Особое положение
– Чувство юмора тебе отказало, о великий воин? – В его голосе слышалась едва уловимая насмешка.
– Просто в походе я отдаю приоритет более важным вещам.
– Вы! Оба!
Хорошо еще, что другие воины были заняты установкой шатров на ночь, да и находились мы в отдалении.
– Занялись своими делами! – приказала я резко. – Будете спать на земле? Что насчет костров? Ужина? Воды? Аквиллов напоили? Накормили? Мирная жизнь вас расслабила? Скоро жирком начнете зарастать, не сможете скакать в седле.
Эрик спокойно встал, отряхнув последних светляков.
– И то верно, надо приготовиться к ночи. Борк, ты как, жирком-то зарос или еще нет?
– Заткнись и иди! – Борк бросил на меня быстрый взгляд, но больше ничего не сказал.
Я поняла, что выдохнула с облегчением. Нет, пусть это и трусость, но не получается оставаться с Борком наедине. Я кожей чувствую, как что-то изменилось. Но не уверена, что мне это нравится.
Долго любоваться Степью не вышло. Шатер я уже поставила, пора было ужинать и ложиться спать. Пусть дозор я не несла, но вставать с рассветом. Завтра к вечеру, если Матери-Степи будет угодно, мы встретим наследника Игенборга.
Поэтому я кивнула двум дозорным, что заступали первыми, и залезла в шатер. Походные шатры небольшие, только чтобы переночевать и ехать дальше. Ставятся они так же, как и жилые, с помощью встроенного заклинания. Внутри обычно только спальное место и место, куда можно подвесить обогревающий шар, что обычно делается в зимний период. Тогда температура в Степи порой ночами опускается до нуля, а утром под ногами похрустывает иней.
Но сейчас было просто свежо. Так что я закрыла полог, оставив отверстие для вентиляции, залезла под одеяло и закрыла глаза. Надо спать, надо.
Сон не шел. Я пыталась считать гронов. Потом – аквиллов. Но безрезультатно. В голову лезли самые разные мысли, хотя тело и ныло после долгой скачки. Я ворочалась, злилась, но без толку.
Наследник Игенборга. Вот что меня волновало. Каким он окажется? Акифа я видела, будучи подростком. Мы с отцом приехали в Игенборг, как почетные гости. Не помню, что был за праздник. Помню только, как удивилась неудобным нарядам местных девиц. Я рассматривала их, они – меня. В итоге после той поездки у меня осталось смутное чувство неприязни. Вроде все вежливые, аж мед льется. Но что-то не то, раздражающее. Или я придумала это…
Может, дело просто в том, что традиции наших народов, несмотря на соседство, слишком разные. Я была раздосадована тем, что перед въездом в Игенборг отец настоял, чтобы я свой буртус заменила корфой, которую носят у них женщины. Там так принято. Отказавшись от нее, я бы унизила этим только себя. Пусть мужскую одежду мне простят, но появление в Игенборге без корфы – нет.
А я не понимала, зачем все это?! Ведь наш буртус и корфа чем-то похожи, у последней только еще прозрачная вуаль прикрывает лицо. Пусть женщинам Игенборга и позволено появляться с открытыми лицами, но эта часть все равно крепится, даже если просто свободно свисает у лица. Я лично не понимала этого фальшивого жеманства. Зачем?! Или уж закрывайте лица плотной тканью, как раньше было принято, или ходите с открытым лицом.
Помню еще, как странно на меня смотрели горожане, увидев мои штаны. Можно подумать, я должна в платье верхом ехать! Наследник акифа в памяти у меня не отложился. Я тогда больше переживала из-за того, что меня на празднике посадили не с братьями, а на женской половине зала.
Приятные впечатления остались лишь о жене акифа. Высокородная эльфийка сильно отличалась от своих соотечественниц, которых мне доводилось видеть до этого. Вместо высокомерного, замороженного выражения лица – открытая и располагающая улыбка. Она даже поговорила со мной.
Искренне восхитилась, когда узнала, что весь путь я проделала с отцом и братьями верхом. А еще поинтересовалась, что за необычный аромат исходит от моих волос. Уже будучи наслышана, что жена акифа изготавливает духи, я рассказала ей о сборе трав, которым обычно полощу волосы. У меня был с собой небольшой запас, который я ей презентовала после.
