Мой прекрасный враг (СИ)

Решительным шагом двинулась к Ледовскому, а когда оказалась рядом, в привычной манере поздоровалась:
– Привет.
– Ну, привет, – улыбнулся Макс, оглянувшись. Он перестал сметать снег, который активно падал с неба, покрывая город, крыши домов и автомобили белоснежными узорами.
– Сегодня прям зима-зима, – произнесла я, разглядывая пушистые хлопья снежинок, что кружили в воздухе.
– А ты, я смотрю, фанатка зимы, не удивлюсь, что под бой курантов загадала минус двадцать.
– Минус пятьдесят и буран, – хмыкнула я.
– Отличная погода, очень располагает к тактильным делишкам, – усмехнулся Ледовский, явно намекая на что-то пошлое. Мы уселись в салон, где вовсю играли новогодние мотивы, словно Максим специально подбирал их для создания настроения.
– Какие планы? – спросила я, разглядывая разноцветные огоньки, что переливались на панельке в автомобиле.
– Кино, кафе, горы, моя машина. Что тебе больше нравится? – он посмотрел так, словно это наше не первое свидание, а сто пятидесятое. Видимо, тут переживала только я, а Ледовский чувствовал себя абсолютно нормально. Наверняка он успел хорошенько выспаться и не перекатывался ночью на подушке, то и дело поглядывая на циферблат.
– А я думала, ты подготовился.
– Так я подготовился, – широко улыбнулся Максим, продолжая прожигать меня взглядом.
– Тогда какой первый пункт?
– Уважаемые гости, пристегните ремни, наш полет начинается!
  
Глава 30
 
Первым пунктом, действительно, был поход в кино. И как оказалось, Ледовский купил нам билеты в вип-зал на фильм, который, по его мнению, достоин просмотра. Однако в процессе мы поняли, что он немного скучноват, и даже комментарии Макса не смогли особо оживить просмотр. В какой-то момент я поняла, что веки будто налились свинцом. Видимо, сказывался ночной недосып. Еще в помещении было так тепло, а большие кресла казались безумно удобными. Думала, просто прикрою на минутку глаза, все-таки первое свидание, надо быть в тонусе. Но как-то получилось, что когда я открыла глаза, на экране уже показывали других героев, вернее, там вообще шел мультик. И только через пару секунд до меня дошло, что моя голова… лежит почему-то на плече у Максима, а коленки накрыты его курткой.
Мамочки! Неужели… Стыдоба какая!
– Проснулась? – спросил Ледовский, взглянув на меня. Его голос звучал мягко и нежно, словно парень говорил не с девушкой, которую привел на свидание, а с маленьким ребенком, что уснул на его плече.
– Я просто ночью почти не спала… – прошептала виновато, поджав губы.
– Так надо было ко мне спуститься, – с усмешкой сказал Макс. – Мы бы нашли применение твоему бодрствованию.
– А почему идет мультик? – я пропустила мимо пошлую шуточку или к чему он вел, и постаралась улыбнуться. Хотя в душе мне было чертовски стыдно.
– Фильм закончился, я взял билеты на два следующих сеанса. Не знал, когда ты проснешься.
– Почему ты меня просто не разбудил? – оторопела я, хлопая ресницами. Надо ж было так глупо испортить первое свидание, что он обо мне подумает?!
– Если я скажу, что у тебя забавно текли слюнки по подбородку, ты поверишь?
– Я походила на бульдога? – прошептала, потянувшись к сумочке. Где-то там лежала пудреница с зеркальцем. – Надеюсь, ты не снимал очередной компромат на меня.
– Еще как снял, желания ж надо как-то пополнять.
– Желания? Тебе было мало? – я взглянула на себя в зеркало и даже в темноте заметила слегка румяные щеки, но никаких слюней. Вот же гад! И прежде, чем я успела убрать пудреницу, Ледовский шепнул мне на ушко, обжигая горячим дыханием кожу:
– Ты была милашкой, отдаю должное.
Градус моего смущения зашкалил, руки сделались влажными, а сердце завилось волчком, радуясь, словно к его ногам упали тысячи звезд. Куда-то пропал стыд и переживания по поводу сна, я ощущала невероятную легкость. Удивительно, конечно, но с Максимом я отпускала свои замашки, погоню за идеалами и становилась самой собой. Мне нравилось быть рядом с ним. Нравилось не притворяться.
 
