Соловей и кукушка (СИ)
— О чём вы, моя дорогая сумасшедшая невеста? — капризно уточнил принц, поднимая тёмные низкие брови.
Как я сразу не догадалась! Должно быть, меня сбила с толку эта яркая маскировочная раскраска…
— А Соловьём вас называют из-за голоса, сеньор Алейшо де Аншо? — ехидно прошипела я. — Пожалуй, я передумала выходить за вас замуж, высокородный разбойник. Вы поэтому и носите все эти павлиньи перья, чтобы жертвы не узнали вас!
Я развернулась и направилась к выходу, но Криштиан вдруг схватил меня за плечи и рывком дёрнул к себе.
Да как он смеет!
— Дорогая моя через чур догадливая невеста, — зашептал на ухо, обжигая дыханьем, — я вынужден разочаровать вас. Даже если я тот самый лунный маньяк, про которого вы упомянули, всё равно наша с вами свадьба состоится завтра. А сегодня мы продолжим улыбаться друг другу и беспечно танцевать.
Я резко обернулась, гневно уставившись в его безнадёжно синие глаза, сейчас злобно прищуренные.
— Вы не поняли, мой милый Криштиан! Я не выйду за бандита с большой дороги…
— Нет, Ирэна, это вы не поняли, — он наклонился, вглядываясь в моё лицо, и я невольно вздрогнула. — У вас нет выхода. Даже если вы публично обличите меня, у вас не получится ничего доказать. Зато всплывёт крайне неприятный и тёмный эпизод, порочащий вашу собственную честь.
— Вы мне угрожаете⁈
— А как вы догадались? — ухмыльнулся принц, а затем нагло поднял пальцем моё лицо за подбородок. — Вы — заложница своей чести. Только представьте, что с вами будет, если люди узнают о небольшом приключении в горах? Вы никогда и никому не сможете доказать, что остались невинны…
Я ударила его, но раньше, чем моя рука коснулась щеки, подлец перехватил её, а затем стиснул и запястье второй.
— Даже не думайте, — предупредил холодно и жёстко. Я и не догадывалась, что его голос может стать таким. — Это с виду я безобидный чудак. Но вам лучше не становиться моим врагом, Ирэна.
А затем наклонился ещё ниже и коснулся моих губ своими. Я отдёрнулась.
— Немедленно отпустите меня! — прошипела.
— Или что? — ехидно поинтересовался Криштиан. — Я отпущу. Но завтра вы станете моей законной женой и будете принадлежать мне целиком. И вас ничто не спасёт от этой участи. А сейчас, моя драгоценная, я отпущу ваши нежные ручки, вы положите одну из них мне на плечо, другой подхватите край вашего прекрасного платья, наденете на лицо самую радостную из всех улыбок, и мы станцуем ещё один танец.
Я прищурилась. Жаль, что нельзя убивать взглядом.
Как странно изменилось его лицо! Почему до сих пор я не видела в нём того разбойника, которого нарисовала на картине? Оно больше не казалось вдохновлённо-глупым. Черты лица стали жёсткими, властными, взгляд пронзительным. Не мешала ни пудра, ни тушь.
— Ирэна, вы услышали меня? — шепнул жених ласково.
— Да, — прошипела я в ответ.
— Вы же будете умничкой и сохраните нашу общую тайну?
— Да.
Он снова приветливо улыбнулся, а затем отпустил мою правую руку, поднёс левую к губам и поцеловал, насмешливо глядя в мои глаза.
— Вы не безнадёжны, дорогая.
Криштиан обнял меня, а мне пришлось положить руку ему на плечо и улыбнуться.
— Вы очень красивы, когда злитесь, — прошептал он мне на ухо. — Я буду злить вас почаще.
И закружил, выводя из дверей. Я гордо вскинула голову, улыбаясь. Да, этот раунд я проиграла. Но проиграть бой, не значит проиграть войну, не так ли, милый?
— Сделайте лицо попроще, — фыркнул королевский бандит. — А то ваши коварные замыслы написаны на нём большими буквами. И я как-то сразу понимаю, что вы не будете послушной девочкой.
Я опустила взгляд, кусая губу. Высокородный мерзавец! Вот стану женой Ролдао… А, кстати…
— Нет-нет, я буду послушной, — произнесла тихо. — Но вы же разрешите мне сегодня прогуляться по парку после десяти вечера? Просто я очень волнуюсь перед свадьбой…
— Готов составить вам компанию.
