Песнь алых кленов. Том 1 (СИ)

Лин Ху опомнился, быстро позвал меч, Фа Ханг вскочил на ноги. Сумерки и в самом деле были живыми — они стояли у кромки барьера, у них были косматые руки, косматые ноги, рост выше барьера и голова, исчезающая где-то в плечах. Сумерки подняли огромные кулачищи над барьером, словно к барабану примерялись.
***
Ян Шанюан не узнавал этого места. Вряд ли от того, что за двести лет оно превратилось в руины — он сам поспособствовал этому и в первых рядах громил этот дворец в горах. Просто очень много усилий было потрачено на то, чтобы забыть.
В руинах еще жили низшие демоны, но при виде учителя они попрятались. Демон Лан Цжао нравилось жить почти в отвесных скалах. Он любил наказывать людей так же, как боги наказывали демонов — он был настолько силен, что поднимал всю эту гору, загонял человека под нее и говорил: «Посмотрим, выдержишь ли ты небесное наказание». Он так и называл это — небесным наказанием. Ян Шанюан был тем, кого однажды бросили под гору. Демон был уверен, что мальчишку раздавит, но к тому моменту у Ян Шанюана уже была сила, данная богом смерти. Хотя все равно пришлось нелегко те несколько дней, пока его не пришли спасать…
Теперь Ян Шанюан, выглядевший сказочно среди этого нехорошего места в своих белых одеждах, повзрослевший, стоял на утесе и осматривался. Он ошибся. Он отчего-то решил, что Лан Цжао будет использовать свою старую резиденцию, которую Ян Шанюан разнес на заре своей юности. Но тогда оставался вопрос, где теперь искать демона?
Ян Шанюан развернулся, размышляя о том, куда пойти, когда раздался слабый мужской голос:
— Это и правда ты. Даже не верится… А лет-то он тебе достаточно накинул…
Ян Шанюан даже много времени спустя узнал этот голос. Не показав своего замешательства, он в три прыжка спустился с высокой скалы, мягко приземлился к ее подножью, сложив руки перед собой. Из-под горы торчала одна только косматая голова Лан Цжао. Ян Шанюан стоял прямо напротив демона, смотрел на него удивленно, словно снова стал ребенком, который впервые видит темное создание и еще не знает, что это такое.
— Чего уставился? — спросил Лан Цжао и фыркнул. Его клыки и раньше выпирали как у кабана, теперь выросли выше лба. Волосы отросли так, что стелились по земле, образовав небольшой ковер. Вместо одного глаза у демона была дыра, а подбородок врос в землю. — Чистенький… Живой. Ты ни разу за все это время не почтил старого друга своим присутствием, а тут решил прийти. Посмеяться?
— Что происходит? — спросил Ян Шанюан. Демон подумал, пожевал клыкастым ртом, скривился и собирался сказать еще что-то грубое, но не выдержал и засмеялся.
— Ты правда поверил? Что триста лет я вел себя тихо, а тут решил повторить прежнюю историю? Потому что до этого не интересовался тем, что тут происходит? Ян Шанюан, зачем мне баба? Все мое тело ниже шеи — каша. Что я могу с ней сделать? На клык надеть?
— Зачем? — спросил Ян Шанюан. Он оставался спокоен, только губы бледнели. Он уже догадывался. Демон пожевал, попытался подвигать вросшей головой. Крайне довольный собой, он ответил:
— Они сказали, что у тебя под опекой какие-то детишки. Надеюсь твои… Говорил же, другую себе найдешь. Так вот, они отправились за твоими детишками. Думаю, их уже перебили…
— Что с девушкой?
— Я же сказал, она мне не нужна. Ее просто в лес отвели и там бросили. Если местная, то сама вернется. Или свои же найдут… Она нужна была только чтобы ты…
Ян Шанюан не стал слушать. Он снова в несколько прыжков добрался до верхушки скалы, подбросил в воздух меч, встал на него и сорвался с места белой молнией.