– А ты умеешь, оказывается, делать комплименты, – немного кокетливо произнесла я.
– Знала бы ты… что я умею, – он снова улыбнулся своей этой обаятельной улыбкой, от которой перехватывало дух. Не выдержав, я ткнула пальцем его в бок, и мы оба засмеялись.
Остаток мультика досматривать не стали, решили пойти прогуляться, потому что и так просидели достаточно долго. Я проспала больше двух часов, а Ледовский… он принял мой сон как факт и позволил досмотреть его до конца. Кажется, мое первое впечатление об этом человеке было крайне обманчивым, за маской самовлюбленного павлина скрывался заботливый и чуткий парень.
На улице, когда мы вышли, уже окончательно стемнело. Я глянула в телефон и с ужасом осознала, скоро свидание закончится. На часах было почти пять, снег падал пушистыми хлопьями, оседая на крыши домов и машин, а по улицам гулял морозный ветер. Но, несмотря на погоду, было красиво, словно попадаешь в зимнюю сказку.
– А поехали на склон горы? Там сейчас круто, – предложил вдруг Максим.
– Ну, давай, почему нет.
Ледовский подошел к машине и неожиданно открыл мне дверь, жестом показывая, чтобы я садилась.
– Ого, да в тебе проснулся рыцарский дух? – не сдержалась я.
– Я же говорил тебе, топ пять, – игриво ответил он, закрывая за мной дверцу. В этом был весь Максим. Он действительно считал себя чуть ли не самым лучшим и искренне хотел доказать свою значимость. Мне оставалось только принять его попытки и наслаждаться ими.
До горной местности мы добрались довольно быстро, машин в ту сторону ехало мало, таких отчаянных еще надо поискать, видимо. Вдоль узкой дороги ветви деревьев свисали белоснежными арками, а в свете фар снежинки переливались, словно искры, что падали с неба. Я наклонилась вперед, от радости разомкнув губы и растянув их в широкой улыбке. Никогда не видела ничего подобного. Будто мы въехали в волшебный лес.
– Давай остановимся тут и пройдемся пешком? – предложил Ледовский.
– Давай, конечно, – кивнула я, ожидая заветной остановки. И стоило только Максиму выключить зажигание, как я выскочила на улицу, ощущая хрустящий снег под ногами. Обойдя спорткар и остановившись по центру дороги, я расправила руки в разные стороны и начала кружиться, не отдавая особо отчет, что, возможно, выгляжу по-детски глупо.
– Как красиво, – повторяла, не переставая удивляться зиме, что сейчас походила на нечто нереальное: на рисунок художника, который взял самые яркие и в то же время приглушенные оттенки, чтобы раскрасить этот пейзаж.
Свет от фар погас, и лесную тропу освещало лишь белое покрывало, которое с каждой минутой становилось выше и расползалось дальше. Я опустила руки, но вскинула голову вверх, позволяя лицу встретиться с влажными снежинками, что моментально таяли и скатывались к губам.
А потом почувствовала, как мои пальцы переплетаются с горячей мужской ладонью.
– Пошли, пройдемся, пока не замерзли, – сказал Ледовский, засунув наши сцепленные руки в карман своей парки. Знал бы он, насколько громко стучало мое сердце в этот момент, сколько там ударов и вспышек происходило, от которых возникало легкое головокружение. Я и не думала, что рядом с парнем может быть настолько хорошо, время потеряло счет, а чужие пальцы показались теплей любой грелки.
– Ты всех девушек привозишь сюда на свиданки? – спросила, отчего-то желая услышать отрицательный ответ. Мне хотелось быть для Максима особенной, самой яркой звездой на ночном небе.
– Ну что за типично женский вопрос? – он скосил на меня взгляд полный усмешки, будто на всех свиданиях у него спрашивали одно и то же.
– Ну что за типично мужской ответ? – хмыкнула я, разглядывая снег под ногами. Прохладный воздух, казалось, проникал в самые легкие, обжигая их морозом.
– Ты всегда такая вредная?
– А ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос?
– Зимой я не возил сюда девушек, – произнес вдруг Максим.