Моё сердце стукнуло. Неужели? Или… или нет?
— Спасибо.
Криштиан тихо и бархатисто рассмеялся.
— Из вас не очень актриса, любовь моя, но вы тренируйтесь-тренируйтесь…
Когда наконец мучительнейший из танцев был закончен, я отошла прочь, стараясь сдерживать шаг в рамках приличия. И всё же почти бегом устремилась к Алессандре.
— Ваше высочество… Сандра, простите меня, — сказала прямо. — Я, конечно, не должна была сомневаться в вас и ёрничать. Я много думала об этом, и поняла, что виновата перед вами. Вы меня извините?
Принцесса обернулась ко мне, взглянула пристально.
— Да, — призналась. — Вы меня очень расстроили позавчера. Приятно, что вы раскаялись. Прощаю.
— Тогда может снова на «ты»? — улыбнулась я. — Мне до сих пор сложно поверить, что машина взлетит в воздух, и я до сих пор сомневаюсь в…
Она нахмурилась, и я сообразила, что имя «прекрасного» гения прозвучать не должно.
—… в гениальности механиков, но я готова попробовать поверить. Вы же объясните мне принцип действия, верно? Не скажу, что я вот прям инженер или гений от физики, но всё-таки дон Атэйдэ — мой отец…
Да, я сейчас безбожно использовала папину репутацию. И она подействовала словно волшебный ключик.
— На «ты», — кивнула Алессандра и отхлебнула вина из бокала. — Ты же никому не рассказывала…
— Конечно, нет! Мы могли бы встретиться сегодня вечером… Я как раз собираюсь прогуляться часов в одиннадцать…
— Сегодня не получится, — снова нахмурилась она. — А завтра твоя свадьба… Давай тогда на следующий день после свадьбы.
— Договорились.
Оставались Ника и Ролдао. Я обернулась, чтобы отыскать сестричку, и тотчас её нашла. Она самым наглым образом вальсировала с моим женихом. Они смотрели друг на друга и о чём-то тихо разговаривали, и смотрел он на неё не в пример добрее, чем на меня.
Ну надо же! А со мной он не нашёл о чём поговорить! Зато с Никой, видимо, тем для общения у них было хоть отбавляй.
Я стала пробираться сквозь пары дам и кавалеров, улыбаясь и кивками отвечая на приветствия окружающих.
— Ваше высочество…
Удивительные серые глаза, от одного взгляда которых сердце трепетало, обратились ко мне.
— Пригласите меня, пожалуйста, — прошептала я.
Как же он всё-таки хорош! Единственный, кто не угрожал, не смеялся надо мной. Серьёзный и благородный. Как хорошо, что именно он — наследник престола.
Ролдао наклонил темноволосую голову в лёгком поклоне.
— Разрешите пригласить вас, донья Ирэна.
И я, снова чувствуя себя маленькой неуклюжей девочкой, коснулась пальцами его эполет.
Как часто в детстве я представляла этот момент! Сложно поверить, что сейчас это произошло наяву, а не в воображении. Ролдао заложил одну руку за спину, другой коснулся моей спины. Легко, почти невесомо.
Если честно, я боялась, что он будет неуклюж…
— Почему вы не танцуете? — прошептала я, пламенея щеками. — Любая дама была бы счастлива такому кавалеру…
— Не люблю танцы, — признался он.
Я внимательно посмотрела на него.
— Вы, наверное, скучаете по войне и боевым действиям?
— Да.
— Но там же… кровь и насилие. Что вас привлекает в войне?
Ролдао задумался.
— Азарт, — произнёс, спустя время, когда я уже отчаялась ждать. — Поединок. Возможность одержать вверх над сильным врагом. Противоборство.
— И вам не жаль врагов? Когда побеждаете?
Мне показалось, что серые глаза буквально касаются меня взглядом.
— Нет. Это ужасно, да? Я не умею жалеть врагов.
— Наверное, это… по-мужски… Нам, женщинам, трудно понять вас.
Он вдруг тепло улыбнулся мне.
— Наверное.
— Вам сейчас скучно в столице? Вне полей сражений?
— Признаться, да. Мирная жизнь совсем не для меня.
Я представила себя в окружении человек пяти темноволосых детей. Мы бродим по парку и, волнуясь, ожидаем известий с полей сражений… Так себе перспектива, если честно.
— А любовь? — спросила я. — Сражения за сердце любимой? Любовь ведь тоже, в каком-то смысле, война…