***
На церемонии присутствовала толпа: все в клановых одеждах. Выглядело потрясающе: синие цвета клана Тьен с одной стороны, желтые одежды клана Лей с другой и в центре этого молодожены в красном. Невеста была ниже Тьен Сина на полторы головы. Когда пили свадебное вино, ей пришлось тянуться, а ему чуть опуститься к ней. Щеки невесты были краснее ее одеяния, а глаза сияли ярче, чем вино в чаше. Тьен Син засмотрелся на это, потянулся принять вино из ее руки и вдруг ощутил, как всего его перетряхнуло. Знакомое чувство. Словно он был старым деревом в лесу, которое давно сгнило и теперь решило упасть. Он уже не мог взять себя в руки — все так же глядя в лицо невесты, он громко кашлянул, забрызгав кровью ее руки, платье, чарку и вуаль. Чашка в его руках выпала, так же испачкав ее ханьфу. Тьен Син покачнулся, попытался схватиться за стол, но промахнулся и на глазах у нескольких сотен гостей рухнул около алтаря. В гробовой тишине послышался грохот — это ухватился за стол Тьен Жонг, глава клана. Постоял так, вытер с губ так же хлынувшую горлом кровь и заговорил:
 
— Пожалуйста, помогите сыну прилечь. Ему нужен врач, но он будет вскоре здоров. Три поклона совершены, свадьба совершена. Мы запечатали сильного демона в пустынных землях. А теперь барьер рухнул и это ударило по моему сыну… Продолжайте праздник. А я отправлюсь покончить с демоном.
Тьен Жонг, глядя в пол, достал меч, отправился к пустой площадке, с которой мог лететь, никого не задев. Невеста в это время помогла Тьен Сину приподняться, и тот взвыл:
— Отец! Стой! Отец! Да остановите же вы его! Не отпускайте его! Кто-нибудь!
Клан Тьен не двинулся с места — они не понимали, что происходит и не хотели перечить главе. Тот шел хромая, но уверенно. Он не приказывал никому сопровождать его. Невеста забеспокоилась, но ее тихое: «Пожалуйста, остановите его!» — утонуло в начавшемся волнении.
— Мама! — позвал Тьен Син. Женщина с западной внешностью и темно-русыми волосами уже бежала к нему. За руку она тащила старика лекаря. — Нет, мама! Не ко мне! Останови отца! Быстрее! Иначе произойдет непоправимое!
Женщина замешкалась. Ее ждал сложный выбор между больным сыном, который не мог подняться и уже истекал кровью из рта, носа и мужем, который собирался убить какого-то демона. Демон был так опасен? Тогда почему она раньше не слышала об этом? Почему барьер, который закрывал демона, не отозвался в Тьен Сине как в ее муже, а выбил его настолько?
Она обернулась, посмотрела в удаляющуюся спину мужа. Лекарь обогнал ее и теперь сам спешил к наследнику. Догадка обожгла ее яркой вспышкой. Тьен Жонг уже выбрал площадку, вспрыгнул на меч. Она побежала обратно — от сына к мужу, на ходу отобрав меч у одного из охранников клана Лей. Нельзя было потерять мужа из вида. Она уже поняла, с каким именно демоном тот собирался расправиться.
Глава 7. Барьер сломан, очередь за Лин Ху
Кто-то звал его.
— Лин Ху! Лин Ху, открой глаза!
Это было не его имя. Его звали по-другому, зачем кому-то называть его Лин Ху? Разве Лин — не фамилия учителя?
Он открыл глаза и почувствовал, как упало сердце. Кругом был вихрь, образованный его оружием — кнутом. В эпицентре оставалось пространство размером с небольшой зал, в котором плотно друг к другу прижимались дети и старики. Тьен Ю стоял у края этого нового барьера и смотрел, как в разрушенный зал прибывает все больше и больше вражеских заклинателей. Змеи хватали обломки и швыряли в чужаков, но те быстро отбивали их. У Тьен Ю перед глазами плясали разноцветные круги, его за плечи поддерживал Лю Шэн, его давний друг и ровесник. Ноги подкашивались, но он не мог потерять сознание сейчас. Он плохо соображал и не знал, чего добивается — вряд ли враги уйдут. Дети рыдали навзрыд, слуги молили держаться. Люди в круге были оглушены, напуганы, слабы. Некоторых втащили сюда без сознания.
Родители говорили Тьен Ю, когда уходили, что война — удел взрослых. Тогда зачем сюда пришли враги? Это было нечестно, бесчеловечно.
Заклинатели за кругом стали пробовать барьер мечами — те ударялись об него и отлетали обратно уже неуправляемые, некоторые задевали хозяев. Но Тьен Ю ощущал и боль оружия. Оно тоже теряло силы и сейчас держалось только на его, детских остатках.