Без вздоха полночь (СИ)

Я тряхнула головой. Да! Нужно бросить всё к чертям собачьим и возвращаться в Россию. Отец обязательно что-нибудь придумает. Вот только как быть с Вадимом?
Мой угрюмый начальник пристроился на низкой скамейке у дверей, глубоко обиженный тем, что его не удостоили аудиенции. При виде нас он оживился.
– И что сказала ведьма?
Я пожала плечами.
– Сказала, что мне нужно бежать. Наверное, так и сделаю. ― Порывшись в кармане, вытащила Хронос. ― Вот, возьмите, кажется, свою миссию я выполнила.
Шеф уставился на меня, словно видел впервые.
– Что случилось, Дарья? Чего такого наговорила тебе эта гм… бабушка?
Саид оттеснил моего начальника и указал на дверь.
– Ей нужно бежать. Дорах велела. Если медлить, зло не отпустит девушку. Держать пески Дорах сможет только до заката, а путь неблизкий.
Вадим тряхнул головой.
– Ничего не понимаю.
Я протянула руку.
– Прощайте, товарищ генерал. Желаю удачи в раскопках и счастья в личной жизни.
Выйдя из дома, поспешила за торговцем, который теперь бежал вприпрыжку, огибая многочисленные строения. Вадик не отставал.
– Дарья! Ты можешь объяснить толком, что случилось? Возможно, я смогу что-то придумать?
– Спасибо, уже придумали. Придумали притащить меня сюда.
– Дарья! Не выпендривайся. Ты нужна тут.
– Ага! Только в виде кого? Мне ещё дорога моя голова. ― Резко остановившись, я развернулась и посмотрела начальнику в глаза. ― Я та самая, двенадцатая. Понимаешь? Скажи, ты специально привёз меня сюда? Возможно, ты служишь древнему злу, а я, наивная, поверила, что у тебя иные цели.
Выпалив это на одном дыхании, я подтянула шорты и помчалась за Саидом. Шеф отшвырнул пакеты и дёрнул меня за руку, поймав на лету. Я потеряла равновесие и тут же оказалась в его крепких объятьях. Уткнувшись носом в широкую грудь, я с наслаждением ощутила запах любимого мужчины. Да, он стал любимым и необходимым. Меня влекло к нему не тело. Я чувствовала нечто большее, какое-то родство душ. Возможно, мы были знакомы в прошлой жизни или несколько жизней назад, но ощущение некой предначертанности становилось с каждым днём сильнее.
– Как ты могла такое обо мне подумать? Это же самая большая глупость, которую ты когда-нибудь выдавала. ― Он немного отстранился и поднял мою голову за подбородок. ― Маленькая глупая девочка. Я бы никогда не смог подвергнуть тебя малейшей опасности. Если ты считаешь, что должна вернуться в Россию, мы отправимся туда вместе.
Моё напряжённое тело обмякло в его огромных руках.
– Нужно найти ответы. А дать их мне может только отец.
Вадик рассмеялся.
– Значит, в аэропорт?
– И, чем быстрее, тем лучше.
Не думая ни минуты, мой неугомонный шеф собрал пакеты с обновками и потянул за собой.
Саид быстро завёл машину и кивнул, приглашая занять пассажирские места. В отличие от внедорожника Вадима, неказистый на первый взгляд автомобиль оказался весьма резвым. Мало того, с работающим кондиционером.
Большое начальство дозвонилось Тимофею, озадачив его отогнать собственное транспортное средство по месту постоянной дислокации, и пригрозило невиданными миром карами всем, кто-то сунет нос в пещеру.
– Вот видишь, Дарья, всё решается быстро и просто.
Мы мчались среди жёлтых барханов, а я вдруг ощутила, что пустыня затихла, и даже солнце из яркого пылающего диска превратилось в тусклую лампочку под потолком. Скудная растительность, пробивавшаяся по обе стороны дороги, даже не шевелилась, а это значило только одно. Ветра не было. Вообще.
– Рассказывай, Дарья, что узнала от ведьмы.
Я кокетливо пожала плечами.
– Ничего конкретного. Дорах считает, что в этих местах обитает древнее зло, которое требует очередную жертву. Именно оно и привело меня сюда. Именно я и стану той, последней, двенадцатой. А потом начнётся вселенский хаос.
Вадим задумался.
– Не могу чётко сформулировать свои мысли, но то самое, седьмое чувство, подсказывает, что в этом просматривается какая-то связь. Всё дело в отсчёте времени. Двенадцать знаков на часах, двенадцать месяцев в году, каждые двенадцать лет меняются лунные исчисления. Именно эти исчисления и дают Хранителям возможность вносить свои поправки.
 
