Арина. Путь в преисподнюю (СИ)

— Непохожа, высший, — вздохнув вожделенного воздуха, ответил демон, выводя своего начальника из раздумий. — Ни я, ни черти к ней не смогли подойти.
— Как это? — нахмурился владыка.
— Я натолкнулся в паре шагов от нее на невидимую стену, — пояснил тот. — Как будто ее кто-то оберегает.
— Интересно, — задумчиво забарабанил по столу Люций. — Как ее зовут? — он принялся копаться в документах, пытаясь найти те, которые поступили на эту девицу.
— Не знаю, — покрутил головой Бальтазар, и уже внутренне сжался, глядя на то, как глаза владыки заволакивает ярость. — Она не ответила мне.
— Не ответила? — эхом переспросил владыка.
— Да, повелитель. Я поинтересовался у нее, кто она, но душа вместо ответа, как сидела молча, так и осталась сидеть, лишь мельком взглянула на меня, — виновато произнес демон.
— Даже так! — изумился Люций. — Пойдем поглядим на это чудо, — он встал из-за стола и направился к двери: — Она землянка? — поинтересовался он, выходя из кабинета.
— Да, — ответил Бальтазар.
— Странно, — недоуменно пожал плечами владыка. — У них там мы достаточно точно описаны, и при виде нас, каждый вновь прибывший начинает орать. Особенно от твоего вида, а эта, ты говоришь просто сидела?
— Да, владыка, — вздохнул помощник. — Она вообще отрешенная какая-то.
Довольно скоро они вдвоем спустились по лестнице, и выйдя во двор, подошли к лавочке, на которой так и сидела все в той же позе девушка. Люций встал напротив нее, наклонил голову вбок и внимательно посмотрел на новопреставленную. Постояв так пару минут и поняв, что девушка никак не реагирует на владыку, двинулся вперед, и на удивление Бальтазара, Люций подошел вплотную к девице.
— А ты говоришь не можешь подойти! — зло прошипел в адрес помощника Люций.
— Но, — ошалело проговорит тот, и сделав несколько шагов, опять натолкнулся на невидимую стену. — Люций, я не могу подойти, — по-детски залепетал высший демон, обращаясь к владыке.
— Что за черт?! — проговорил Люций, подошел к своему советнику, взял того за руку и силой потянул на себя.
Но вместо того, чтобы протащить Бальтазара за собой, почувствовал, как его помощник уперся в какую-то преграду. Обернувшись, владыка еле сдержал смех, рассматривая расплющенную морду Бальтазара. Подавив смешок от размазанной физиономии своего друга, советника и помощника в одном лице, высший, почесав затылок, повернулся к девушке, так и сидящей отрешенно на лавочке, протянул свою могучую ладонь к ней и грубо ухватил ее за плечо. Девица же, как будто это все происходило не с ней, она даже не ойкнула от жесткого прикосновения, не подняла головы, так и сидела, потупив свой взгляд. Владыка медленно разжал ладонь, убрал руку и пристально посмотрел на новопреставленную.
— Светлая душа, — удивленно прошептал Люций и повернувшись к Бальтазару, слышавшего это, пояснил: — Ее место у Адама, а не здесь. Она убиенная, мученица. Ей тут не место, — и повернувшись к девушке, нахмурив свои ороговевшие брови, тихо спросил у нее: — Как ты тут очутилась, милая?
Не ожидая ласкового обращения от этого чудища, девушка подняла на него свои полные слез глаза и пролепетала:
— Я просто оказалась здесь, на этой лавочке после того, как… — она осеклась, не в силах больше вымолвить ни слова.
— Как тебя зовут? — поинтересовался демон.
— Арина, — всхлипнула душа и залилась слезами.
— Владыка, она плачет? — ошеломленно спросил у Люция Бальтазар, потому как те, кто попадает в их царство плакать не могут, а эта прям горючими слезами залилась.
Владыка в ответ лишь кивнул головой, нахмурившись, и, не глядя на своего помощника, приказал ему:
— Зови Адама, у нас тут тяжелый случай, — и зыркнув на чертей, так и стоящих немного вдалеке, переминаясь с копыта на копыто, недоуменно наблюдающих за происходящим, гаркнул на них: — Нечего прохлаждаться, за работу!
— Есть! — вытянулся по струнке Мальтус и, раздав по очереди пинка своим подчиненным, взяв обоих за хибон, потащил их с этого места куда подальше, пока и сам не получил от владыки.
 
