Сокровище Пущи (СИ)

Сообразив, что уже почти выехала из города, я свернула на обочину и остановилась. Достала кошелек и пересчитала наличность, с грустью констатируя, что на пару ночей в гостинице средней руки мне еще хватит. А вот на два с половиной месяца – нет.
Что же делать? Найти работу? Я бы пошла хоть официанткой, но зарплаты все равно не хватит на съемное жилье. Продать магомобиль? Он у меня в эксклюзивной комплектации. Красный кабриолет, магический контроль, охранная система, салон из кожи и дорогих пород дерева. Пожалуй, на вырученные деньги я могла бы не то что снять – купить квартиру где-нибудь в пригороде Старограда. Но как же не хотелось расставаться со своей ласточкой. Жаль, что у меня нет имущества кроме нее. Хм… А может есть?
Неожиданно я вспомнила, как семейный поверенный пару раз упоминал, что у нас по женской линии передается что-то вроде приданого. Мне оно досталось от мамы, ей – от бабушки и так далее, и никто из мужчин семьи не имел права его отобрать. И кажется, там говорилось не о какой-нибудь ерунде, а о настоящем доме! Стоит обязательно это выяснить.
Воодушевившись, я помчалась в контору «Шнейдер и сыновья». За скромной вывеской, висящей на здании в центре столицы, скрывались дорогие интерьеры, безукоризненно вежливый персонал и два этажа лучших в городе юристов. Контора вела дела Домбровских с самых дремучих времен, и если мне где-то могли помочь, то только здесь.
К счастью, ее глава оказался на месте, и вышколенная секретарша сразу же провела меня в кабинет Бориса Соломоновича Шнейдера. Кабинет вполне соответствовал должности: большой, солидный, с мебелью из настоящего дерева. Сам хозяин – щуплый, лысоватый мужчина – немного терялся на этом фоне, но это никак не умаляло его профессионализм.
– Феодора Андреевна, – он поднялся мне навстречу, будто совсем не удивился неожиданному визиту. – Чай, кофе?
– Благодарю, ничего не нужно, – отказалась я. Чаем Лыковых сыта по горло.
– Тогда чем обязан? – поинтересовался Шнейдер, отсылая секретаршу и подвигая мне кресло.
– Я хочу узнать насчет своего приданого. Вы говорили, что мне что-то досталось от мамы.
– Верно, – кивнул Борис Соломонович.
Он открыл один из своих монументальных шкафов, чьи дубовые дверцы ощутимо фонили магией, и достал оттуда ящичек. Вернувшись за стол, нацепил на нос очки и снял крышку.
– Итак, – Шнейдер извлек оттуда несколько плотных листов. – От вашей прапрабабки, Лесковой Анны Юрьевны, старшей дочери в семье передается неотчуждаемое имущество. В данный момент владелицей сего имущества являетесь вы, Феодора Андреевна.
– И что за имущество?
– Земельный участок в деревне Прилесье, находящийся на участке дом и все его содержимое.
– Угу, – медленно кивнула я, пытаясь вспомнить, слышала ли что-нибудь про деревню Прилесье. – А неотчуждаемое – это…
– Это то, что вы не можете продать, подарить или передать посредством иного деяния, только оставить в наследство своей дочери или другому подходящему потомку женского пола, – охотно пояснил Шнейдер. – Кроме того, дополнительно к участку прилагается счет, денежные средства с которого идут на поддержание сохранности дома. Обременения – те же.
– То есть, я эти деньги даже потратить не могу, – пробормотала, немного погрустнев.
– Можете. Но на содержание вверенного вам имущества.
– Интересно, а пропитание жильца считается «содержанием имущества»?
– Пожалуй. – Он позволил себе легкую улыбку. – Однако, хочу сразу предупредить, что все отчеты о движении средств идут лично мне.
– Поняла.
Что уж тут непонятного? Борис Соломонович станет следить за мной и сразу увидит, если я захочу потратить деньги на что-нибудь неуместное.
– Правильно ли будет, если я предположу, что вы желаете вступить в имущественные права, Феодора Андреевна?
– Да, – кивнула решительно. – Хочу увидеть, что мне досталось от мамы, и пожить там. Хотя бы до осени.
