Арина. Путь в преисподнюю (СИ)

— Я как-то не подумал о том, что она захочет есть, — хохотал Люций.
— Повеселилась она знатно, — поддержал его Аббадон, неожиданно хрюкнув от смеха, произнес: — Это, действительно, веселее десятка грешных африканок.
— Вы развлекались с африканками? — завидно протянул Бальтазар, за что тут же получил оплеуху.
Его жена Барбело, незаметно подошла и встала позади своего супруга, как раз в тот момент, когда Аббадон упомянул о сегодняшних развлечениях. Конечно, и он, и владыка, заметили притихшую демоницу, но не сообщили Бальтазару об этом, предвкушая дальнейшее.
— Я тебе покажу африканку, — подбоченившись, заметала молнии, в прямом смысле, из глаз Барбело.
— Вот за что ты меня ударила? — возмущенно потер свой затылок ее муж. — Я же не был там!
— Попробовал бы ты без меня к ним сунуться, — фыркнула та и, сев на свободное кресло, устремив свой заинтересованный взгляд на Люция, спросила у него: — Владыка, что это у тебя за сумасшедшая душа поселилась? Сегодня прибежал один из твоих чертей и визжал, что есть мочи, что тебя найти они не могут и просят Бальтазара что-либо с ней сделать, так как они с опасением ждут ее пробуждения.
— Вот я уверен, что твой благоверный тебе все поведал, — усмехнулся Люций.
— Твоя правда, — вздохнула она. — Что ты с ней будешь делать?
— А что с ней делать? — пожал плечами тот в ответ. — Разберемся что к чему и отправим к Адаму, — соврал владыка.
— Ну после того, что она устроила у тебя дома, сомневаюсь, что ей у него понравится, — рассмеялась Барбело.
Люций лишь прищурился и, улыбнувшись, кивнул, соображая в уме, что же вчера такое случилось с этой девицей, что она так разбушевалась? Неужели скрытый в ней демон, наконец проявил себя? Вполне возможно. Почувствовав себя в своей стихии, он мог расправить крылья и вырваться наружу. Хорошо бы! Этой Арине не помешало бы, так как вернувшись на землю, ей придется действовать довольно жестко, если не жестоко.
  
Глава 5
 
Месяц с момента обнаружения на лавочке перед окнами администрации странной души пролетел незаметно. Арина уже не так раздражала Люция, скорее она стала ему интересна. Ему нравилось наблюдать за тем, как девушка меняется: исчезла наивность из глаз, уступив место уверенности, поубавился страх перед владыкой. Но сближаться с этой душой демон не спешил. Не видел смысла в откровенных разговорах с ней. Ему хватило одного, в самый первый день, и то он внимательно слушал ее, зная абсолютно все о ее жизни, только для того, чтобы девушка выбралась из кокона боли и расправила крылья для своего дальнейшего предназначения.
Но даже для Люция было немного странным то, что всего лишь за один день пребывания в его царстве, Арина мало того, что спокойно рассказывала о своей судьбе и своем убийстве, открывая для самой себя неправоту многих своих поступков, так и то, что затем, не испугавшись чертей, дала им такой разнос, что те долго вспоминали и с опаской обходили странную гостью своего повелителя.
Но недели через две все поуспокоилось и позабылось, даже слухи о том, что владыка поселил у себя душу какой-то девицы, а сам теперь гостит у Аббадона. Жизнь вошла в привычное русло, к Арине как-то все попривыкли, и никто уже особо не обращал на нее внимание.
Люций, чтобы девушка не скучала, приставил к ней молодого черта, дабы тот сопровождал ее по царствию на прогулках.
В первый же свой променад, Арине захотелось посмотреть на котлы, в которых жарятся души, но чертенок отговорил ее, в красках описав, как стонут и кричат души в том месте. Девушка, согласившись с его доводами, попросила показать ей место более спокойное. На удивление, черт быстро сообразил и отвел ее к взяточникам. Увидев обычных людей в черных балахонах, со связанными за спиной руками, переносящих какие-то мешки с помощью рта, девушка не сдержала возглас возмущения, привлекая к себе внимание их надсмотрщика — демона Агвареса.
Демон, заприметив странную душу, одетую в земное одеяние, сразу понял, что эта та самая, которую владыка поселил у себя. Несмотря на то, что Бальтазар упоминал как-то, что Люций якобы поселил девицу у себя временно, что, дескать, она по ошибке попала в ад, и пока два повелителя разбираются что к чему, душа будет жить у владыки.
 