Оставшись вдвоем с душой, Люций уместился на лавочке рядом с ней и произнес:
— Вот что, Арина, переставай лить слезы, и будем разбираться, что за чертовщина тут творится. Ты не должна была здесь очутится, не за что тебе тут находится. Почему это произошло, и кто допустил оплошность, я разберусь. Сейчас придет мой брат и отведет тебя к себе.
— В рай? — пискнула девушка и подняла на него заплаканные глаза.
— Да, — хмыкнул он. — На земле вы так называете это место. А пока постарайся успокоится. Такое не редкость, не ты первая, не ты последняя, кто через это прошел, но вот пока единственная, кто угодил ко мне после такой смерти. Те, кто с тобой это сотворил, обязательно понесут наказание. Открою тебе секрет, ты через какое-то время вернешься и, учитывая твою светлость, в комфортное тебе тело девушки и за то, что твоя недавняя жизнь оборвалась так скоро, проживешь долго и счастливо. А вот твои обидчики, сгорят у меня в котлах, им назад дороги уже нет. — Демон говорил об этом так обыденно, что девушка невольно успокоилась, вытерла кулачком, совсем по-детски, слезы и тяжело вздохнула.
— Это ад? — грустно улыбнулась Арина.
— Да, милая, у вас мое царство именуют так. Но мы тут считаем это место, как это называется на земле, — задумался Люций и, наконец, припомнив нужное слово, улыбнувшись, продолжил: — тюрьмой. Исправительное заведение. Мы тут исправляем тех, кто навертел дел при жизни, очищаем их души, и потом отправляем назад. Правда некоторых приходится дополнительно наказывать еще, перемещая в другой мир, оставив им воспоминания, или в свой родной, но в тело какого-то живого неразумного существа.
— Таракана? — сама от себя этого не ожидая, довольно весело спросила девушка.
— Даже дождевого червя, — старался поддерживать веселье души демон, очень уж ему не нравились слезы этой девицы, тем более тут им литься запрещено. — Но бывает совсем уж злые, которым уже ничего не поможет, их уничтожаем. Своеобразная смертная казнь.
— Что нужно сделать, чтоб вот так вот с тобой? — довольно серьезно поинтересовалась она.
— Убить с особой жестокостью, убить ради убийства, ради развлечения, — хмуро ответил Люций. — Никто не имеет права отбирать чужую жизнь.
— А самоубийцы? — спросила Арина.
После этого вопроса, демон пристально посмотрел на нее, пытаясь еще лучше разглядеть, но печати суицида на ней не было. Девчонку убили, безжалостно и жестоко, она не сама на себя руки наложила.
— Кстати, эти самые простые. Смалодушничали в какой-то момент, затем очень тут жалели, они быстро очищаются и передаются на воспитание Адаму, — улыбнулся демон.
— В раю перевоспитание? — широко распахнув свои красивые карие глаза, изумилась Арина.
— И еще какое! — рассмеялся Люций. — Ты бы послушала лекции моего братца, сама бы сюда запросилась. Но тебе это не грозит. Там ты будешь отдыхать и восстанавливаться, и, когда боль пройдет, по твоему желанию будешь возвращена на Землю.
— Меня поместят в тело какой-то девушки? — нахмурилась она.
— Нет, что ты, — рассмеялся демон. — Ты родишься заново, с новой судьбой, новыми воспоминаниями. Тебя будет ждать абсолютно другая жизнь. Из той прошлой не вспомнишь ни секунды.
— Реинкарнация? — удивленно улыбнулась Арина.
— Да, она самая, — кивнул Люций и устремил свой взгляд куда-то вдаль, довольно усмехнулся, поднялся с лавочки и произнес: — А вот и братец пожаловал.
Девушка посмотрела в ту сторону, куда глядел этот огромный демон, и с удивлением увидела приближающегося к ним невероятно высокого, темноволосого мужчину в легком белом брючном костюме, с красивыми крыльями за спиной.
  
Глава 2
 
— Что скажешь, братец? — поинтересовался Люций у Адама, молчаливо рассматривающего девушку, уже минут пятнадцать как.
— Я не знаю, — виновато посмотрел на него Адам. — Я понять не могу. Но ей не ко мне.