Белая башня (СИ)
А еще убивала разум.
Он видел, что стало с теми, кто… это другое. Он отдает себе отчет в происходящем. Он… просто попробовать. Убедиться, что…
Не важно.
Ирграм заставил себя отпустить руку. И напоследок лизнул, не удержавшись, темную кожу.
— Надеюсь, я не стану таким, как ты.
— Чем плохо? — голос звучал глуховато.
— Ты не человек.
— А ты? Что в тебе осталось от человека? — кровь не пьянила. И легкости нет. Скорее уж ощущение, что жизнь вернулась, стала почти как прежде. Цвета. Краски. Запахи. Звуки. Все полнее. Ярче.
Правда, Ирграм подозревал, что долго это не продлиться.
— Хороший вопрос. Ответа не знаю. Но… я все же ближе к людям. И человеком себя считаю. Хотя… для них все одно расходный материал. Я. Ты. Они сами… может, в этом и есть смысл?
— Какой?
— В том, что небо раскололось. И что огненный дождь прольется… что уничтожит все живое. Или почти все… может, и не стоит спасать этот мир?
— Но ты ведь будешь?
— Не мир. Себя и сына.
— Думаешь, кто-то стремится к большему? — Ирграм поднялся, чувствуя желание что-то сделать. Может, даже что-то хорошее. — Все спасают себя. Сына. Дочь. Родителей. Возлюбленных… кого-то, кто нужен. А мир — это просто заодно уж.
Он прислушался.
— Идем, — сказал, отряхнувшись.
Странно, но человек этот больше не воспринимался чужим. Не то, чтобы Ирграм проникся вдруг к наемнику симпатией. Или признал его близким. Отнюдь. Скорее уж сейчас этот человек стал чуть значимей прочих.
— Что-то случилось?
— Что-то… мир снова другой. Но это не опасно. Да, — Ирграм прислушался к ощущениям. — Это определенно не опасно.
Глава 12
Глава 12
Миха
Миара, застывшая было с распахнутыми глазами, вдруг покачнулась и сделала шаг к границе круга. Потом наклонилась, потянулась к черте, то ли прочерченной, то ли выплавленной в земле.
— Стоять! — Карраго перехватил эту руку. — Куда?
— Там… — её взгляд был устремлен на другую сторону. — Там они. Круг мешает… круг надо… границу…
— Не надо, — Карраго поглядел на Миху. — Границу рушить нельзя.
— Они… — Миара попыталась было вырваться, но Карраго, может, и умирал от старости, но не в данное конкретное время. Сил удержать магичку во всяком случае хватило. — Нельзя рушить границу, не факт, что получится снова её воссоздать.
— Там… надо…
— Надо, — у Михи иногда получалось соображать. — Но и границу трогать не обязательно.
Он поднял мальчишку-барона и переступил через черту.
— Если гора не идет к Магомету…
— Я не знаю такого мага.
— Это просто поговорка, — Миха уложил барона на землю по-за чертой и вернулся за следующим.
Ица показалась совсем невесомой, а вот прикасаться к наемнику было страшновато.
Выдержит ли?
Выхода все одно нет.
Винченцо Миха закинул на плечо. И выложил в ряд.
— Дальше что? — поинтересовался он у Миары.
— Не знаю, — она закрыла глаза. — Ничего не слышу. Вот… ничего. Сволочь!
Кто именно сволочь, Миха уточнять не стал.
— А зелье? — он указал на котелок. — Может… еще дать?
— Подождать надо, — Карраго тоже вышел из круга и, наклонившись над Винченцо. — Возможно, процесс займет некоторое время… кстати, я знаю один рецепт.
— Нет!
— Если обострить твое восприятие, ты сможешь…
— Нет! — рявкнула Миара.
—…войти в контакт с душой или разумом твоего брата. Ты же хочешь, чтобы он очнулся?
— Уже как-то и не особо.
Миха сел рядом. Спят. И как-то ничего не изменилось. Хотя… может, вправду время нужно? С другой стороны и Миара права. Сколько времени? И как долго…
Зелье им давали уже, с полчаса тому, но ничего не изменилось. А сейчас? И что делать, если снова ничего не изменится?
Дернулся Джер.
И глаза распахнул широко так. Захрипел, заерзал, хватая скрюченными руками землю, а потом и вовсе выгнулся дугою. Дышал он тяжело, с присвистом. Но дышал.