Забавно, но именно тот женский, мало обязывающий разговор принес тогда наиболее ощутимую пользу. Теперь мы уже несколько лет поставляем эти цветы и травы в Игенборг, и это приносит хороший доход. Ингредиенты послужили для создания нового аромата, который популярен в Асдоре до сих пор, и поставки только растут.
Мы тогда еще с ней и об аквиллах поговорили. Как истинная эльфийка, она знала толк в хороших лошадях. Всем известно, что ни один скакун не сравнится по скорости со степным аквиллом. У них только один недостаток: не могут жить в городах. Им нужны просторы, свобода. В конюшню дворца такого не поставишь: от тоски зачахнет, откажется от еды и погибнет.
Воспоминания о жене акифа остались светлым пятном. Она общалась со мной без превосходства, интересовалась нашими традициями, укладом. Узнав, что я выбрала для себя путь воина, лишь поддержала.
Хотя в самом Игенборге привыкли считать, что женщина – слабый цветок, который нуждается в защите и опеке мужчины. В рядах стражи акифа женщин нет. А на меня в мужской одежде игенборгцы смотрели снисходительно, как на ребенка, который подражает взрослым: забавный, но безобидный. Вот эта снисходительность меня безумно злила.
Я вздохнула и повернулась на другой бок. Ладно, дело прошлое. Я давно уже повзрослела и не нуждаюсь в том, чтобы кому-то и что-то доказывать. Если наследник акифа посчитает ниже своего достоинства принять помощь от женщины, то настаивать не буду. Нет никакого желания беречь его задницу, пока он будет охотиться за беглецами.
Глава 8К месту встречи мы прибыли ближе к вечеру. Озеро Серебряной Девы немного в стороне от торгового пути. Ближе к нему для путников построена таверна, но большие караваны предпочитают останавливаться прямо у озера.
Мы остановились в таверне. Никому не хотелось готовить на костре, когда есть возможность и так поесть нормально. После ужина я отправила мужчин искупаться, а уже после их возвращения тоже поехала освежиться.
Пока их ждала, поболтала с хозяином заведения. Сейчас других путников, кроме нас, здесь нет. Недавно еще торговцы съезжались на праздник в Игенборге, но уже успели вернуться обратно, караваны основные прошли, и сейчас временное затишье.
– Ничего необычного не замечали? – полюбопытствовала я.
Люблю общаться с простыми людьми. Выяснять, что тревожит или какие слухи ходят. Можно узнать много интересного. А тут если в Игенборге всполошились настолько, что сам наследник в дорогу отправился, то, может, и трактирщик что-то заприметил.
Как оказалось, да.
– Было недавно, – задумчиво произнес он, протирая тряпкой деревянную стойку. – Я людей вижу, обычно понятно, кто и куда направляется, да и не скрывают цели пути. А тут пара молодая, нездешние, в сопровождении отряда охранников. Зачем понесло в степь, не понять.
– Да, странно. Обычно супружеские пары, если надо куда, предпочитают каравана дождаться, чем охрану нанимать. Безопаснее, да и дешевле. Может, к родственникам едут, случилось что?
– Не похоже. Парень и наемники точно из Асдора, по одежде видно. Девушку не рассмотрел толком, а вот служанка с ней из Игенборга. Говор у нее местный. Да и не жена она ему. Невеста, может. Разные комнаты брали. И служанка вокруг своей хозяйки тряслась, словно с младых ногтей ее знает. Только разве в Игенборге кто отпустит дочь свою в путешествие с мужчиной без обряда свадебного?
– Думаете, сбежали?
– Если так, то почему не в Асдор? И если девица пропала, то отчего погоню сразу не послали? Выяснить, через какие ворота они проехали, труда не составило бы.
Мы еще немного пообсуждали странных путников, но потом вернулись мужчины, и я поехала купаться. Эрик с Борком увязались проводить. Ну хоть Тхамул остался в таверне, отправившись спать. Не привык он много времени проводить в седле и к вечеру валился с ног.
От своих охранников я избавилась, оставив им аквилла и предложив погулять подальше в сторонке, компания мне не нужна.