зла. По легенде, однажды в Вайдерлот попала девушка…
— С Земли?
— Нет, из другого магического мира. Ты ведь знаешь, что все миры испещрены порталами?
— Слышала, да.
— Та девушка из магического мира, название которого нигде не было написано. Не знаю и ее имени, в легенде не упоминалось, но вот это растение в Вайдерлоте служило чем-то вроде магического сосуда. Магия тот мир давно оставила и только в тех местах, где росли галисины, она проявлялась. По легенде та, попавшая в Вайдерлот девушка, смогла вырастить галисины на всей Темной Стороне Вайдерлота, она дала жизнь тем землям, а сама сумела вернуться домой, когда за ней пришел ее любимый. Он сумел открыть портал в Вайдерлот благодаря галисинам только спустя сто лет разлуки.
— Вот это да, — я завороженно смотрела на сиреневый кустик. Обычное растение вдруг стало в моих глазах чем-то таким, что стоит беречь и передавать по наследству. — Но как же они провели друг без друга целый век? Та девушка, она была бессмертной или что-то вроде того?
— Вовсе нет. Просто в Вайдерлоте время течет иначе. Поэтому и порталы в него слишком сложные, когда, например, в Молоте проходит одна секунда времени — в Вайдерлоте несколько часов.
— Это очень интересная история!
— За каждым из этих растений есть захватывающая история, — улыбнулась Наталья, закончив вытирать пыль с листов галисина. — Госпожа Ильстон всю свою жизнь работала преподавателем на факультете Путешествий и ее очень любили адепты, что позволило ей получать некоторые любопытные вещицы в дар.
— А почему она не смогла забрать все эти растения с собой?
— Сама госпожа Ильстон и ее муж уже довольно пожилые люди, а наследство оставить им некому. Дочка погибла много лет назад, с тех пор детей у них не было.
Я не стала спрашивать причину смерти девочки, мне было бы сложно переварить эту информацию, поэтому я переключила свое внимание на растение в маленьком цветочном горшке. Листья его были колючими, а корни шевелились.
В оранжерее мы с Натальей провели много времени. Она рассказывала мне истории обо всех этих растениях, а я не переставала удивляться каждому ее слову. Когда я узнала так много интересного про оранжерею в моем доме, то решила, что ни за что не смогу расстаться с ней.
Когда мы с кухаркой спускались на второй этаж, нас перехватил Форст и сообщил мне, что Соня заснула, а он перемыл все ракушки.
Наталья ушла на кухню, чтобы приготовить обед, а я отправилась в банную лавку.
Прожив в Листоне так мало времени, я все равно чувствовала, что здесь мой дом. Мне так сильно нравился этот город, его климат, его природа! Я брела до торговой улицы, улыбаясь солнышку, и со стороны наверняка выглядела умалишенной, но мне было все равно. Мне хотелось кричать о том, как я теперь люблю свою новую жизнь, но не позволила себе пугать соседей.
Кстати, о соседях. Я всю дорогу чувствовала на себе их взгляды. Женщины были самыми любопытными, они даже подходили к воротам, чтобы посмотреть на меня, при этом делая вид, что кого-то ждут. Я приветливо улыбалась им и соседки тут же терялись в садах.
Что ж, их можно понять, город такой крошечный, где все друг друга знают, а тут новая жительница. Разве можно пропустить такое мимо своего внимания?
Банная лавка обнаружилась мной сразу же и задерживаться я в ней не стала. Купила несколько разных флаконов с шампунями и маслами, одну упаковку кускового мыла, два флакона с очищающей пеной для рта и вышла на свежий воздух. В банной лавке стоял очень уж тяжелый аромат, пусть и приятный, но находиться в помещении, где продают множество пахучих средств, дольше пяти минут не хотелось.
По дороге домой я остановилась у одного из помещений, вход в который был заперт и завешен полотном. “Сдается в аренду” было написано на нем крупными черными буквами, а чуть ниже этой надписи — адрес владельца. Я качнула головой, усмехнувшись своим мыслям, и двинулась мимо лавки.
Остаток дня я провела в каком-то неведомом мне ранее блаженстве. Мы с Соней, Форстом и Натальей решили перенести обед из столовой в беседку, а после обеда вытащили пледы на берег озера и загорали.
Соседи, если проходили в это время мимо нашего дома, наверняка будут обсуждать не один день то, что прислуга новой жительницы Листона так вольно себя ведет. Для меня же Форст и Наталья не были просто прислугой, я их считала своим друзьями, несмотря на то, что знакомы мы всего ничего.
Когда пришло время собираться на ужин к Рангорду, я вдруг испугалась. Сидела на постели в своей комнате, поглаживая платье из красного шелка, и едва сдерживалась, чтобы не заплакать от нервов.
Стук в дверь заставил меня подпрыгнуть на постели, отбросив платье.
— Войдите!
— Алена, — в дверной проем заглянула Наталья. — Я лишь хотела узнать, как твои дела. Ты ушла уже час назад… тебе нужна помощь?
— Спасибо, нет, я почти готова, — я мотнула головой, попытавшись улыбнуться, но волнение на моем лице выдало меня с головой.
— Ты нервничаешь? Отчего же?
— Рангорд, он… — я нервно прошлась по комнате, заламывая руки, и упала в кресло у окна. — Я не могу пойти к нему.
— Почему? Это ведь просто ужин.
— Просто ужин вечером в его доме наедине… Наталья, мне ведь не пятнадцать, я уже не верю в простые ужины.
— Вот именно, тебе не пятнадцать, — кухарка посмеялась, прикрыв рот ладонью. — Разве тебя пугает то, что может произойти?
— Меня пугает не то, что последует за этим. Я боюсь снова довериться кому-то, я просто не могу! У меня дочь, я должна думать о ней и о ее будущем…
Я снова вскочила, выглянула в окно. Солнце клонилось к закату, поверхность воды уже окрасилась в янтарный и вот-вот наступит ночь — время, когда люди творят самые безумные вещи. То, чего я не стала бы делать днем, вполне могу позволить себе ночью… И это пугало.
— А хочет ли Соня, чтобы ты забыла о себе? — Наталья подошла к окну и остановилась рядом со мной. — Рангорд кажется замечательным, не находишь?