Агварес в это не верил. Зная своего повелителя, у которого, к слову сказать, не сыскал особого уважения, а он был абсолютно уверен в этом, только за то, что когда-то, давным-давно увел из-под носа понравившуюся тому сукубуса, теперь искренне полагал, что эта душа является очередной любовницей Люция.
Демон подошел к возмущенной девушке, не скрывая своего интереса, открыто разглядывая ее. Он никак не мог понять, чем эта душа могла привлечь владыку: она была невысокой, брюнетка с карими глазами, пусть и довольно-таки выразительными, пронзительными, стройная, грудь вполне. Но в ее взгляде не было ни капли похоти, в ее движениях, жестах ни одного намека на призыв. Девица не цепляла: мазнул взглядом, отметил привлекательность и забыл. А Люций предпочитал других: дерзких, похотливых, у которых в каждом движении был намек на дикий, необузданный секс.
Агварес был уверен, что повелитель быстро наиграется с девицей и уберет ее с глаз долой, как делал до этого с остальными. Демон искренне полагал, что Люций отправит девушку драить сортиры в свои любимые казематы блудниц. И вот тогда, Агварес утешит девчонку, подставит, так сказать, свое могучее плечо, а она сослужит ему службу. Посвящать ее или нет в свои планы, покажет время.
Надсмотрщик изобразил довольно милую улыбку на лице и поинтересовался у Арины, что именно ее так возмутило. Девушка с жаром принялась выговаривать ему, что нельзя так издеваться над людьми, пускай и грешными. Это всего лишь взяточники! Неужели нельзя развязать им руки?
— Милая! — удивленно воскликнул Агварес, вполне правдоподобно изображая свое замешательство. — Так они же нагрешили в своей жизни очень много.
— Но они просто брали деньги, за то, чтобы кому-то как-то быстрее помочь! — продолжала возмущаться Арина.
— Вы думаете взятка — это только продвинуть кого-то быстрее по очереди, допустим, на квартиру? — усмехнулся демон.
— Нет, конечно, — стушевалась девушка.
— Вот что я тебе скажу, дорогая заступница, — Агварес подошел ближе к Арине, наклонился к ней так, чтобы их глаза были на одном уровне, и продолжил: — Из-за тех, которые находятся здесь, пострадало много невинных душ. Тут им самое место. Пусть носят грузы, равные по тяжести тому, сколько они набрали взяток. — Он протянул свою шипастую руку, вытянул указательный палец с острым когтем и хотел щелкнуть шутливо по носу девушку, но внезапно наткнулся на преграду.
Агварес замер в замешательстве, но совладав с собой, улыбнулся, негодуя про себя, что на этой душе стоит мощная защита. Но он был уверен, как только Люций выгонит ее из своих покоев, сразу же снимет и щит. А пока этого не произошло, демон решил подружиться с этой Ариной.
С того дня он все чаще и чаще зазывал ее на вечерние прогулки, предлагал выпить вместе чая. Поначалу девушка вела с ним себя настороженно, но постепенно оттаяла, и в один из дней приняла его предложения о прогулке. Агварес действовал осторожно с девчонкой. Они гуляли вместе практически ежедневно, он потчевал ее веселыми историями, не интересуясь ее земной жизнью, о которой ему не было известно абсолютно ничего, а Арина, как бы демон не старался, не торопилась его посвящать в свои воспоминания.
Люций, на первый взгляд, казалось, не придал этой странной дружбе значения. Но на самом деле очень пристально и внимательно наблюдал за этой парочкой. Агварес давно уже выбился у него из доверия, поэтому он не верил в его искреннюю дружбу или симпатию к девчонке. Этот гаденыш преследует какую-то цель, и вот какую именно, Люций никак не мог понять. Владыка не выпускал Арину из виду ни на шаг, его не беспокоила безопасность девчонки, ему важно было то, чтобы она благополучно нашла ту тварь, которая вмешивается в людские судьбы. Агварес, преследующий свою какую-то цель, которую Люций обязательно вычислит, может помешать ей своими ухаживаниями. Но было одно благоприятное обстоятельство — щит, который, как видел владыка, не подпускал надсмотрщика к ней близко.