– Похвальное решение. Тогда…. – Он протянул мне копии бумаг, связку ключей и листок с адресом. – Не смею вас задерживать.
– А далеко это Прилесье? – сообразила уточнить.
 
– В полутора часах езды от Старограда.
– Что ж, благодарю.
Выйдя из конторы, я устало упала на сиденье магомобиля и всмотрелась в листок с адресом. Потом проложила маршрут, потому что совершенно не представляла, как туда добираться. Оказалось, что ехать и правда примерно полтора часа по направлению на север. На карте можно было разобрать шоссе, деревню, реку рядом. Вроде бы и не глушь. Никаких портальных станций поблизости там нет, конечно, но и ничего. Доеду как-нибудь сама.
Сейчас мне ужасно хотелось найти какую-нибудь гостиницу и завалиться на кровать, чтобы прийти в себя от стресса. Но немного подумав, я решила не тратить деньги, которые еще пригодятся, и ехать сразу. Так что, Прилесье, жди. Феодора Домбровская возвращается на земли предков!
ГЛАВА 2 
Триумфальным это возвращение оказалось назвать сложно. Несмотря на известный адрес, два раза я заблудилась. Сначала заехала на какой-то необитаемый хутор, потом чуть не застряла в болоте. В итоге мне все же удалось добраться до деревни, но на центральной площади навигатор сложил полномочия, сообщив, что мы прибыли в нужную точку. Вот только желтый одноэтажный домик с вывеской «Управа», точно не мог быть маминым наследством.
Кстати, деревня оказалась не такой уж и маленькой, поэтому улиц здесь хватало. Я проехала чуть вперед, пытаясь рассмотреть таблички на домах, но все было не то. «Центральная», «Лесная», «Староградская»… А мне нужна «Приречная, 15».
Поплутав по улицам, на которых, как ни странно, не встретилось ни одного человека, я остановилась под раскидистым деревом и вышла из магомобиля. На лаковую кожу туфель тут же налипла пыль. У меня вырвался грустный вздох. Да, если поселюсь в деревне, о шпильках придется забыть. Но это не проблема. Найти бы только свой дом.
Ухо уловило чужие голоса. Обрадовавшись, что здесь есть хоть кто-то, я отправилась на шум, свернула за колодцем и вышла к толпе людей. Толпа показалась немного странной. Два десятка женщин стояли ко мне спиной, сбившись в плотную кучу, и как будто бы чего-то ждали. Но спросить было больше некого, поэтому я решила потревожить их и узнать, где же все-таки эта Приречная.
Неожиданно откуда-то спереди вылетел букет. Пущенный с силой пушечного снаряда, он описал над толпой красивую дугу и впечатался мне в лицо. Я обалдело застыла на месте. Букет с тихим шорохом шлепнулся в машинально подставленные руки.
Голоса смолкли. Женщины одновременно развернулись, немного расступаясь. Стало видно накрытые столы, выстроенные буквой «П», нарядных гостей и девушку в белом платье. Все они смотрели на меня, как на чудовище от трех головах.
Великие Предки, да я же попала на чью-то свадьбу. И случайно поймала букет, который невеста по бессмертной традиции бросала своим свободным подругам. А судя по лицам этих самых подруг, меня могут порвать за то, что я вмешалась и «отобрала» у кого-то скорое замужество.
– Добрый вечер, – вежливо поздоровалась я, разрушая всеобщее молчание.
На зубах что-то скрипнуло. Я пожевала губами и выплюнула лепесток гвоздики, попавший в рот. Хорошо еще, что в букете не было роз, иначе красоваться мне сейчас расцарапанной физиономией на радость всем.
На мое приветствие никто не отреагировал, поэтому пришлось продолжить:
– Могу ли я узнать, где здесь Приречная улица, дом пятнадцать?
– Приречная? – переспросила женщина, сидевшая с той стороны стола, которая оказалась ближе ко мне. – Да еще и дом пятнадцать? А ты что там будешь делать?
– Жить? – немного неуверенно пожала плечами.
– Так ты что, из Демировых, что ли? – громко прокричала худенькая седая старушка.
– Из Демировых ее мать была, – махнула рукой женщина и глянула на меня. – А ты из Домбровских, да?
– Феодора Домбровская, – представилась я, подавив странное желание присесть в реверансе, как это было принято в высших кругах.