– Хранителям? ― вот же чёрт, как я забыла донести до шефа столь важную информацию? ― Дорах считает, что Хранителей нет. Они могли бы помочь, но их не осталось.
Начальник выгнул бровь.
– Ты это о чём? Я лично разговаривал с одним из них. Наверное, ведьма ошиблась.
Саид оторвался от дороги и присоединился к беседе.
– Дорах никогда не ошибается. Древние племена вымирают, знания уходят. Старуха сильно сдала за последнее время, но её разум остался светлым, а дар ясновидения только усилился.
– Что это значит? ― по моей спине опять пополз противный холодок.
Водитель усмехнулся.
– Были времена, когда она могла остановить песчаные бури, находила людей, потерявшихся в пустыне, точно указывала, где располагаются подземные резервуары с водой. Теперь же эти чудеса ей не подвластны. Слишком много сил отнимают. Но заклинательница никогда не ошибается в предсказаниях.
Вадим пожал плечами.
– Пусть так. Надеюсь, в России мы что-нибудь придумаем. Во всяком случае, ты, Дарья, обретёшь спокойствие и уверенность. Если получишь опровержение своим страхам, вернёмся вместе, если нет ― я привезу Хронос и отдам его…
Сильная боль молнией вошла в затылок. В глазах потемнело. И в этот миг странное видение пронеслось перед глазами. Окровавленные мужчины в изодранных одеждах лежали в неестественных позах на каменном полу полутёмной пещеры. Я была в этой пещере и сразу же узнала её. Странное состояние длилось лишь миг. Открыв глаза, я глубоко вздохнула и потёрла виски. Вместе с ощущением реальности появилось чёткое осознание того, что Хранители, действительно, мертвы. Все.
– И отдам его Хранителям. Дарья! Что с тобой?
Я сделала несколько глубоких вдохов.
– Ничего. Так, ерунда всякая мерещится. Нужно поскорее отсюда выбираться.
Мы проехали в полном молчании минут двадцать, когда небо начало темнеть, пряча дневное светило в своих мрачных глубинах. Что это? Солнечное затмение? Вряд ли. Обычно о таком событии трубили все средства массовой информации за несколько дней до начала оного. Прилипнув к окну, поняла, что и погода изменилась. Теперь сухонькие деревца и причудливые кусты кактусов всех видов и форм зашевелились, по обочине дороги покатились скрученные в клубки ветки чертополоха, а сама пустыня пришла в движение. Сначала это больше напоминало мерное покачивание морских волн, но уже через мгновение золотистые барханы ожили и зашумели. Тонны песка вознеслись вверх, закрывая и без того тёмное небо.
Саид вновь прочитал молитву и повернулся в нашу сторону.
– Смерчи. Песчаные смерчи. Самое опасное, что может произойти, но вы не волнуйтесь. Дорах сдержит их.
Боже! Я пожалела миллион раз, что совершенно добровольно во всё это ввязалась. Тихонько заскулив, спрятала лицо на груди своего принца. Вадим заворожено наблюдал за чудесным явлением природы.
– Ничего не понимаю, Дарья, ты только посмотри. Фантастика!
Смотреть по сторонам мне не хотелось. Поза прилипалы казалась максимально удобной и наиболее подходящей, но я собрала всю силу воли и оторвалась от шефа. Да, открывшийся вид был воистину фантастическим. По обе стороны от асфальтированной трассы кружили песчаные смерчи. Они поднимались то там, то сям и приближались к обочине, где замирали, точно часовые. Словно что-то или кто-то ставил невидимый барьер, защищавший крохотный автомобиль, мчавшийся на запредельной скорости по пустой магистрали.
 
– Дорах! Это она держит пески. ― Саид переключил передачу и ускорился. ― Не знаю, как долго у неё это получится…
Когда автомобиль дёрнулся, кашлянул, выехал на полосу встречного движения и замер, выпуская из-под капота струйки сизого дыма, я даже не удивилась, но искренне обрадовалась, что первые ясные мысли появились в голове. Они выразили всё происходившее двумя словами «это конец»! Темнота неминуемо надвигалась, а с ней и количество песчаных воронок, готовых проглотить нас и выплюнуть за сотню километров.