— Джер? — Миха подхватил его под плечи. — Слышишь? Понимаешь?
Резкий кивок. И вытянутые губы. Мальчишка силился что-то сказать, но не получалось.
— Погоди, сейчас… пить?
Миха уложил его на землю.
— Главное снова…
Рядом завозился маг, зашарил вокруг руками, а потом затих вдруг, напугав тем самым до усрачки. Он и дышать-то перестал. Ненадолго.
Наемник застонал.
И это тоже было хорошо.
А вот Ица просто открыла глаза. Несколько мгновений полежала и протянула руку.
— Помочь, — требовательно сказала она. — Сесть.
Миха помог.
— Вот видите, до чего все хорошо, — Карраго радостно потер руки. — Можно сказать, просто замечательно… все живы. Все в сознании. Относительном.
И поводил пальцем перед носом у Винченцо.
— Сколько видишь?
— Иди… — выдавил Винченцо, добавив пару слов покрепче. Что ж, в относительном или нет, но в сознании он определенно был.
Это радовало.
Только…
— А они не того, если в круг их затянуть? — поинтересовался Миха, потому как идея ночевать совсем без защиты ему не нравилась.
— Практика, — Карраго поднял палец. — Практика и еще раз практика.
— Я… там… — барон все-таки сел, причем явно из чистого упрямства. Ну или потому, что невеста сидела. — Там… такое вот. Как тут. Только там.
— На удивление развитая богатая речь…
Карраго явно находился в слишком уж приподнятом настроении.
— Нет, — Ица покачала головой и подала руку будущему супруга. — Туда — нет. Сами. Я звать. Попасть. Извинить.
— Ничего, — Винченцо потер лоб и попытался лечь на бок, а когда получилось, даже сел. Правда, тут уж ему понадобилась помощь магички. — Там… я не знаю, что там было на самом деле. И было ли это. Но я видел это место иным. Раньше. В прошлом? Когда ни земли, ни леса… лес имелся, правда где-то там…
— А там?
Разговор и вправду получался на диво содержательным. А главное, все всё прекрасно понимали.
— Тоже, но такой… далекий. А вот сам овраг был чистым. Металл. Я шел вдоль. Долго. Потом увидел мост.
— Мосты никто не описывал, — Карраго чуть задумался. — С другой стороны, их наличие весьма логично, поскольку что бы там ни было, они должны были как-то попадать внутрь.
— Не факт, что поверху, — возразил Миха. — Может, у них метро имелось…
Сказал и замолчал.
Нет уж, лучше мост, чем поиск под землей этого самого, существующего лишь в теории метро, которое за тысячи лет наверняка изменилось, и не факт, что в лучшую сторону. Скорее уж тоннели, если они и были, засыпало.
Или завелось там… вот что-то наверняка завелось бы.
— Не факт, — Карраго не стал возражать. — Но если он есть, то стоит воспользоваться.
— Был, — поправил его Миха. — Если мост был… далеко?
— Там — не очень, но я до него самого не доходил, — Винченцо повернулся и встал на четвереньки. — И да, я не уверен, что это именно мост. И что он уцелел. И…
— Доберемся — увидим, — Карраго указал на круг. — Меж тем все же настоятельно рекомендую вернуться… хотя бы попробовать.
Граница круга, несмотря на Михины опасения, никак не повлияла на свежеочнувшихся. Первым её переступила Ица, будто и вовсе не заметив, за ней потянулся и Джер, что-то бурча под нос, правда, не понять, что именно. Красавчика Миха на руках перенес и уложил осторожно. А потом, под руководством Миары, снял повязки. И да, выглядели раны пусть и пугающе, но куда как лучше, чем сутки тому.
Гноя стало меньше.
Сукровица, если и сочилась, то немного, а в трещинах и язвах показались пятачки розоватой молодой кожи. Мальчишке наверняка было больно, но он терпел. Стиснул зубы и лежал, вперившись взглядом то ли в небо, то ли в далекую полоску горизонта.
Миара тоже работала молча, сноровисто, но не скрывая своего раздражения. Хотя понять, чем именно она была раздражена, не получалось. И Миха решил, что не так уж ему и нужно, понимать.
Затем к мальчишке присел Карраго и долго водил над телом его руками. А после и вовсе ткнул одним пальцем в грудь, а другим — в живот, да так и замер.